Тематический форум ВМЕСТЕ

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Тематический форум ВМЕСТЕ » #Проза.L » Разноцветные феи (фэнтези)


Разноцветные феи (фэнтези)

Сообщений 21 страница 40 из 189

21

Глава 8.

Мир 2.14.287
28 июня 2012, 17:05
Россия, Москва, улица Шумкина, квартира Кати

Таша и Катэ

Обещанный Ташей ливень давно уже стучал по стеклам, но только теперь Катэ обратила на это свое рассеянное, ленивое внимание. И нисколько не удивилась. Счастье заполняло ее целиком, для других эмоций просто не было места.

Лежать, обняв любимую, прижавшись к ней, положив голову на грудь – что может быть лучше?

- Мне никогда не было так хорошо, - сказала Катя. Банально, но ведь правда. – Впрочем, ты, наверное, это знаешь, как и все про мою жизнь.

- Знаю, Катэ, - сонно пробормотала Таша, – Но мне все равно очень  приятно это слышать.

- Боюсь только, что я тебе разочаровала. По сравнению с тобой я такая неуклюжая…

Таша приоткрыла один глаз, внимательно изучила подругу, а потом удивленно захлопала ресницами:

- Нет, ты не напрашиваешься на комплименты. Ты и правда опасаешься, что могла меня не удовлетворить. После четырех часов безумного секса? Что за ерунда! Я раньше не заметила в тебе таких комплексов. Ну-ка рассказывай, кто привил тебе неуверенность в себе. Хотела бы я посмотреть на это существо. Должно быть, прямо суккуб какой-то.

- Честно говоря, это была ты.

- Как это? – оказалось, Ташу тоже вполне можно сбить с толку.

- Ты права, раньше я особо не переживала насчет своей внешности. С тех пор, как мне исполнилось шестнадцать, всегда считала, что у меня все на месте, если говорить о фигуре. И насчет секса тоже. Я-то думала, что природного темперамента, внимания к партнерше и отсутствия всяких глупых предрассудков достаточно, чтобы компенсировать мой «очень незначительный», как ты выразилась, опыт в этом деле.

- Весьма здравое рассуждение – Таша ухмыльнулась, водя ладонью от плеча к бедру Кати, – для человека редкость такая объективная самооценка.

- Ты издеваешься!

- Вот уж нисколько. Но что изменилось теперь?

- Ты показала мне другой уровень, – призналась Катя – Ты – совершенство.

Девушка задумчиво принялась водить пальцем по груди и животу Таши:

- Когда я увидела тебя обнаженной, я сразу поверила, что ты правда фея. Погляди на свою кожу. Ни родинки, ни пятнышка, ни прыщика, ни лишнего волоска. Нигде! Я внимательно изучила! Так не бывает!

Таша захихикала.

- Ах, вот что это было, когда ты меня крутила, как тебе вздумается. Ты, оказывается, занималась исследованиями анатомии и физиологии фей, а я-то думала…

Катя покраснела, хотя, казалось бы, после того, что они только что вытворяли, смущаться уже было нечего.

- Перестань меня подкалывать. И ласкать мою грудь - тоже. Я не могу сосредоточиться, а я, между прочим, тебе пытаюсь о серьезных вещах говорить.

- Не перестану. Тренируйся в умении концентрироваться.

- Ну ладно внешность, – продолжала свою мысль Катя – но во всем остальном, все тоже самое! Ты каждую секунду знаешь, что мне хочется, твои пальцы и губы всегда оказываются именно там, где они мне нужны. Ты мои мысли читаешь? – Катя спросила это почти всерьез и получила такой же серьезный ответ:

- Мысли – нет, но эмоции и желания – да, и ничего тут необычного нет. Эмпатия - это совершенно естественно и не использовать ее я не могу также, как не слышать и не видеть. Тебе это тоже вполне доступно.

- Не на таком уровне!

- Ну, это пока. Все требует практики. Но основы ты можешь уже сейчас. Посмотри мне в глаза и скажи, что я чувствую.

Катя посмотрела.

Потом порывисто выдохнула, отвела глаза и сказала тихо:

- Я тебя тоже люблю.

* * *

Они подремали, обнявшись, еще пару часов, а потом Таша, заметив, что подруга не спит, заявила, что хочет есть. При этом сразу честно призналась, что в приготовлении пищи на нее можно не надеяться.

Катя готовить умела, но обычно ленилась. Впрочем, выяснилось, что делать еду для любимого существа, которое сидит рядом – вовсе не то же самое, что для самой себя, поэтому девушка взялась за дело с неожиданным энтузиазмом.

Таша снова впала в свое молчаливо-созерцательное настроение и неподвижно застыла на кухонной табуретке, заворожено наблюдая, как подруга мешает тесто для сырников.

Однако Катю молчание устраивало не очень.

- Расскажи мне про фей – неожиданно попросила она, сама не зная, что хочет услышать. Сказку, фантазии подруги, или все же что-то больше? Пожалуй, ее бы устроил любой вариант.

Таша не задумалась ни на минуту и занудным голосом отбарабанила:

- Феи относятся к чудесным, условно-бессмертным разумным созданиям переходного типа между существами и сущностями. Вид представлен только женскими особями, но, в отличие от драконов, для фей характерно половое поведение. Размножение – по трансформационному, «анти-кукушечному» типу.

От неожиданности Катя сыпанула в тесто значительно больше муки, чем собиралась. Придется теперь добавить еще творога и яйцо.

- Чего?

- Ну, это классическое определение, – пожала плечами зеленоглазка.

- Объясняй давай.

Таша почему-то решила, что непонятной для Кати осталась только последняя фраза, ее она и прокомментировала:

- Понимаешь, никакие условно-бессмертные существа – феи, драконы, демоны, духи и прочие - напрямую размножаться не могут. Это закон природы, который ограничивает нашу численность. Кому не умирать, тот и не рождается, как остальные. Поэтому приходится выкручиваться.

Как размножаются обыкновенные кукушки, ты, конечно, слышала. Самый известный пример гнездового паразитизма у птиц. Они подкладывают яйца в чужие гнезда, но появляются из этих яиц, естественно, все равно кукушки.

А мы делаем наоборот. Берем представителей других видов и превращаем их в фей. Тоже своего рода паразитизм, как некоторые считают.

- Ээ... И как же это происходит?

- Да вот так и происходит, - фыркнула Таша – тебе ли не знать. По-моему, у нас очень хороший, приятный способ делать это.

- То есть, я теперь тоже фея?

- Угу.

Катя скептически улыбнулась.

- Но я не чувствую в себе никаких «чудесных» способностей.

- Естественно. У тебя еще человеческий паттерн поведения, поэтому и возможности соответствующие. Ты вполне можешь продолжать жить, как обычный человек, если хочешь, – последнюю фразу Таша сказала очень печально.

- А если я захочу стать настоящей феей? Ты будешь меня учить?

- Нет-нет, ни в коем случае.

Катя посмотрела на подругу с разочарованным недоумением. Зачем тогда весь этот разговор?

- Я объясню, Катэ. Знаешь, почему среди людей необычные способности, мягко говоря, не распространены? Потому что они пытаются передавать их так же, как и все прочие знания. А в данном случае это не работает.

Представим себе человека, которые внезапно открыл в себе какие-то непонятные силы: наиболее часто это бывает спорадическое ясновидение или способности к диагностике и лечению некоторых заболеваний. Впрочем, встречаются и более экзотические вещи, например умение двигать  взглядом чугунные сковородки. Нередко у такого человека появляется естественное желание научить других. Он набирает учеников, демонстрирует им, что он может. Они впечатляются. Далее он подробно объясняет им, что и как он делает, они повторяют… И у них ничего не получается. Заканчивается это обычно печально. Не только ученики уверяются в том, что их «гуру» - просто шарлатан, но и сам преподаватель теряет уверенность в себе и свои силы.

- Видимо, для этого нужны редкие способности, кто попало не научиться, – логично объяснила Катя.

- Для того, чтобы заниматься спортивной гимнастикой, теоретической физикой, балетом или рисовать акварелью, тоже нужен определенный талант. Во всяком случае, чтобы достичь в этих областях высот, а не остаться навсегда никчемной посредственностью. Тем не менее, это не мешает людям вполне успешно отбирать одаренных и обучать их. Эй, наши сырники пригорают!

- Спасибо, сейчас переверну. Так в чем же тогда дело?

- В том, что чудеса – это не совокупность методов и приемов. Это – способ взаимодействовать с миром к максимальному обоюдному удовольствию, просто жить определенным способом. Проблема в том, что этот способ – феи называют его «путем», у каждого свой. Поэтому я не могу просто рассказать или показать тебе, как я живу. Если ты начнешь повторять все то, что я делаю, у тебя ничего не получится, мы зайдем в тупик.

Представь себе затруднения учителя математики, который будет пытаться обучать детей, при том, что у одного из учеников дважды два ровно восьми, у другого –  пятнадцати с половиной, а у третьего – и вовсе квадратному корню из минус пяти. И для каждого из них именно этот ответ является правильным! Как ты понимаешь, он вряд ли сможет научить их чему-то. Каждому из них придется самостоятельно выводить все аксиомы и теоремы, строить свою личную математику в своей персональной системе координат.

Именно этим тебе следует заняться, если ты хочешь быть феей. Самой найти свой способ чудесного существования, идеальный именно для тебя.

- Но я представления не имею, с какой стороны за это взяться!

- А вот тут, Катэ, я тебе подскажу. Возьмем очень простой пример, чтобы ты поняла, как именно это работает. Скажи, пожалуйста, тебе не доводилось замечать, что стоит тебе похвастаться чем-то, похвалить себя, неважно, вслух перед другими или просто мысленно, как тут же, незамедлительно, с тобой случается досадный конфуз именно в этой самой сфере, про которую ты думала, что овладела ей в совершенстве?

Катя засмеялась, а потом объяснила:

- Я просто вспомнила забавную цитату с какого-то сайта, очень в эту тему. Про парня, который вдруг понял, что на роликах может все, вообще все. Ощутил себя богом роликов.  А через двадцать секунд упал и сломал руку.

- Действительно, прекрасный пример. Именно это я и имею в виду. Но мы говорим о тебе. С тобой такое бывало?

- Да, и очень часто.

- Вот мы и выяснили работающее для тебя правило. Для меня оно тоже действует, кстати. Если мы с тобой хотим, чтоб у нас все получалось, нам ни в коем случае нельзя хвастать и преисполняться самодовольства даже в мыслях. Особенно это касается чудесных способностей. Именно поэтому я ничего такого без особой нужды не демонстрирую и стараюсь не распространяться об этом, даже перед тобой, а вовсе не потому, что я скрытная, как ты, должно быть, решила.

- Я подумала, что ты просто очень скромная.

- Это у меня вынужденно. Однако сразу должна отметить, что это правило вовсе не абсолютное. Для нас с тобой и еще очень многих оно работает таким образом, но я знаю других фей, особенно темных, для которых этот принцип действует строго наоборот. Перед тем, как совершить что-то по-настоящему существенное, им приходится долго надуваться ощущением собственного величия и откровенно похваляться перед всеми своим могуществом. Чем больше людей услышит и поверит, тем лучше. Со стороны это выглядит не очень красиво, но не стоит их осуждать. Это просто их способ совершать чудеса.

- Забавно. Слушай, Таш, сырников получилось чересчур много. Как ты думаешь, жарить вторую партию или убрать их до следующего раза в морозилку?

- Конечно, жарить! Я никогда не откладываю на завтра то, что можно съесть сегодня.

Катя похихикала, но послушно принялась укладывать сырники на сковородку, с которой только что сняла первую порцию. Она и сама чувствовала зверский аппетит. В конце концов, если подумать, за весь день они пока что съели всего по йогурту. С Ташей все привычки летят кувырком.

- Это не очень-то полезно, не жрать весь день, а потом наедаться на ночь, – отметила девушка.

- Зафуть! Эти прафила не тля наф! – отмахнулась Таша, уминая сырник. Прожевала и добавила:

- У фей насчет еды один принцип – ешь когда, чего и сколько захочется. А когда не хочется – не ешь.

- Очень удобная диета.

- Я же говорю, мы умеем устраиваться в жизни. В этом все дело. Кстати, у тебя очень вкусно получилось. Спасибо, – и Таша немедленно потянулась за следующим сырничком.

Катя умильно смотрела на нее несколько секунд, а потом спохватилась, что так ей, пожалуй, ничего не останется, и тоже принялась за еду.

Таша, видимо, тоже решила ограничить свою прожорливость в  пользу любимой. Потянувшись было за очередной порцией, она неожиданно убрала руку и вместо этого снова пустилась в объяснения.

- Так вот, таких правил, больших и мелких, можно выделить очень много. Сначала начинаешь соблюдать самые для тебя естественные и очевидные, постепенно приходишь к пониманию следующих – это и есть следование своему пути. По мере этого тебе открываются новые возможности, способности и направление дальнейшего совершенствования.

- Угу-м. Звучит не сложно. Стоит, как минимум, попробовать. По крайне мере, это интересно, хоть какая-то цель в жизни. Ты можешь подсказать мне еще что-то для начала, что-нибудь общее для нас с тобой?

- Для всех светлых фей существует единое, очень важное правило. Ни при каких обстоятельствах нельзя причинять вред живым существам.

- Что, даже для самообороны?

- Если ты будешь строго соблюдать это правило, и еще несколько, никакая самооборона тебе никогда не понадобится. На этом базируется так называемый «вероятностный щит», охраняющий фею не только от враждебных поступков  окружающих, но и от неприятных случайностей и даже от  злобных мыслей. Поверь, это защищает гораздо лучше, чем газовый балончик или черный пояс по кикбоксингу. Кстати, если ты обратила внимание, все эти мастера боевых искуств, всякие борцы и боксеры, непропорционально часто становятся жертвами несчастий. Новости пестрят этим. А как часто ты видела сообщение "гроссмейстер по шахматам тяжело ранен в драке в ночном клубе" или "бывший чемпион по покеру застрелен у собственного подъезда"?

- Такое тоже может случится.

- Может. Они тоже люди, в конце концов. Этим примером я хочу всего-лишь подчеркнуть, что самоуверенность и агрессивность гораздо чаще привлекают неприятности, чем помогают из них выбраться.

- Прости, но как-то мне в это не верится. Просто не делать зла другим, и тебе не причинят вреда? Да на земле бы давно установился рай, если бы все было так просто!

- Совершенно не просто. Во-первых, это тоже не абсолютное правило. Многие люди и некоторые феи, которых мы именуем темными, как раз наоборот, должны систематически причинять вред окружающим, нравится им это или нет. Иначе их собственная жизнь станет как минимум некомфортной, если не хуже.

- Ничего себе!

- Во-вторых, человечество не может выжить, безоговорочно следуя этому правилу. Людям нужно, как минимум, питаться.

- Что-то я не заметила, чтоб ты сама следовала вегетарианству.

- А причем тут это? От того, что я заказываю телячью отбивную в ресторане или покупаю куриные ножки в супермаркете, ни одной корове или курице хуже уже не будет. Если не я, их купят другие. К тому же, растения тоже живые и чувствующие существа. Если бы я последовательно проводила этот принцип, мне бы пришлось вообще отказаться от еды. К счастью, это не нужно. Достаточно лично не молоть пшеницу и не сворачивать шеи курам. А есть можно все, что угодно. Вот почему этот способ годится для отдельной личности, в крайнем случае – для социальной категории, например брахманов или последователей джайнизма. Но для общества в целом он невозможен. Хоть кто-то должен заниматься сельским хозяйством и животноводством.

- Ясно. Но что, и комара нельзя прихлопнуть?

- А зачем тебе это?

- Ну, знаешь! Они кусают!

- Меня – нет. И тебя не будут.

+2

22

Kristi N, это не просто интересная и грамотная художественная книга... это эзотерическое исследование...

+2

23

Kristi N
С вами открываешь свой внутренний мир. Правила... )
Размышления. Исследование.
Мне искренне интересно!

+2

24

Koveshnikov|0011/7a/32/2512-1439194984.jpg написал(а):

Kristi N, это не просто интересная и грамотная художественная книга... это эзотерическое исследование...


Спасибо. Я думала, что больше внимания привлечет другая часть этой главы.  :playful:
К сожалению, фейские практики занимают довольно большую часть объема книги, боюсь это будет скучновато. Я стараюсь по возможности сократить Ташины монологи, но они важны для сюжета и понимания мотивации персонажей...
Еще мне нельзя забывать, что Таша видит все со своей колокольни. Брианна расскажет тоже самое совершенно по-другому.

+2

25

Глава 9.

Мир 2.14.4А2
28 шестой х612, 13:58
Флойрум, Фловэ, министерство безопасности

Сборщик Лэнда Кинджи

Лэнда появилась в приемной генерал-аншефа Кейко за две минуты для назначенного времени. Помимо секретаря, в просторном помещении обнаружился недовольный толстяк с пышными бакенбардами, в камзоле, чересчур обильно украшенным тяжелым металлическим орнаментом и позументом – в соответствии с модой двадцатилетней давности. Очевидно, кто-то из крупных купцов, подумала сборщица, на всякий случай в уме составляя словесный портрет мужчины. Такую полезную тренировку, помогающую выработать навык быстрого и точно запоминания лиц, она практиковала регулярно. В противоположном конце комнаты устроилась пожилая дама с сухим лицом и пронзительным взглядом. Ее запоминать не пришлось – Лэнда сразу узнала госпожу Инн Эйл, одну из самых известных юристов столицы.

Сборщица настроилась на длительное ожидание, но стоило ей приветствовать секретаря поднятием пальца, как тот немедленно взялся за шарик переговорного устройства, сказал туда что-то, выслушал ответ и произнес:

- Проходите, мисс. Его превосходительство готов вас принять.

Лэнда отметила, что опытный служака не назвал ее ни по имени, ни по должности, хотя и то, и другое ему было прекрасно известно. Это не было неуважением, а лишь соблюдением правил – посторонним лишняя информация об оперативных работниках ни к чему.

- А я? – возмутился толстяк – Мне на одиннадцать утра назначено!

- Пожалуйста, ожидайте, господин Тэрло. Генерал-аншеф всенепременно вас примет, – голос секретаря был настолько же вежливым, насколько лишенным всякого сочувствия.

Госпожа Эйл не сказал ни слова, только окинула девушку кратким пронзительным взглядом. Лэнда не сомневалась – ее изучили, оценили и запомнили.

- Собиратель Лэнда Кинджи с докладом, - отрапортовала девушка, четко салютуя начальнику поднятым вверх пальцем.

Алэкс кивнул, окидывая ее взглядом.

- Операция прошла успешно – заключил он, как будто и не ожидал другого.

- Так точно, генерал-аншеф. Достигнуто согласие на участие объекта «Наживка» в операции. Готовы приступать незамедлительно.

- Садись. Есть какие-то подробности, которые мне следует знать?

- Благодарю, ваше превосходительство, – Кейко поморщился. От волнения Лэнда забыла, что между своими сотрудниками, в отсутствии посторонних, генерал недолюбливает пышные титулования.

- Два момента. Первый, на который вы велели мне обратить внимание – до нашей беседы объект, очевидно, ничего не знала об «обещании». Во всяком случае, она так сказала, и у меня сложилось впечатление, что это правда.

Генерал кивнул, как будто услышанное подтверждало какие-то его соображения.

- И второе, - Лэнда долго думала, стоит ли упоминать о том, что изначально встреча пошла кувырком. Сперва она решила, что ее специально не предупредили о том, что Хсэни пытались вербовать, чтобы проверить, как она справится со сложностями. В этом случае упоминание о проблемах, если они успешно преодолены и не отразились на результатах операции, будет выглядеть пустой похвальбой и впустую потратит время генерала. Но потом ее одолели сомнения. Слишком важным было дело. Да и майор Фэлар крепко приучил ее не упускать в отчетах деталей, которые могут оказаться важными.

- Мне пришлось преодолеть сильную враждебность и подозрительность объекта. Изначально она решила, что ее будут продолжать склонять к сотрудничеству по политической линии, очевидно для наблюдения за коллегами.

Алэкс нахмурился:

- Ее пытались вербовать раньше?

- Да, и она полностью уверена, что это были наши люди. Я не уточняла деталей. После того, как мы достигли определенного доверия, я не рискнула возвращаться к этой теме. Я полагала, что меня просто не поставили в известность, поскольку эта информация не имеет отношения к текущей операции.

Алэкс помрачнел еще больше.

- Ты действовала верно, но вывод сделала глупый. Мне ничего не известно об этом. Я похож на идиота, который дает людям такие важные поручения, и при этом скрывает от них существенную информацию?

«Да кто же знает, что у вас на уме, ваше превосходительство» - подумала Лэнда, но, разумеется, промолчала.

- Ладно. Это от того, что ты не работала под моим руководством раньше. Подозрительность, в том числе по отношению к своим коллегам – необходимое качество в  нашей службе. На будущее запомни - проверки  - они были и будут. Но когда ты получаешь задание лично от меня, можешь об этом не думать. Мои поручения слишком важны.

- Так точно, генерал-аншеф. - «Ага, я почти поверила».

- В любом случае, задание ты выполнила. Так что можешь переходить к работе по второй части операции. А насчет этого инцидента с вербовкой – постарайся выяснить детали при удобном случае, но не спеши с этим. Не рискуй доверием объекта. Ваша текущая миссия во много раз важней этих непоняток.

- Ясно, господин генерал.

- Вы поедете только вдвоем. Сперва я собирался дать вам дюжину кавалеристов сопровождения до границ запретной области вокруг замка. Хоть северные дороги сейчас и спокойны, не хотелось допускать даже малейшего риска, что по дороге вы нарветесь на какой-нибудь сброд.

Лэнда промолчала, хотя все лицо ее выразило, что лесных бандитов она не боится.

- Впрочем, Фиона предложила вариант получше. Сегодня отправишься к ней, вместе с объектом. Она даст вам дополнительные инструкции. Вот адрес – Алэкс протянул Лэнде маленький клочок бумаги.

- Идите к ней прям сейчас, если объект готова. Если нет, поторопи ее, как можешь быстрей. Фея  вас ждет. В нашей канцелярии возьми курьерский жезл, чтобы менять лошадей на почтовых станциях. Вот записка для капитана Угэле. – Еще один клочок бумаги.

- Поедете максимально быстро, но не рискуйте. Дошли слухи о разбойниках впереди – значит, останавливаетесь в безопасном месте и ждете караван с хорошей охраной или воинское подразделение на марше. Никаких тебе «прорвемся», это понятно? Мост через реку упал? Значит, объезжаете, никаких вплавь на лошадях, никаких лодок! Скорость важна, но риск вовсе недопустим.  По плану вы должны прибыть к замку через неделю. Но если дорога растянется на две или даже три – это не критично. Безопасность объекта – это основное. Будешь отправлять мне донесения с почтовых станций. Кратко, никаких подробностей. Секретность тоже приоритетна. Вопросы?

- Мне все понятно, господин генерал.

- Тогда последнее – Алэкс Кейко полез в ящик стола и извлек оттуда удивительную штуку. По форме несколько похоже на пистоль, но раза в два меньше и из странного материала.

- Это – боевой артефакт из другого мира. Получено, разумеется, от фей. Лучшее личное оружие, которое я могу тебе выдать. Стреляет шесть раз подряд. Потом требуется перезарядка. Производится она вот так – генерал показал, где нужно нажимать, чтоб выщелкнуть из рукояти какую-то коробочку, и как из нее вынимают и вставляют необычные, очень маленькие заряды.

- Вот здесь – предохранитель. В таком положении – готово к стрельбе. В таком - безопасно. Разбирать нельзя. Вообще-то его, как любое оружие, полагается чистить, но тебе я это не доверю, да и сам не возьмусь. Вернешься с задания, сдашь мне, я передам нашим оружейникам, они все сделают. Дальность, точность стрельбы и поражающая способность этого оружия превосходит наши лучшие образцы в пять-восемь раза, и это с патронами нашего собственного производства. Оригинальные были намного эффективней, но, к сожалению, их было мало. Все израсходовали в процессе изучения.

Лэнда была и горда оказанным доверием, и придавлена грузом ответственности.

- Стоит ли, господин генерал? Все-таки уникальный артефакт… Я неплохо обойдусь и двумя обычными пистолями. Может лучше передать его мастерам, чтоб попробовали скопировать?

- Ты правда полагаешь, что кроме тебя никто об этом не подумал? Эта штука у нас уже два года. Показывали, и самым лучшим оружейникам. Самое большее, чего мы смогли добиться – это худо-бедно повторить патроны. И то, знала бы ты, сколько пришлось повозиться. Нам пришлось привлечь к делу ювелиров. Ювелиров, Лэнда! Наши, с позволения сказать, мастера по металлу, были не в состоянии обеспечить достаточную точность обработки. Порох, который был в этих патронах – тоже нечто совершено особенное, алхимики воспроизвести его не смогли. Пришлось уговаривать фей, а ты знаешь, как наши светлые относятся к просьбам состряпать что-нибудь боевое. В итоге, каждый такой патрон обходится даже не в цену золота аналогичного его весу, а гораздо дороже. Вот тебе еще дюжина штук, помимо тех, что там снаряжены. Отчитаешься за каждый, так что, увы, пристрелку произвести – не разрешаю. Применишь только в критической ситуации. Впрочем, использовать его проще, чем наши пистоли, а с ними у тебя неплохо получается. Отдача немного посильней, учитывай.

И можешь не беспокоиться, у Брианны похожая игрушка тоже есть. Она ей вообще не заинтересовалась. Она и обычные-то пистоли воспринимает скептически. Больше доверяет старым добрым кавалерийским атакам, поддержанным массовым применением высших боевых рун.

Ладно, это уже лирика. Приступай к выполнению задания! И пригласи ко мне госпожу Эйл.

- Там еще некий Тэрло у вас негодует – осмелилась заметить Лэнда.

- Он уже дошел до кипения? – с любопытством спросил генерал.

- Да нет, еще не совсем.

- Ну и пусть дозревает. Ему полезно. 

* * *

Аккуратный, кремового цвета домик Шафрановой Фионы прятался среди вишен, яблонь и персиковых деревьев. Лэнда старалась не показывать, что слегка робеет.

- Тебе приходилось общаться с феями? – спросила она Хсэни беззаботным тоном.

-  Да, много раз – ответила журналистка настолько беспечно, что Лэнда поняла – ей тоже не по себе.

- Но не с высшими, - добавила Хсэни после паузы. – Правда, когда мы еще жили в замке, там с нами жила бабушкина приятельница, высшая темная фея. Но я этого конечно не помню, мне меньше года было. А мама не любит говорить о феях.

Входная дверь оказалась распахнута настежь. Стоило им подняться на крыльцо, как изнутри раздался веселый голос:

- Проходите, девочки! Располагайтесь в гостиной! Я сейчас выйду.

Хсэни и Лэнда воспользовались приглашением. Короткий коридор заканчивался большой, но очень уютной комнатой. Единственное, зато огромное, во всю стену, окно выходило в сад. Стены, пол, потолок – все было покрашено в разные оттенки бежевого. Такого же цвета были диванчики и кресла, расставленные по комнате. По центру располагался массивный стол из ресси.

Очень скромная, аккуратная обстановка и никакого орнамента, столь любимого феями. Единственным элементом декора была большая, почти пять локтей в длину и около  трех - в высоту, картина. Она поневоле привлекала внимание. Создавалась впечатление, что Фиона нарочно не стала украшать комнату, чтобы подчеркнуть это произведение искусства.

Девушки устроились около стола, уставленного многочисленными блюдцами с разнообразными печеньями, конфетками и пирожными. Лэнда сразу вспомнила, что единственным ее питанием за сегодняшний день был ягодный настой утром в «Гиппогрифе». Хотя угощение явно было приготовлено для них, вежливость требовала дождаться хозяйку.

Хсэни, которая успела пообедать, пока Лэнда ходила на доклад к своему шефу, не проявила столько внимания к сладостям. Она явно не могла оторваться от картины.

Демонстративно усевшись лицом к саду, журналистка, тем не менее, непрерывно косила глазом в сторону полотна.

Сборщица уже собиралась съязвить что-нибудь по этому поводу (ну невозможно же тут удержаться от безобидной подколки!), как в комнату вошла Шафрановая фея.

Фиона была в домашнем облачении - длинные волосы, из которых феи любят устраивать причудливые прически, распущены, а из одежды – только халатик под цвет волос, украшенный очень милым растительным орнаментом, прорезанным насквозь. Все это создавало достаточно интересное впечатление.

Надеюсь, я не покраснела, подумала Лэнда, приветствуя высшую фею.

Фиона небрежно отмахнула пальчиком и принялась разливать чай.

- Можете не представляться, девочки. Я знаю, кто из вас кто. Ты Лэнда, а ты Хсэни. Простите, что задержалась. Едва успела все подготовить к вашему приходу. Нравится картина? – обратилась она к журналистке.

Скулы Хсэни лишь слегка порозовели.

- Да, очень… интересная – ответила она сдержанно, - В нашей семье неплохая коллекция, осталась от четырнадцатой баронессы, потом тоже пополнялась, но не регулярно. Меня с детства приучили разбираться в живописи, но как ни странно, я не могу определить ни стиль, ни период этой работы. По технике исполнения немного похоже на «южный романтизм», но сюжет, колористика…

- Не мучайся, ты не определишь, так как это работа из другого мира. Копия, к сожалению, но фейская, то есть абсолютно точная. Подарок одной моей хорошей подруги. Картина примерно столетней давности, называется «Триумф веры». Какой-то тамошний религиозный сюжет . (Оригинал картины, украшающей гостинную Фионы, можно увидеть в  национальной  галерее Виктории в Мельбурне).

Лэнда едва не пролила чай. Меньше всего это было похоже на культовую сцену, как она это себе представляла.

- Интересная там у них религия, - отметила она.

- На самом деле, религия у них, насколько я знаю, весьма суровая. Гораздо более строгая, чем у нас. Монотеистические религии вообще более жесткие, чем те, в которых много богов. Но художники, они такие люди… Ладно, - оборвала себя Фиона,  - у вас не очень много времени. Давайте перейдем к делу. Все, что вы услышите от меня, должно оставаться в секрете. Вы обещаете это?

- Обещаем – девушки сказали это в один голос.

- Надеюсь, вам не нужно объяснять, что нарушить слово, данное фее, будет очень плохой идеей? Я, конечно, не буду за вами следить, и тем более как-то наказывать - я просто не могу причинять зло, вы знаете. Однако существуют законы природы. Феи и духи никогда не лгут, и именно поэтому говорить неправду им - тоже не рекомендуется. Будут крупные неприятности. И даже я сама не смогу вас от этого уберечь.

- Мы это понимаем – сказала Лэнда.

- Хорошо.

Фиона запустила руку в карман халата и вытащила оттуда два маленьких, полупрозрачных желтых камешка. Каждый болтался на цепочке, как кулон.

- Это, то, над чем я работала больше суток. И едва успела, – прокомментировала фея – к сожалению, мастер-артефактор из меня слабый. Вот Анири легко напекла бы с полгросса таких амулетов за час. Но придется обходиться тем, что есть.

Хсэни явно хотела спросить, что помешало привлечь к работе Верховную фею, раз уж дело такое важное. Но Лэнда послала ей предостерегающий взгляд и журналистка догадливо промолчала.

- Эти амулеты являются аналогом «вероятностного щита», присущего каждой фее. Они охраняют от недоброжелательного внимания, неприятных случайностей, проклятий и широкого спектра возможных опасностей, однако физической защиты не обеспечивает. Прыгать с ними со скалы, лезть в огонь или ловить грудью арбалетную стрелу не надо. От этого они не помогут. Зато со своей функцией они справляется по-настоящему хорошо. Никто из тех, кто хотя бы теоретически может причинить вам вред, вас просто не увидит, а верней – не заметит. Амулеты будут работать против животных, людей, демонов и фей вплоть до высших включительно.

Лэнда уважительно покачала головой.

- Против того создания, что не дает приблизиться к замку Краймар – они тоже подействуют. Я это гарантирую, – продолжала Фиона, - Верховная фея их, скорей всего, подавит, но тоже не сразу. В общем, шалить в спальне у Брианны я вам не советую, в остальном – вы в безопасности, пока не снимете их. Носить надо под одеждой, так, чтобы касалось тела. Не смотрите, что цепочка тонкая, порвать ее невозможно. Надевайте прямо сейчас. Нет, кому какой – это безразлично, они идентичные.

- Спасибо большое, Ваше могущество, склонила голову Лэнда.

- Однако, все же, что там такое, в этом замке Краймар? Вы может нас немного просветить?

Фиона вздохнула.

- Мы сами не знаем. Все, что мне известно, я вам сейчас расскажу.

Отредактировано Kristi N (26.10.16 18:52:58)

+1

26

Kristi N, я наслаждаюсь и самим романом как читатель и фейскими практиками как мастер... не сокращайте их, пожалуйста...

+2

27

Глава 10.

Мир 2.14.287
29 июня 2012, 08:42
Россия, Москва, улица Шумкина, квартира Кати

Таша и Катэ

Катя не могла припомнить, чтобы она когда-либо просыпалась так – наполненная ощущением уюта, спокойствия и абсолютного счастья. Еще не помня, не осознавая со сна, почему ей так хорошо, она открыла глаза и сразу вспомнила. Первое, что она увидела, было лицо Таши, склонившейся над ней и внимательно ее изучающей.

- Доброе утро!

- Доброе утро, любимая, – ответила Таша с непонятной улыбкой, продолжая пристально рассматривать Катю. Слишком тщательно.

Катя слегка забеспокоилась.

- Что-то не так?

- Твой носик – вздохнула фея.

- А что с ним случилось? – Катя попыталась скосить глаза на упомянутый орган, но ничего подозрительного не заметила. Тогда она вытащила руки из-под одеяла и начала ощупывать лицо.

- Убери руки, пожалуйста, – строго сказала Таша. Катя повиновалась.

- Да что там с моим носом?

Таша еще раз вздохнула, несколько секунд помолчала, завершая свой осмотр, и наконец, констатировала:

- Он прекрасен.

С этими словами она быстро поцеловала предмет обсуждения и отстранилась, улыбаясь.

- Ах ты хулиганка! Я уж Бог весть что подумала – со смехом воскликнула Катя и набросилась на Ташу, повалила ее на спину и уткнулась в нее лицом.

Зеленоглазка не сопротивлялась, только довольно хихикала.

-  Кстати, я еще вчера хотела спросить, но все было совершенно не до того. Что за духи ты используешь? Такой странный запах, весенний. Как будто свежая травка и листочки.

- Тебе не нравится?

- Очень нравится.

- Это не духи, - лениво потягиваясь, ответила Таша.

- Ну, дезодорант или что это еще может быть?

- Это вообще не парфюмерия. Это от меня так пахнет.

- Да ладно! Ты хочешь сказать, что это твой естественный запах? – Катя удивленно отстранилась от подруги, чтобы посмотреть ей в лицо и убедится, что на этот раз она не шутит.

Таша только кивнула.

На самом деле, Катя и правда не могла припомнить, чтобы вчера после  совместного душа Таша чем-то брызгалась. А запах уже был и даже сильней, чем сейчас. И из ее поля зрения зеленоглазка, кажется, ни разу не выходила. Чемоданчик феи так и стоял в прихожей, до сих пор не распакованный. Удивительно.

Катя склонилась над подругой и принялась обнюхивать ее. В «стратегических» местах аромат был таким же, только более интенсивным. Свойственных людям запахов не ощущалось вообще.

- Ты и правда не человек… - Катя уже почти совсем  в это поверила, но все никак не могла до конца привыкнуть – От фей от всех так пахнет?

- Не-а. У каждой свой, индивидуальный аромат.

- А от чего это зависит?

- Связано с цветом.

- То есть?

- Ух. Вот это и правда сложно объяснить... Понимаешь, Катэ, считается, что у каждой феи есть свой оттенок, помимо общего деления на темных и светлых. Точно никто не знает, что на него влияет. Его просто видно... Ну, не в прямом смысле, но определенным образом это ощущается. Мой цвет – изумрудный. Я весеннее создание и моя специализация – лечение, молодость, красота, любовь и прочие милые пустячки. Насчет денег, славы и власти – это не ко мне, не мой профиль.

- А мой?

- Я пока не вижу. Ты в самом начале пути, твой цвет еще не определен. Но ты точно будешь светлая, это-то ясно.

* * *

За завтраком Катя решила, что настала пора затронуть некоторые практические вопросы их совместной жизни. Хотя этот разговор ее смущал, она все-таки набралась мужества и спросила:

- Я помню, Таш, что ты не любишь планирования и предпочитаешь импровизировать, но все же, у тебя есть какие-то идеи того, как мы будем жить дальше?

Фея не затруднилась с ответом:

- Разумеется. Жить мы будем неограниченно долго и очень счастливо.

- Эээ, я имела в виду…

Но Таша не дала Кате докончить,

- Кстати, я вчера тебе не сказала одно очень важное, по-моему, единственное известное мне универсальное правило, касающееся всех без исключения. Быть счастливыми и каждый миг радоваться жизни – это наша важнейшая обязанность, как фей. Пренебрегать этим нельзя.

- Быть счастливым – это долг? Ты меня всегда поражаешь своими нестандартными подходами. Ну, пока ты со мной рядом, мне, наверное, будет не сложно это исполнить. Но вообще-то, я не могу сказать, что моя жизнь была особенно счастливой до настоящего момента. Хотя, объективно рассуждая, у меня все хорошо. Я здоровая и вполне привлекательная, у меня любящие родители, семья образованная и обеспеченная. Умом я всегда понимала, что в мире миллиарды людей, которые могут мне только позавидовать, но при этом у меня бывали долгие периоды такой черной тоски и депрессии, без всякой внешней причины...

- Счастье не снаружи, оно внутри. От внешних обстоятельств оно, конечно, зависит, но не так сильно, как обычно думают, и только в моменты их изменения. Потом человек адаптируется. Мне доводилось встречать людей, которые ухитрялись находить радость в жизни, сидя в лагере. Болея туберкулезом, недоедая и изматываясь на невыносимой работе, ежедневно подвергаясь смертельной опасности, без всякой надежды, без перспектив, они воспринимали каждый день, который удалось выжить, как подарок судьбы, как маленькое чудо.

Ну, о людях, которые кончали с собой или почти преднамеренно сводили себя в могилу наркотиками, хотя с внешней стороны у них все было настолько прекрасно, насколько можно вообразить – молодость, красота, деньги, известность, поклонники и так далее, ты наверное и сама не раз слышала.

Быть счастливой – это умение. Непростое для освоения, но вполне доступное даже человеку, а для феи - просто обязательное. Пожалуйста, помни об этом, чтобы ни случилось.

Ну вот, Таша, как всегда, увела разговор в сторону эзотерики. Катя попыталась вернуть его в практическое русло.

- Хорошо, я подумаю над тем, что ты мне сказала. Но все же, не могла бы ты ответить на мой первоначальный вопрос более конкретно? Как мы с тобой будем жить, чем мы будем заниматься? Ну и деньги тоже, раз уж ты их упомянула. Откуда мы их будем брать? Как ты вообще добываешь средства к существованию, если ты не работаешь?

- Я работаю. Я с самого начала тебе сказала, что у меня много достаточно важных задач, которые я должна делать.

- Могу я узнать, в чем они заключаются?

- Конечно. Ты все увидишь сама. Тем более, мне действительно уже хватит лениться. Пора заняться тем, ради чего я изначально приехала в Москву.

И Таша отправилась распаковывать свой чемоданчик. Катя хвостиком увязалась за ней. Ей было ужасно любопытно.

Вещей у изумрудной феи оказалось на удивление немного. С самого верха лежала пара миниатюрных кружевных трусиков, черные и ярко-зеленые, и две небрежно сложенных блузки, на первый взгляд, абсолютно аналогичные той, в которой Таша ходила все это время.

- Эй! Они же так напачкаются! Или их все равно надо стирать? – воскликнула Катя, наблюдая, как Таша небрежно отшвырнула одежду в сторону, прямо на пол.

- Не надо. У меня ничего не пачкается, не рвется и не мнется. Ты еще не заметила? Это вещи фейской работы. Не уверена, что их вообще можно стирать, никогда не пробовала. Хотя, мне не раз доводилось попадать в них под дождь и даже переплывать речку, так что, думаю, стирка им тоже не повредит, хотя и не поможет.

Катя взяла одну блузку и с изумлением принялась ее разглядывать. На первый взгляд, вещь казалась однотонного, темно-зеленого с легкой синевой цвета. Но если присмотреться, можно было различить очень неброский рисунок, лишь чуть отличающийся оттенком – листья, деревья, бабочки и маленькие птички были выполнены в непонятной технике – не краска, не вышивка и не тиснение.

В отличие от привычной для Кати одежды, где рисунок сперва наносится на ткань, а потом из этой ткани шьют, и орнамент, таким образом, располагается как придется, а в местах соединения разных частей кроя – еще и не стыкуется, блузки Таши скорей напоминали наряды прошлых веков, где одежду сперва шили, а уж потом вручную украшали вышивкой и тиснением. Сложный, нигде не повторяющийся рисунок явно был задуман таким образом, чтобы производить максимальное впечатление именно на своей хозяйке. Кстати, никаких швов на Ташиной одежде обнаружить вовсе не удалось.

Рассматривая эту необычную вещь, Катя чуть не пропустила дальнейший разбор чемоданчика. Впрочем, там почти ничего осталось. Основной объем занимал вполне обычного вида ноутбук.

- Вот это кидать не следует, - прокомментировала Таша, извлекая ноут наружу, - здешнее, человеческое производство. Неплохая вещь, но может сломаться, хоть я над ним и почудесила. Куда его можно у тебя поставить?

- Да куда тебе хочется. Вот, можешь на тумбочку в спальне. Там и розетка рядом. Или его заряжать не надо? – спросила Катя ехидно.

- Надо, - вздохнула Таша – каждую дюжину дней надо. Говорю же, местная работа. Не умеют в этом мире делать надежные вещи. Хотя в других известных мне мирах я такой техники вообще не встречала. А штука полезная. Я смотрю в нем про домики!

- Ты заряжаешь его всего раз в двенадцать дней?

- Это если много работать. Бывает, и на месяц хватает.

- Да уж. Поколдовала ты над ним знатно. Ты в курсе, что обычно заряд кончается через несколько часов?

- Меня это не устроило. Я люблю работать на природе. И далеко не всегда ночую под крышей.

- Вот уж не представляла, что можно заколдовать аккумулятор!

- Можно, можно, только осторожно… – рассеянно промурлыкала Таша. С самого дна чемодана она достала странную трубку или палку, с большой палец толщиной и чуть длиннее локтя. Как и большинство Ташиных предметов, она была выкрашена в зеленый цвет.

Из бокового карманчика были извлечены тонкие и длинные, выше локтя, кружевные перчатки, тоже зеленые, и некий плоский блин, который, после того как Таша его резко встряхнула, загадочным образом расправился и превратился в изящную шляпку.

- Вот это моя рабочая одежда.

- Не говори мне, что это – волшебная палочка, – обреченно произнесла Катя. Она уже вполне была морально готова, что Таша скажет – она самая. И в подтверждение своих слов немедленно превратит что-нибудь в тыкву. Катин мир в последнее время скатывался в чудеса с совершенно устрашающей скоростью: только адаптируешься к одному, как следует очередной шок.

- Нет, это не уг-лик. Мой остался в другом мире. Здесь они почти не работают. Не жалко, я все равно редко им пользовалась. А это просто мой инвентарь.

Таша решительно взмахнула зеленой штуковиной и та неожиданно вдвое выросла в длине. Впрочем, ничего магического в этом не было – обычная телескопически раскладывающаяся трубка.

- Действует, - удовлетворенно констатировала Таша, складывая трубку обратно, - Одевайся, можно идти.

- Куда пойдем?

- Для начала на Красную площадь.

- Пешком, отсюда?!

- Есть возражения? Погода хорошая, темнеет сейчас поздно, а по дороге можно…

- Посмотреть домики – понятливо завершила Катя.

* * *

Чем бы ни была Ташина загадочная работа, фея с ней явно не торопилась. Во-первых, идти к Кремлю кратчайшим путем Таша отказалась, мотивировав это тем, что по Мясницкой они уже недавно ходили, и повела Катю через Нижнюю Красносельскую, по Старой Басманной и по Покровке.

Девушка немного смущалась. Ей казалось, что Таша, и так достаточно примечательная личность, в своем «рабочем костюме», то есть в кружевных перчатках и шляпке, да еще с загадочной трубкой, которой она, не стесняясь, жестикулировала, будет привлекать слишком много внимания. Но, казалось, никто не обращал на них ни малейшего внимания.

Когда девушки подходили к Елоховскому собору, Катя издалека заметила смуглую женщину в грязной одежде, с таким же чумазым ребенком лет шести. Оба активно приставали к прохожим, выпрашивая милостыню. Сейчас и к нам привяжутся, подумала Катя. Она иногда подавала нищим, но данная конкретная попрошайка своей бесцеремонностью вызывала только отвращение. Интересно, как отреагирует Таша?

Фея не отреагировала абсолютно никак и прошла мимо, продолжая монолог об архитектуре собора и о том, что после него им совершенно необходимо свернуть направо, дабы бросить взгляд на бывшую усадьбу Крашенникова – Мамонтова, где сейчас располагается библиотека имени Пушкина.

Нищенка со своим (а может быть чужим) отпрыском к ним тоже не пристали, хотя молодые, хорошо одетые девушки должны были быть их первоочередной целью.

Воспользовавшись паузой в рассказе Таши, Катя спросила:

- Как я понимаю, помогать убогим в твои правила не входит?

- Тем, кто только просит помощи, и ничего никому не делает взамен, не помогают даже добрые боги. Если ты думаешь, что я милосердней их, ты ошибаешься, – сухо ответила Изумрудная, - я вообще довольно эгоистичное создание. Если я помогаю кому-то, то это не из альтруизма или сочувствия, а потому, что так нужно. В первую очередь, для моего собственного блага.

Нет, я иногда даю деньги уличным музыкантам, фокусникам и прочим, если мне правда нравится, что они делают. Но это не милостыня, а просто благодарность за доставленное удовольствие. А наркоманию я уж точно финансировать не собираюсь.

- Она наркоманка?

- Ты не заметила? Героин. Ей не больше полгода осталось, при любом раскладе. – В голосе Таши не было ни малейшего сострадания, а вот Катя неожиданно огорчилась собственной черствостью.

- Ребенка жалко. Он-то точно ни в чем не виноват.

- Это пока.

- Что ты имеешь в виду?

- То, что причинно-следственные связи идут не только из прошлого в будущее. Просто мы живем «в одну сторону», если можно так сказать. А ткань времени едина. Иногда мы получаем изрядные пинки от судьбы за те ошибки, которые нам еще только предстоит совершить. Но и подарки нам зачастую даются авансом.

- Получается, все предопределено? – такая концепция Кате никогда не нравилась. Хотя это кое-что объясняло.

- С точки зрения Бога – да, - пожала плечами Таша, - с нашей субъективной позиции – абсолютно нет. А для нас только она и имеет значение.

- Мне неприятно думать, что у нас есть только иллюзия свободы поступков.

- Совершенная иллюзия – это и есть истина. Для тебя. Если бы веришь, что ты влюблена – значит, ты любишь. Если ты думаешь, что ты свободна – значит, ты свободна. Впрочем, это уже банальность.

Посмотри лучше на этот домик. Это та самая усадьба, которую я имела в виду. Обрати внимание на планировку – главный дом в глубине, симметричные боковые крылья выдаются вперед. Очень типично для Москвы середины девятнадцатого века. Но меня тут привлекает в первую очередь декор…

Отредактировано Kristi N (01.11.16 14:44:58)

+2

28

Kristi N, спасибо за чудесное продолжение... жаль, кусочки такие маленькие...

+1

29

Koveshnikov|0011/7a/32/2512-1439194984.jpg написал(а):

Kristi N, спасибо за чудесное продолжение... жаль, кусочки такие маленькие...

Эта глава немного побольше.

Глава 11.

Мир 2.14.4А2
17 второй х590, 21:10
Флойрум, провинция Мэссоуги, замок Краймар

Баронесса Диэна Шэтто

Она счастлива. Диэна сделала свой выбор и с тех пор ее жизнь идет именно так, как она задумала и запланировала тогда. Нет, она вовсе не жалеет. Доказательство того, что решение было верным – вот оно, рядом, тихо сопит в люльке – внучка, Хсэни, будущая восемнадцатая баронесса Шэтто.

А то, что вечерами, когда, наконец покончено с делами, которых у баронессы всегда множество - отвечены все письма, просмотрены доклады из всех поместий и финансовые отчеты, розданы все указания слугам – приходят воспоминания – это не страшно. В них нет ничего плохого.

Двадцать один год назад, здесь же, в этом самом замке, она приняла решение…

* * *

Таша сидела на зубце башни, глядя на закат и болтая ногами так отчаянно, словно хотела сбросить с них свои зеленые сапожки. Фея молчала.

Конечно, она понимает, что я хочу сказать, - подумала Диэна, - ей не разрешено читать мысли, но мои чувства она знает. Впрочем, я так долго собиралась с духом, что любой человек бы догадался. А она не человек, в этом-то вся и проблема.

- Таш, я больше не могу так продолжать.

- Ты можешь все, что захочешь, любимая. В конце концов, ты фея.

- Я не фея!

- Это тоже твой выбор. Ты знаешь, что можешь пойти по пути в любой момент.

- А тебе известно, что я не хочу.

Таша промолчала.

- Мне уже тридцать один, продолжала Диэна, -  если я собираюсь завести ребенка, мне не стоит с этим откладывать.

- В других мирах рожают и в пятьдесят.

- Я не желаю слышать про другие миры. У нас так не принято! Кто возьмет меня в жены в пятьдесят?

- Ты Шэтто. Но дело даже не в этом. Ты это ты. К тебе будет стоять очередь женихов даже в семьдесят. Кстати, сейчас тебе никто не даст больше двадцати пяти.

- Это все твоя магия! – сказала Диэна обвиняющим тоном.

Таша пожала плечами:

- Я тут не причем. Я могу исправить физические недостатки, увеличить внешнюю привлекательность. Впрочем, с тобой я ничего этого не делала. Ты всегда была прекрасна сама по себе. А молодость – не тот подарок, который можно сделать другим. Его зарабатывают только самостоятельно.

- Значит, я  просто заразилась этим от тебя. Тебе-то по-прежнему восемнадцать. Как и тогда, когда мы познакомились, дюжину лет назад. И у меня есть сильные подозрения, что так же ты выглядела и в тот день, когда первая баронесса Шэтто примеряла свое подвенечное платье. За все эти годы, ты так и не сказала мне, сколько ты живешь на свете!

- Я сто раз говорила тебе, что не помню. Это правда.

- Но хуже всего не то, что твоя внешность не меняется. Гораздо печальней, что и внутри ты остаешься девчонкой. Ты по-прежнему думаешь только о развлечениях, об удовольствиях, о трахе, в конце концов! У тебя нет ни малейшей ответственности.

- Я – Верховная фея этой страны – тихо напомнила Таша.

- То-то я и вижу! Мать проводит за бумагами по шесть часов в сутки, и я буду делать то же самое, когда стану баронессой. Я готовлюсь к этому. А ты? Ты только гуляешь, и танцуешь, и занимаешься любовью. Я в жизни не видела, чтоб ты хотя бы подписала какой-нибудь указ!

- У фей другие способы решать вопросы. Я бы показала тебе. Но ты никогда не хотела знать.

Диэна не слышала, увлеченная своим монологом:

- Ладно, твоя безалаберность - это проблемы вашего ковена, меня они не касаются. Но я так не хочу. У меня есть долг перед родом Шэтто, перед подданными. И перед нашей страной, в конце концов.

- Ты всегда была чересчур ответственной, – сказала Изумрудная с нежностью.

- Тебе это не понять! Ты равнодушна к людским проблемам и заботам. Как и большинство фей. Вы восхищаетесь человеческой культурой: искусством, архитектурой, поэзией, музыкой, театром и прочим. Но сами-то люди вам безразличны! Если подумать, вы просто паразитируете на нашей цивилизации.

- Когда-то феи пытались жить по-другому, быть ближе к людям. Учить их и воспитывать. Результаты были не очень впечатляющие, для человечества. А мы чуть не вымерли как вид. С тех пор было принято решение оставить людей в покое. У них свой путь, у нас свой. Мы помогаем, только когда нас просят. И даже это, на мой взгляд, многовато.  Я всегда была сторонницей полного невмешательства в человеческие дела. Но ковен считает иначе.

- Воспитывать, ха. Да без вас людям жилось бы намного лучше. Вы только дурите головы девицам вроде меня.

- Это не так. Есть миры, где фей почти не осталось. Глобальный коэффициент там ниже, чем здесь. Это объективный показатель.

- Почему бы в таком случае тебе не отправится туда? Если люди для тебя значат все же несколько больше, нежели муравьи? Помогла бы несчастным, у которых без фей ваш «глобальный коэффициент» зачах, – Диэна была полна запальчивости.

- Возможно, я так и поступлю в ближайшем будущем, - задумчиво сказала Таша.

- Твое ближайшей будущее – это лет через двести? В любом случае, ты поступай, как хочешь. А я собираюсь изменить свою жизнь сегодня. Снова вернуть себе человеческий облик, который я почти утратила. Мне сделали предложение. И я собираюсь его принять!

Таша только вздохнула. Повисло молчание. Диэна ожидала, что фея возразит что-то, станет ее отговаривать. Возможно, скажет в своей манере нечто совершенно неожиданное, что в корне изменит всю ситуацию. Но, похоже, это не тот случай.

- Я полагаю,  отныне ты не хочешь, чтоб я болталась рядом, - наконец сказала Таша.

- Ну, это будет несколько неуместно, - сказала Диэна тихо. До нее внезапно дошло со всей отчетливостью, что скорей всего она видит подругу в последний раз.

- Я могу хотя бы поцеловать тебя на прощание?

- Да. Нет! Как хочешь…

Таша развернулась и легко спрыгнула с зубца на площадку башни. Она подошла к баронете, взяла ее лицо в  руки и долго смотрела, словно запоминая.

- Я всегда буду любить тебя, Диэна.

- Да брось, - баронета попыталась ответить максимально беззаботным тоном, хотя на глаза навернулись слезы, - лучше поскорей найди себе другую подружку, на сей раз из фей, чтобы не вышло такой ошибки.

- Я вовсе не обещаю хранить тебе верность. Но разлюбить тебя не смогу. Моя любовь – навсегда.

- Ты мне это говорила, еще в начале нашего знакомства. Я решила, что это просто поэтический образ. Ведь вполне вероятно, что ты проживешь еще столетия после моей смерти.

- Это ничего не меняет. Я все еще люблю ту, что умерла задолго до того, как был построен этот замок. Ты тоже останешься в моем сердце навсегда. Там достаточно места.

Диэна все же не выдержала и всхлипнула.

Таша поцеловала ее, очень нежно и совсем скромно, вовсе не так, как Диэна привыкла, потом отступила на несколько шагов и снова отвернулась, глядя на красное солнце, которое уже больше чем наполовину скрылось за горизонтом.

Диэна заподозрила, что она тоже плачет. Но Таша просто что-то шептала, очень тихо и на фейском языке.

- Что ты сказала?

Таша обернулась к ней:

- Я дала обещание. Чтобы ни случилось, ты всегда можешь рассчитывать на мою помощь. Тебе достаточно позвать меня с этого самого места, и я тут же приду.

- Спасибо, Таша. Но я вряд ли воспользуюсь этим предложением.

- Любой из твоих потомков сможет это сделать. Пока светит Солнышко.

- Ну, ему недолго осталось, – постаралась обратить все в шутку Диэна, – смотри, оно уже совсем село.

- Солнышко светит нам все время. Просто мы его не всегда видим – грустно сказала Таша, снова запрыгнула на зубец и шагнула вниз.

У Диэны замерло сердце, хотя она знала, что Верховная фея, разумеется, не может просто так разбиться. Девушка подошла к зубчатой стене и с трудом разглядела уже очень далеко, на фоне леса, огромные полупрозрачные зеленые крылья. Все двенадцать лет знакомства она и не подозревала, что Таша умеет летать.

* * *

Да, выбор был верным. И вспоминать уже совсем не больно, скорей наоборот. Всегда приятно знать, что где-то есть кто-то, кто тебя любит. Даже если вы никогда не увидитесь.

Хотя ведь подняться на башню совсем не сложно. Но что она скажет? Нужна ли ей помощь? Нет, у нее все хорошо.

Муж абсолютно не мешает. Сидит себе в столице, проворачивает свои бесконечные любовные похождения, но все тихо, без огласки, так что никакого ущерба для репутации Шэтто. А это все, что ее волнует. Этот брак с самого начала был прекрасным образцом удачного союза по расчету, где обе стороны получили то, что хотели – ее муж, обедневший дворянин, – титул барона и возможность вести беззаботную жизнь в свое удовольствие, а Диэна – двух замечательных детей. А теперь вот уже и внуки пошли. И самая любимая, конечно, Хсэни, будущая наследница – Диэна с нежностью покосилась на люльку.

Финансовые дела тоже идут прекрасно. Диэне всегда везло. В безлюдном и бесполезном горном районе, который она прикупила по случаю за смешные деньги, просто чтобы подравнять границу своих владений вокруг замка Краймар, обнаружилось серебро. Тяжба с графами Курмэ за огромный участок плодороднейших заливных лугов, которая тянулась больше двух поколений, внезапно завершилась полной победой в связи с неожиданной смертью Свэны Курмэ и прекращением этого дворянского рода. Даже похождения мужа принесли выгоду – старый ловелас ухитрился соблазнить, среди прочих, вторую секретаршу министерства финансов и не стеснялся, в промежутках между постельными утехами, качать с нее интересную информацию, которая могла бы пригодиться его законной супруге. Диэна старательно отгоняла мысль, что подобное постоянное везение может быть связано с тем, что в ней все же есть кое-что фейской природы.

В замке тоже все хорошо. Слуги отобраны и вымуштрованы еще покойной матушкой. Гарнизон невелик, но безупречно экипирован, отлично подготовлен и абсолютно лоялен. А если случится что-то, с чем солдаты не справятся, у нее есть и кое-что в запасе. 

И совершенно напрасно Мирэнда недобро косится на Лэлет и глядит на родную мать с таким подозрением. Эти развлечения для Диэны давно в прошлом. Баронесса разрешила темнокожей фее погостить в замке исключительно из практических соображений. Фея в доме – это полная безопасность, тем более – если она высшая. И пусть она сто раз темная, она обещала ни при каких обстоятельствах не причинять вреда обитателям замка, а свою клятву феи держат твердо.

Одна из специальностей Лэлет – контроль над землетрясениями, а для гор Мэссоуги это очень актуально. Слава добрым богам, при жизни Диэны ничего такого не случалось, а вот при ее бабке замок один раз изрядно пострадал, двух человек задавило обрушившейся стеной насмерть, еще нескольких покалечило. Ремонтные работы затянулись на полдюжины лет и поглотили немало золота. Приятно знать, что пока темная фея живет у них, повторение этого исключено.

Правда, так и осталось непонятным, зачем это нужно самой Лэлет. Вообще-то феи не очень любят жить совместно с людьми. Объяснения темной были туманными.  Якобы глубоко в подвалах замка, а верней – в пещерах под ними, есть некая аномальная магическая область, которую она хочет исследовать.

Странно, но Таша ни о чем подобном не упоминала. Диэна вообще никогда до того не слышала, что разные места могут как-то отличаться в магическом плане. Баронесса даже заподозрила, что Лэлет не до конца с ней откровенна. Напрямую феи врать не будут, но увиливать и недоговаривать могут сколько угодно, а темные достигли в этом особенных  высот. Возможно, у темной просто возникло совершенно человеческое желание всегда иметь гарантированный кров и сытный стол? Конечно, все это можно получить в любом ковене, но жить со своими соплеменницами некоторые феи любят еще меньше, чем с людьми. А тем более темные во Флойруме, где почти все ковены – светлые.

Ну, даже если так, баронессе только лучше. Прокормить лишний рот в замке, где и так столуется несколько дюжин людей – не проблема, хотя покушать Лэлет любит, как и все феи. За исключением трапез, наверху она почти не появляется, сидит себе где-то в подвалах, куда сама Диэна не наведывалась с подросткового шаловливого возраста, когда тянет сунуть нос в каждую щель. Ничего интересного там не было даже тогда – ни скелетов, ни чудовищ, ни загадок. Даже крыс – и тех не было, нечего им там есть. Одна пыль да плесень.

Вечерами Лэлет иногда заходит к хозяйке поболтать, рассказывает анекдоты и всякие забавные истории, при этом никакой мистики и эзотерики. Слушать ее – одно удовольствие. Ничего мрачного и загадочного в ней нет, хотя и темная, дети ее тоже любят.

- Ваша милость!

Что там у них случилось опять? Ведь прекрасно знают, что Диэна не любит, когда ее тревожат по вечерам. И все равно не могут обойтись, беспокоят по каждой мелочи. Хотя бы пару часов перед сном она может посвятить своим мыслям и воспоминаниям?

- Да что такое, Жэн?

- Ваша милость, простите, госпожа Лэлет просит вас срочно подойти к ней! Очень срочно! – дежурный стражник действительно сильно встревожен, и, кажется, даже испуган. Видимо, на сей раз это не какой-то пустяк.

- Пусть поднимается, я ее приму. Что там у нее случилось?

- Госпожа, она не может. Она… Она, кажется, ранена.

Этот болван должно быть что-то напутал, подумала Диэна. Ранить высшую фею, кому это вообще по силам? 

- Ну, хорошо, хорошо, я иду.

По дороге вниз Диэна велела подвернувшемуся дворецкому послать одну из нянек присмотреть за малюткой Хсэни. Девочка не должна оставаться одна.

К счастью, забираться далеко в подвалы не пришлось. Лэлет находилась у одного из входов, прямо у лестницы. Здесь было еще светло и сухо. Ее вид заставил Диэну вздрогнуть.

Фея лежала на полу, свернувшись клубком, абсолютно обнаженная и сплошь покрыта кровью. Под ней также растеклась большая, прямо-таки огромная лужа. Диэна тревожно завертела головой, но не увидела ничего и никого больше.

- Срочно позови нашего лекаря и еще охраны. Всех, кого найдешь! – скомандовала баронесса сопровождавшему ее стражнику.

- Но, госпожа… - Жэн явно не хотел оставлять хозяйку и раненую фею наедине с неведомой опасностью.

- Выполнять! – рявкнула Диэна.

- Не надо! – простонала Лэлет, поднимая голову.

Стражник, тем не менее, уже убежал. Он хорошо уяснил, чьи приказы исполняют в этой замке.

- Что не надо, Лэл? Что случилось? – Диэна присела на карточки около феи, стараясь осмотреть ее, но не касаясь, из опасений повредить еще больше. Сложно было что-то разглядеть через кровоподтеки, но существенных повреждений видно не было. Впрочем, баронесса слабо представляла себе, какие повреждения могут быть опасными для высшей феи – разве что отрубленная голова, и то не факт. Или Лэлет уже успела затянуть все свои раны? Это было вполне реальным.

- Лекаря не надо. И солдат сюда – тоже. Вы должны бежать.

- Что ты такое говоришь?

- Диэна, – фея собралась с силами и стала говорить более членораздельно. Кровь на глазах впитывалась в ее кожу.

- Прости, я совершила большую ошибку. Вам всем нужно срочно покинуть замок. Я удержу его дюжину часов. Это все. Больше я не смогу. Все, кто будут здесь через это время, погибнут.

- Кого его? Что случилось?

- Чудовище.

- Какое еще чудовище?

- Я не знаю, что это. Но оно опасно, очень.

- Откуда оно взялось?

- Диэна, у меня совершенно нет времени на объяснения. Я тебя очень прошу, немедленно собери всех своих людей и все самое ценное, и уезжайте из замка.

- Ничего себе предложение! Это мой фамильный замок, я тут родилась, я тут живу!

- Ты предпочитаешь здесь и умереть? Прямо завтра? Со всеми своими людьми, и детьми тоже?

- Но, послушай, наверняка же можно что-то сделать!

- Я сделаю. Прямо сейчас. И это даст вам двенадцать часов. Большего сделать нельзя. Выйди за порог, пожалуйста.

Ошарашенная Диэна послушалась.

Лэлет поднялась с пола. Видно было, что движения причиняют ей боль, но она игнорировала это. Подойдя к порогу, она обмакнула палец в лужу крови и принялась рисовать на пороге руны. Несмотря на обстоятельства, знаки получались удивительно ровные и симметричные.

В коридоре послышался топот ног. Бежала охрана. Диэна приняла решение. Что бы там не было, рисковать детьми она не имеет права.

- Немедленно собирай всех людей, Вэнни,- обратилась баронесса к командиру личной гвардии. - Запрягай лошадей, грузи подводы. Мы все уезжаем.

- Сейчас, госпожа, на ночь глядя? – старый служака выглядел ошарашенным, но баронесса уже собралась и командовала уверенно.

- Скажи Мирэнде, пусть берет детей. И всем бабам в замке, кто с детьми, надо передать. Они должны выехать немедленно, верхом. Дашь им десятку конников сопровождения.

Остальные пусть быстро грузят ценности в подводы. Всю еду, какая попадется под руку, тоже берите. Я не знаю, когда мы сможем вернуться. Мы выедем через несколько часов.

- Лэлет. Насколько далеко будет распространяться опасность?

- В дюжине верст будет уже полностью безопасно. Только не вздумайте возвращаться, – фея все еще чертила руны, за первым рядом пошел второй, третий и четвертый. Рисуя, она постепенно отодвигалась вглубь коридора.

- Значит, мы можем выехать через шесть часов и у нас еще будет достаточно времени, чтобы удалится на безопасное расстояние, даже на телегах, - пару часов Диэна оставила в резерве. Всякое ведь может случиться. Подвода застрянет, ось треснет.

- А ты когда к нам присоединишься?

- Никогда. Моя вина, мне и отвечать. Не возвращайтесь, – с этими словами темная фея скрылась в глубине коридора, ведущего в  подвалы.

Диэна рефлекторно шагнула за ней, но как будто с размаху стукнулась о невидимую стену. Ряды рун не пропускали.

Баронесса поджала губы.

- Ну а вы что стоите? Быстро пошли, я покажу, что грузить в первую очередь! – обратилась она к нескольким стражникам, оставшимся около нее.

* * *

- Вот так это все и началось, - завершила рассказ Фиона.

- И что стало с этой Лэлет, не известно? – Cпросила Лэнда.

- Мы не знаем. Вероятно, погибла. Рабочая версия у нас такая: известно, что в последние годы перед инцидентом Лэлет интересовалась, помимо прочего, порталами. Вероятно, она открыла проход в какой-то другой мир, скорей всего – с низким глобальным коэффициентом. И какая-то тварь, оттуда, естественно, вылезла. Они всегда стремятся в миры получше, это закономерно. Убить или загнать ее обратно Лэлет не смогла, но каким-то образом задержала и ограничила сферой в дюжину верст вокруг замка. Как она это сделала, мы тоже не можем понять.

- Какие есть предположения, что это за чудовище? Демон, дракон? – глаза журналистки горели азартом и любопытством.

- Скорей всего, ни то, ни другое. Драконы – разумные создания. И они никогда не будут есть других разумных. Это, скажем так, ниже их достоинства. Что касается демонов, они выглядят не так. И оставаться в мирах со столь высоким глобальным коэффициентом, как наш, они могут так долго лишь в  том случае, если их призвали и призвавший все еще жив, что само по себе маловероятно. То, что живет у замка Краймар – это неразумное существо, нечто вроде магического зверя. Мы никогда такого еще не встречали.

- Так вы все-таки знаете, как эта штука выглядит? Значит, кто-то там все же был?

- Разумеется. Ковен не сидел сложа руки. Было предпринято несколько попыток устранить эту… неприятность.

- Почему-то это держится в полном секрете.

- Потому что мы совершенно не преуспели. Феи, как и все остальные, не любят признавать свое бессилие.

Лэнда и Хсэни переглянулись. Зверушка, перед которой спасовали все феи страны, должна была быть весьма необычной.

- Дело в том, - пояснила Шафрановая, - что в ковенах Флойрума очень мало темных фей. Собственно, у нас было всего две высших темных. Лэлет… ну, с ней понятно. Еще есть Свинцовая Гэлли, очень опытная фея, глава одного из провинциальных ковенов, но она категорически отказалась заниматься этой проблемой. Упрашивать у нас не принято. Если фея говорит - нет, значит это не ее путь. Так что пришлось пытаться справиться без ее помощи.

Самая сильная темная фея столичного ковена, Антрацитовая Инэс, потенциально очень могущественна, но у нее не хватает знаний. И обучать ее у нас некому. Тем не менее, она с готовность вызвалась разобраться с этой тварью. Ей едва удалось унести ноги. Боевые руны, которые она применила, на чудовище не подействовали. Безусловно, высшие и верховные руны группы Раг-На ни одно животное, будь оно хоть сто раз магическое, не отразит. Но во Флойруме ими никто не владеет.

- По крайне мере, Инэс не съели. Это обнадеживает. Значит, выжить при встрече с этим существом можно, - отметила Лэнда, в первую очередь, чтоб подбодрить Хсэни.

- Да, и спас ее такой же амулет, как я сейчас дала вам. Именно поэтому я уверена в  их надежности. Ваши даже мощней.

- А что же светлые феи? – поинтересовалась журналистка, - мне казалось, что вы тоже не совсем беззащитны.

- О, у нас есть парочка способов избавляться от таких агрессивных созданий, не убивая. К сожалению, они тоже не сработали. Во-первых, мы можем открыть портал в другой мир и выбросить «мусор» туда. Обычно используются «плохие» миры, с низким коэффициентом. Там такого «добра» и без нас хватает, подобным тварям там самое место.

Задача это непростая. Вообще перемещение в другой мир – это магия на грани между высшей и верховной. А открыть портал так быстро, не для себя лично, плюс так удачно, чтоб другое существо туда попало против своей воли – это осложняет дело во много раз.

Некоторое время назад к нам заглянула Сиреневая Рэри. Эта светлая фея  не входит ни в один ковен, поскольку слишком мало времени проводит в нашем мире. Она считается высшей, но перемещением между мирами владеет лучше всех верховных. Это ее специализация. Она с радостью согласилась помочь нам. Ей удалось успешно открыть портал прямо под чудовищем, и оно туда провалилось.

- И что? – спросили девушки в один голос.

Фиона вздохнула.

– Тварь тут же открыла портал обратно и вернулась. Удирать пришлось уже Рери. К счастью, для нее это вовсе не сложно, себя-то она перенесет куда угодно в мгновение ока.

- Ничего себе! Вы точно уверены, что оно неразумно? – выдохнула Лэнда.

Фиона только грустно кивнула.

- Была еще одна попытка обезвредить это создание. Ее предприняла я сама.

- Вы же не можете сражаться! Или есть исключения для таких вот зловредных существ?

- Никаких исключений. Но не обязательно делать зло другим, чтобы обезопасить себя. В частности, если я превращу одно животное в другое, это же не будет вредом, правда?

- Хм… - Лэнда и Хсени снова переглянулись.

- Трансформационная магия удается мне довольно неплохо. Я превратила это чудовище в черепаху. Маленькую, безобидную, неторопливую и очень милую черепашку. К сожалению, оно почти сразу же превратилось обратно. Других идей, как с ним справится, у меня не было. Так что мне пришлось поспешно удалиться. Удрать, прямо скажем.

- Ну что же, - резюмировала Лэнда. – Получается, никто не знает, что это за существо и как с ним справится. Но зато есть проверенный способ ускользнуть от его внимания. И вы нам его только что дали. Есть что-нибудь еще, что нам следует знать?

- Вам нужно добраться до замка. Внутри его помещений вы будете в безопасности, там можно передохнуть. Чудовищу туда ходу нет.

- Вы уверены, Ваше могущество? В конце концов, именно из его подвалов оно и вылезло!

- Я отвечаю за свои слова, - прохладно ответила Фиона, - и еще одно. Мои амулеты отталкивают чужое внимание. Поэтому, когда ты, Хсэни, будешь взывать к Таше, его придется снять.

- Но светлая фея ведь не желает нам вреда?

- Все равно, докричаться в другой мир – не простая задача. Не следует осложнять ее еще больше.

- А как я, собственно, должна звать ее? – поинтересовалась Хсэни. – Вслух или про себя? Просто по имени или есть какая-то специальная формула, ритуал? Надеюсь, не на фейском? У меня плохо с иностранными языками, я обязательно что-нибудь перепутаю.

- Никакой четкой формулировки нет, но чтоб тебе было проще, я сейчас напишу подходящие слова. Хорошо выучи их по дороге, чтоб не сбиваться и не отвлекаться в момент призыва. Произносить желательно вслух и громко, тебе самой так будет проще. Но самое главное в этом деле – чувства. Ты должна хотеть, чтоб Таша пришла к тебе.

Отредактировано Kristi N (31.10.16 01:07:49)

+2

30

Kristi N, спасибо Вам... конец ведь будет счастливым, правда?...

+2

31

Koveshnikov|0011/7a/32/2512-1439194984.jpg написал(а):

Kristi N, спасибо Вам... конец ведь будет счастливым, правда?...

Koveshnikov, что заставило Вас заподозрить недоброе?   ;)
Конечно, может так случится, что по независящим от меня причинам я не буду тут выкладывать продолжение, например в связи с потерей читательского интереса или баном :)
Но вообще-то, о конце речь пока не идет.
Как говорит Макс Фрай, среди моих историй - парочка просто длинных, а все остальные – бесконечные.  :rolleyes:

Отредактировано Kristi N (31.10.16 20:08:53)

+1

32

Глава 12.

Мир 2.14.287
29 июня 2012, 15:50
Россия, Москва, Красная площадь

Таша и Катэ

До Красной площади феи добрались только к четырем часам дня. Слишком много по пути было примечательных зданий, около которых Таша задерживалась. При этом можно было сказать, что Изумрудная проявила редкостную для нее целеустремленность. Вопреки своему обыкновению, она стойко удерживалась от искушения сворачивать в переулки, лишь отмахивала своей трубкой налево и направо, рассказывая Кате, какие интересные дома они могли бы увидеть, если бы пошли туда, но твердо придерживалась изначального маршрута.

На Покровке они перекусили в небольшом уютном кафе. Расплатившись по счету, Таша отдала остатки своих денег Кате,  сказав при этом:

- Пусть буду у тебя. У меня не очень хорошо получается обращаться с деньгами. Я всегда трачу или слишком много, или чересчур мало. Мы можем попользоваться твоей человеческой практичностью, пока ты еще не утратила этот навык. И все равно, раз у нас готовишь ты, то и решать, какие продукты покупать - тебе.

Катя сначала смущенно отказывалась, но потом признала, что определенная логика в этом есть.

- А почему это я должна перестать быть практичной?

- Для фей характерна беспечность и беззаботность. С хозяйственной сметкой это сочетается плохо, - объяснила Таша, - не волнуйся, с тобой это случится еще не завтра и даже не будущем году. Ты успеешь адаптироваться  к новому стилю жизни.

- Удивительно, как феи еще не вымерли, питаясь лишь случайно заскочившими прямо в рот пирожными, - подколола ее Катя.

- Я самую капельку отклонилась от истины, когда сказала тебе, что мне не нужно много есть, - вздохнула Изумрудная, - на самом деле, пища мне не требуется вовсе. Я могу обходиться без нее годами, без всякого ущерба. Просто не люблю отказывать себе в удовольствиях.

Красная площадь как всегда кишела народом, в основном туристами. Они гомонили на разных языках, фотографировали себя, друг друга и ключевые достопримечательности. Таша ни на кого не обращала внимания, и ее тоже, как будто, не замечали.

Встав на более-менее свободном участке неподалеку от исторического музея, Таша закрыла глаза, и некоторое время стояла, запрокинув голову к небу.

- Сердце Москвы, - тихо произнесла она, - обожаю.

- Разве оно не в Кремле?

- Было раньше. Больше нет, с тех пор, как туда закрыли свободный доступ. Сердце города не может находиться там, куда не может попасть каждый желающий в любое время.

Катя чувствовала себя не совсем уютно. Она не любила большие скопления людей, кроме того, тут столько полиции. Не то чтобы они сделали или собираются совершить  что-то незаконное, но с Ташей никогда нельзя сказать наверняка, что она выкинет в  следующую минуту. И у нее даже документов нет.

Тем временем Таша открыла глаза. Катя поймала ее взгляд и остолбенела. Радужки ее подруги всегда были ненормально яркими, но сейчас они светились и сияли.

- Ой, мамочки, - подумала Катя смятенно. В данный момент Изумрудную не принял бы за человека ни один скептик, однако фея по-прежнему не удостоились даже любопытного взгляда из толпы туристов.

- Нас же не видит никто, - Катя позволила себе осознать мысль, которая уже давно стучалась из подсознания в дверь ее разума, - или я сплю, или я сошла с ума, или…

- Катэ, пожалуйста, отойди на несколько шагов. Мне нужно место.

Негромкий голос Таши переливался волной, совершенно обыденный – и при этом абсолютно не человеческий, хотя Катя не смогла бы сказать, в чем заключалась отличие.

Она отступила от феи, не столько выполняя просьбу подруги, сколько в испуге и смятении.

А Таша спокойно стояла на брусчатке в центре пустого пространства в десяток метров, потом переступила ногами, как бы в неуверенности, и вдруг резко вскинула руки вверх – в тот же миг ударила музыка. Оглушающе громкая, она отдавалась физической вибрацией по телу и в тоже время, казалось, шла изнутри. Во всяком случае, Катя сразу поняла – даже если заткнуть уши, мелодия не перестанет быть слышной. Впрочем, девушка вовсе и не хотела, чтобы этот звук прекратился – она была уверена, что ничего прекрасней в жизни не слышала, даже не подозревала до этого момента, какая на самом деле должна быть музыка - точно также, как до встречи с Ташей она и не представляла, что такое настоящая любовь.

А Изумрудная тем временем танцевала. Любая исполнительница акробатического рок-н-ролла или профессиональная гимнастка не поверили бы своим глазам, доведись им увидеть этот танец. Даже Катя, не будучи специалистом, сразу поняла – человеку такие движения, прыжки и изгибы не доступны. Фея танцевала в бешеном темпе, что Катя просто не могла уследить за всеми ее движениями, а все ее действия были такими безукоризненными, словно отточенными тысячами повторений, но в то же время Катя чувствовала – этот танец – полная импровизация, то, что она видит – исполняется первый  раз и никогда не будет в точности повторено.

Теперь стало понятно назначение раскладывающейся трубки. Таша активно использовала ее, то жестикулируя ей, то жонглируя, то ставя вертикально на землю и вспрыгивая на нее. Совершенно же невозможно не упасть, запрыгнув с сальто на тонкую, вдобавок складывающуюся трубочку, стоящую на неровной брусчатке, однако фея проделывала этот трюк в разных вариациях с неизменным успехом и потрясающей грацией.

Необычности добавляло еще и то, что Изумрудная танцевала в своем неизменном плащике, который носила все время, несмотря на жару. Зеленые полы плаща и темно-каштановые волосы феи метались и развевались в разные стороны, создавая дополнительные фигуры – казалось, Таша полностью контролирует их движения также, как руки и ноги.

В процессе танца фея постепенно избавлялась от отдельных элементов своего сценического костюма – сперва улетела шляпка, потом перчатки, и наконец, плащик. Катя уже начала задумываться, докуда может дойти этот стриптиз для единственной зрительницы. Совершенно очевидно, что никто на площади, кроме нее, не видел этого удивительного зрелища. В этот момента музыка прекратилась также внезапно, как и началась.

Таша на секунду замерла, стоя на своей трубке на одной ножке, вытянув руки в стороны и изогнув голову, в позе журавля с расправленными крыльями, а потом легко спрыгнула и совершенно обыденно пошла собирать свою атрибутику. Она выглядела очень довольной и абсолютно не запыхавшейся.

- Вот так я и работаю, - сообщила она Кате, протягивая руку.

Ее подруга все еще не могла придти в себя, от неземной музыки и от увиденного. Только сейчас до Кати дошло, что она сидит на брусчатке – когда только она успела сесть, или просто шлепнулась от изумления, даже не заметив этого. Интересно, я хотя бы не с открытым ртом глазела, - подумала девушка, - ну и глупый же вид у меня был, наверное. Впрочем, Таше явно было не до меня, а все прочие и вовсе ничего не видели.

Кате пришлось воспользоваться помощь феи, чтобы подняться. Ноги держали плохо, и голова кружилась, как будто это она, а не Таша, устроила это сумасшедшее танцевальное представление.

Девушка разглядывала подругу, как будто видела первый раз. Глаза Изумрудной по-прежнему сияли и переливались несколько ярче нормы, хотя и не так сверкали, как перед выступлением. Весь ее облик как-то слегка изменился. Сейчас фея казалась еще на год или два моложе, ее черты лица стали несколько тоньше и изящней, волосы переливались, ресницы, и так чересчур длинные, казались еще пушистей. На пальцах рук появились массивные, причудливые перстни с большими камнями. Катя готова была присягнуть, что когда они вышли на площадь, этих украшений у Таши не было.

- Ты изменилась… - прошептала Катя. Все это было для нее чересчур.

- Я всегда одинаковая. Не меняюсь уже давно, даже слишком, - по крайне мере голос подруги звучал по-прежнему, вполне привычно – Просто теперь ты можешь видеть мой настоящий облик. До того твои собственные представления не давали тебе разглядеть ту часть меня, которая не укладывалась в обыденную картину мира.

- Что это вообще было?

- Танец.

- Ну, я догадалась. Хотя также можно сказать, что это - цирковое представление. Впрочем, если бы я увидела такое в кино, сразу бы заподозрила авторов в неумеренном злоупотреблении компьютерной графикой. Так как ты, даже Джеки Чан не прыгает!

Таша наморщила брови.

- Извини, кинематограф пока не входит в сферу моих интересов. Очень жаль, конечно, но я не могу успеть все! Впрочем, я поняла, что ты имеешь в виду.

- Ладно, Таш, забудем про Джеки Чана. Было бы очень мило, если бы ты мне хотя бы отчасти объяснила все происходящее. У меня столько вопросов, что я даже не знаю, с чего начать. Что это за танец и для чего он? То есть я признаю, это было потрясающе красиво, но ведь все равно, кажется, кроме меня это никто не видел… Кстати, почему? Все это было ради меня? Но ты сказала, что это твоя работа, значит ты делала это и раньше? И музыка, что это, откуда? Я в жизни такого не слышала, даже не могу представить, что это за инструменты. Как будто тысяча партий исполняется одновременно, но при этом их все отчетливо слышно.

- Да уж, вопросов у тебя куча. Что ж, начнем с главного. Танцевать – это мой любимый способ взаимодействовать с миром напрямую.

- Напрямую?

- Ну да. Люди взаимодействуют с миром опосредованно. Сначала мысль, потом движения тела, при необходимости – использование орудий. Я иногда могу действовать по другому  - моя воля, мое желание прямо воплощаются в перемены, если мир готов и согласен. Но я уже знаю, о чем можно и должно просить, а что пока преждевременно. Можешь называть это магией, хотя я предпочитаю не использовать такую терминологию.

- Но танец?

- На самом деле, это внешняя форма. Помогает сконцентрировать свои эмоции, мысли и желания. Я могла бы просто постоять здесь и помолчать минут десять. Но так у меня получается лучше. И так интересней.

- О да. Но все же, чего ты пыталась сделать? У тебя получилось? Был какой-то эффект? Я не замечаю перемен в окружающем мире, кроме того, что ты выглядишь немного по-другому, еще более… чудесной.

- Я не пыталась достичь чего-то конкретного. Все мои усилия направлены на то, чтобы сделать мир немного лучше. Сегодня – вот этот город, Москву.

- Это в каком смысле? – спросила Катя с некоторым подозрениям. Опыт подсказывал ей, что все попытки улучшить  мир  и осчастливить окружающих заканчиваются, как минимум, большими беспорядками.

Таша захихикала.

- Не переживай, никаких революции, войн и потрясений не предвидится. Я же не темная, чтоб «танец бури» тут исполнять! Мои изменения – тоньше, деликатней, сразу не заметишь. Может быть, в ближайшие годы в этом городе немного увеличится рождаемость и уменьшится смертность, а преступность чуть снизится. У маньяков не будет настроения убивать и насиловать, террористов станут преследовать неудачи, препятствующие осуществлению их планов, а крупные катастрофы и мелкие несчастья будут происходить чуть пореже.  Люди будут меньше пить и больше заниматься любовью.  Писатели, художники, архитекторы и прочие творческие личности испытают прилив вдохновения. Цветы и деревья будут расти лучше, чем обычно. Ну и еще сотни мелких изменений, каждое  в отдельности – совсем крошечное. Но все вместе они чуть-чуть улучшают мир. Вот этим я занимаюсь. Шатаюсь по свету, переезжаю из города в город, и там, где можно, где получается -  танцую.

Этот мир… Если честно, с чудесами тут плоховато. Работать не очень легко. Изменения, которые удается внести, слишком малы и очень нестойкие. Но мне все равно нравится этим заниматься. Надо просто сильнее стараться.

Они неспешно шли по Александровскому саду, и Катя продолжала засыпать подругу вопросами:

- И все же, нас действительно никто не видит? До сих пор не могу поверить! – Катя скорчила ужасную рожу проходившим мимо парням. Как она и ожидала, молодые люди совершенно не отреагировали, даже минимальной мимикой не показали, что заметили что-то. Их взгляды скользили по феям, как мимо пустого места.

- Тебе не хватает человеческого внимания?

- Пока ты со мной, мне больше никто не нужен. Я просто к такому совершенно не привыкла.

- Я тебе уже рассказывала, что у каждой феи имеется защита от недоброжелательного и ненужного интереса. Поскольку я нелюдимая и необщительная, у меня этот щит отсекает почти всех, даже тех, кто не хочет мне зла. Исключения очень редки. Если человек может заметить меня, этого само по себе достаточно, чтобы я признала, что нам как минимум есть, о чем побеседовать. Вот почему я сразу поняла, что наша с тобой встреча не случайна.

- Но твой танец, тебе не обидно, что его никто не видел?

- Его видели те, для кого я это делала. Ты. И Москва, конечно. Возможно, какие-то сущности. Они иногда подглядывают, но с ними ситуация обратная, чем с людьми – мы не сможем их заметить, пока они не пожелают нам показаться.

- Ты воспринимаешь города как живые существа, которые могут видеть?

- Не существа, нет. Я объясняла тебе нашу классификацию. Города - очень странные создания. Феи не пришли к единому мнению, куда их можно отнести. Но они каким-то образом ощущают нас. Я чувствую их внимание, когда танцую.

Что касается людей – раньше я иногда танцевала для них тоже. Под обычную, человеческую музыку. Но это создавало многовато ажиотажа. Были всякие слухи.

- Да уж, я это понимаю!

- Пока все ограничивалось сплетнями, передающимися из уст в уста, я это игнорировала. Мало ли что болтают. Но в нынешнюю эпоху, когда каждый может сделать видеозапись и выложить ее в интернет, я больше не могу позволить себе так откровенно совершать вещи, выходящие за рамки возможного для людей.

- Почему? Что тут плохого?

- Здесь мне это не разрешено.

- Одно из твоих правил? – догадалась Катя.

- Угу, – Изумрудная явно было не расположена развивать эту тему.

- Кстати, куда мы направляемся теперь? – они уже вышли на Волхонку и двигались в сторону бульвара.

- Ты устала?

- Ну, немного, - Катю утомила не прогулка, а всякие странности и чудеса. Ей казалось, что на сегодня их уже довольно. И вообще ей внезапно захотелось в постель. С Ташей, конечно. Там все сразу становилось просто.

- Извини, любимая. Скоро уже домой. Не бойся, я не потащу тебя обратно пешком, поедем как люди, на метро. Однако я чувствую, что у меня тут еще есть какое-то небольшое дело. Не понимаю точно где, но нам куда-то на юг. Надеюсь, это неподалеку. Возможно, мой гонорар? Было бы неплохо. У нас осталось маловато денюжек. Мне-то они не очень нужны, но ты без них не привыкла. А значит, деньги нам будут.

- Деньги, гонорар? Но кто будет тебе платить, если тебя никто не видел?

- Как кто? Тот, для кого я выступала. Сам город, конечно.

+2

33

Глава 13.

Мир 2.14.4А2
29 шестой х612, 23:30
Боттум, Мэних, площадь Империи

Мэган

Мощные, налитые яростной радостью выкрики, раздававшиеся с улицы через каждую пару минут, раздражали бы, если бы она еще могла испытывать это чувство. К счастью, это в прошлом. Отчаяние, скорбь, обида, страх, недовольство – всему этому теперь нет в ней места. Ее хорошо обучили.

Мэган прошла по коридору, распахнула дверь и вышла на большой балкон. Здесь был полумрак. Солнце уже давно скрылось за громадой здания старого императорского дворца. Отблески бесчисленных факелов, горевших на улице, не разгоняли темноту, лишь давали неприятное красное зарево. Впрочем, маленькая фигурка, устроившаяся на перилах балкона, на его фоне виднелась особенно отчетливо, словно вырезанная из тьмы. Длинные волнистые волосы спадали почти до пола.

- Как тебе зрелище, Мэг? – хотя фея и ступала абсолютно бесшумно, та, что сидела на балконе, разумеется, почувствовала ее приближение еще в коридоре. От нее таится бессмысленно. И этот голос – хрипловатый, чувственный – до сих пор он завораживает Мэган, очаровывает, возбуждает. Вероятно, так будет всегда. Она никогда не сможет противостоять ему.

- Если честно, не особенно, Бри. Я предпочла бы карнавал. Такой, знаешь, в стиле южного Флойрума. Чтоб повозки, изображающие всяких мифических зверей. И пышногрудые девицы, раскрашенные разными красками, с перьями и блестками в волосах и с минимум одежды – или вообще без нее. Мужчины в блестящих камзолах, таких ярких, что глаза режет. Все танцуют. И чтоб всюду цветы. И музыка повеселей этой.

На улице как раз зазвучал военный марш, грозный и... громкий. Чересчур.

Мэган подошла к балкону и встала рядом с подругой, глядя на улицу. Происходящее там совсем не напоминало только что описанное празднество. Ровные ряды людей заполняли площадь. Мэган знала, что мундиры на них разных цветов, но ночью, при свете факелов, все они казались черно-багровыми. Солдаты стояли неподвижно уже несколько часов,  устремив взгляды на императорский дворец. На его ярко освещенной стене колыхалась, оживленно жестикулируя, огромная фигура – всего лишь тень от маленького человечка, стоящего на трибуне у парадного входа в замок. Его самого отсюда было даже не различить. Зато тень наверняка была видна с любого уголка площади, так же как все слышали голос оратора - мощный, раскатистый, он гремел над толпой и лишь иногда делал небольшую паузу, давая собравшимся возможность боевыми кличами выразить одобрение услышанному.

- Впрочем, я признаю, шоу ты устроила на славу. Факела в темноте смотрятся неплохо.

- Насчет ночного парада я почерпнула идею в другом мире, - призналась Брианна, - не очень приятный мирок, как я слышала. Сама я там, к счастью, не была. Но отдельные моменты их истории мне… показали те, кто знали, что меня может заинтересовать. Зато с фигурой императора – задумка полностью моя. И ведь магии совсем чуть-чуть, любая нювка (неопытная фея. Слово может иметь как ласковый, так и пренебрежительный оттенок) сделает. Но, согласись, впечатляет.

- Ага, особенно тех, кто никогда не видел старого гриба вблизи.

Слова Мэган были заглушены очередным дружным воплем восторга. Солдаты вздымали вверх факела и оружие.

- И не надоест же им.

- Что ты, они будут вспоминать этот день как самый счастливый в их коротенькой жизни. Будут рассказывать своим детям и внукам. Те, кто выживет.

- А выживут немногие, - заметила Мэган.

- А вот это, - голос  Брианны сделался особенно томным, - то, что меня привлекает в этом зрелище более всего, - впервые за все время разговора верховная фея обернулась к подруге и посмотрела ей в глаза. В полумраке ее радужки слегка мерцали фиолетовым.

Нювки - почти люди. Высшие, вроде меня, когда как. Но верховные – это совсем другое, - подумала Мэган, - они ближе к сущностям. Их можно любить, но понимать – невозможно. Уже два года я живу с грозой, с цунами, с землетрясением. Мне досталось счастье, которое не выпадает почти никому. Конечно, это смертельно опасно. Но меня ведь всегда привлекал риск?

Вслух она сказал другое:

- Это то, что мне пока не доступно. Ты знаешь, что я не раз убивала и отправляла на смерть, потому что это - наш путь. Так было угодно Господину Пламени. Но радости мне это не приносит.

- А ты учись. Учись получать удовольствие от того, что ты делаешь. Эта наша прямая обязанность. Я всегда убиваю с наслаждением. И с любовью, конечно. Именно поэтому это у  меня так хорошо получается.

Повисло молчание.

Через несколько минут Мэган спросила:

- Почему ты не выступила сама? Не спорю, у нашего старикана получается не так уж и плохо. Но ты могла бы «накачать» их в сто раз лучше.

- К сожалению, мне не позволено так откровенно врать. А без этого тут никак.

Очередная буря эмоций на площади, особенно оглушительная и продолжительная, ознаменовала конец речи. Снова зазвучал марш.

- Ну, вот и все. Дальше уже не интересно, - сказала Брианна, спрыгивая с балкона в комнату, - хочешь поужинать?

- Я хочу… кое-чего другого…- Мэган подошла и поцеловала подругу. Для этого ей пришлось наклониться – Брианна была ниже почти на голову. Впрочем, это им никогда не мешало. От Брианны пахло, как после грозового ливня. Запах был сильней, чем обычно. Подруга знала, что это значит.

- По-моему, ты тоже не против… - прошептала она, отрываясь от губ верховной.

- С этим придется чуть обождать. К нам идут.

- Пошли их к Повелителю Огня.

- Не могу. Там наш главный мухомор. Надо соблюдать видимость приличий.

Дверь распахнулась, вошел кто-то из свиты:

- Его Императорское Величество Ксер Шестой! – возгласил придворный,  согнувшись в поклоне, пропустил внутрь императора и тут же шустро скрылся за дверью.

- Ваше Величество, – Брианна не потрудилась изобразить даже легкий наклон головы.

- Ваше верховное могущество, Фиолетовая Брианна, Ваше могущество, Кобальтовая Мэган, - кисло проскрипел невысокий, полный старичок. Он уже избавился от короны и пышной мантии и выглядел вовсе не впечатляюще.

- Подожди меня в спальне, я быстро – бросила Брианна подруге.

Мэган торопливо покинула балкон. Присутствовать при разговоре официального и фактического властителей Боттума ей вовсе не хотелось.

- Ну что тебе, старый пень? – спросила Брианна, как только дверь за подругой закрылась.

- Повежливей, сука – ответил старик ей в тон, без приглашения усаживаясь в стоявшее на балконе кресло. – Если уж говорить о возрасте, ты старше меня раз в двадцать.

- И проживу еще столько же, чего нельзя сказать о тебе. Ну, выкладывай, зачем приперся.

- Флойрум уже прознал про твои планы. Мои люди доложили, что вчера вышел приказ о дополнительном рекрутском наборе. Сроки и количество вербуемых не оставляют сомнений – они знают.

- Ах, ваши люди, ваше величество! Должно быть, горничная или кухарка сообщила вам эти слухи? – с сарказмом заметила Брианна, - у вас прекрасные источники, вы получаете информацию с запозданием всего на полдня против меня, это неплохой результат.

- Лучше бы ваше безграничное могущество уничтожало шпионов Флойрума с тем же рвением, как верных мне людей, тогда этого бы не случилось!

- Я и так выкорчевала всех из генерального штаба, адмиралтейства и ключевых министерств в Мэнихе. Но даже я не могу почуять предателей на расстоянии! Как только указы пошли на исполнение по провинциям, утечка стала неизбежна, я тебе это сразу говорила.

- Тебе не удастся застать их врасплох. Мормотто не дурак. Ты знаешь, что они вывозят запасы из приграничной полосы и прибрежных городов? Их заставы на границе уменьшены, хотя следовало бы ожидать обратного! Как ты думаешь, почему?

- Разумеется, я в курсе. И их тактика понятна. Они собираются сдать нам часть территории, но сберечь армию и ресурсы. Вероятно, вплоть до крепости Кройх мы возьмем все без боя, зато они обрушат мосты, завалят деревьями лесные дороги, угонят скот и сожгут поля. Припасы вывезут. Отравят колодцы. По их плану, мы будем наступать по выжженной земле и потеряем немалую часть армии от болезней и истощения еще до начала главных сражений.

- И что ты об этом думаешь?

- План не глуп, - признала Брианна, - это лучшее, что можно сделать на их месте. Но меня он не беспокоит.

- И что ты думаешь предпринять, чтобы не позволить нашей армии ослабнуть? У тебя есть столько фей, чтобы остановить эпидемии в армии, чтобы налить силами голодных солдат, чтобы заставить выгоревшие поля снова дать урожай за месяц?

- Не задавай глупых вопросов! Ты отлично знаешь, что нет! Мои девочки хорошо умеют воевать, а не заниматься такой ерундой.

- Тогда как ты планируешь предотвратить  наши небоевые потери?

- Никак. Это война. Потери будут. В том числе - от голода и болезней.

- Тебе плевать на жизни людей, это меня нисколько не удивляет. Но результат-то тебе не безразличен? Как ты собираешься победить, если наша армия, которая и так меньше флойрумской, придет к решающим боям настолько измотанной?

- Видишь ли, Ксерушка, я-то не ослабну. И мои феи – тоже. Вот мы и будем воевать. А солдаты - это так, вспомогательная сила.

- Почему бы вам тогда не отправиться наступать самостоятельно? К чему губить людей?

- Ну-ну, ты же не хочешь лишить своих верных подданных возможности умереть за Родину и императора? Ты же видел только что, как они рвутся в сражение, как высок их боевой дух?

Император поджал иссохшие губы.

- Все-таки ты исключительная сволочь.

- Таков мой путь, – пожала плечами Брианна, - это все, что ты хотел мне сказать?

- Просто хотел еще раз попробовать уговорить тебя одуматься. Это война не нужна никому, кроме тебя. И горстки штабных идиотов, которые надеются посверкать эполетами где-нибудь не слишком близко к полю боя и получить чины, ордена и поместья из завоеванных земель. Но я, в отличие от них, видел, что такое настоящая война.

- Я тоже видела. И гораздо больше тебя, – голос Брианны был мечтательным, как будто она говорила о чем-то исключительно приятном.

- Ты не в счет, - пробурчал Ксер, - тебе-то чужие страдания, кровь и смерть только в радость.

- Да что за зима! (зимы в мире 2.14.4А2 нет. Климат на всем обитаемом людьми континенте исключительно ровный, смена сезонов не ощущается, а растения цветут и плодоносят в течение всего года, каждое по своему циклу. Однако, геологические исследования показывают, что ситуация не всегда была такой. Очевидно, в очень древние времена кем-то, скорей всего феями, ось вращения этой планеты была выровнена перпендикулярно орбитальной плоскости и таким образом устранена сезонность. Произошло это столь давно, что никакой памяти об этом среди людей не осталось и слов, обозначающих сезоны и соответствующие зиме климатические явления в человеческих языках нет. В языке фей, гораздо более древнем и консервативном, эти слова остались, хотя и утратили свой первоначальный смысл. Феи ими ругаются.) Не тряситесь так, ваше величество. Вам тоже не придется рисковать той вешалкой для короны, что у вас на плечах. Ты знаешь, что к полю сражения я тебя не пущу. Было крайне предусмотрительно с твоей стороны не обзавестись наследниками, теперь мне приходится беречь твою жизнь! Мне вовсе не нужен хаос в этой стране, во всяком случае, сейчас он был бы как никогда некстати.

- Да уж я знаю. Если бы не это, ты бы устроила мне сердечный приступ еще два года назад. Но все-таки, мне бы не хотелось быть вынужденным принимать яд, как моему предку Ксеру Третьему. Бедняге пришлось покончить с собой, когда войска «союзных царств» взяли Мэних, после того, как ваше могущество весьма легкомысленно позволило себя убить!

Старикан понимает, что меня невозможно привести в ярость, если я этого не хочу. И также знает, что нужен мне, - подумала Брианна, - поэтому позволяет себе откровенно издеваться. Что ж, это неплохо. Надо держать себя в тонусе. Сплошное подобострастие никому не идет на пользу. Должен быть хоть один человек, кто мне хамит. К сожалению, даже от фей мне этого не добиться.

- Твой предок был такой же трусливый идиот, как и ты. И вообще, во всей вашей династии мне по-настоящему нравился только ее основатель, Ксер первый. Натуральный такой пират, трахал все, что движется, и пил ром из черепов своих врагов. Приятный малый. Поэтому я и привела его на трон. А вы, ваше величество, готовы сделать кубок из черепа императора Флойрума?

- Вряд ли это доставит мне удовольствие, - признал Ксер, - коллега Хэан Второй всегда был мне скорей симпатичен. Мы умели находить общий язык, до того, как ты все испортила.

- В любом случае, сейчас все будет иначе, чем в 383 году! Сейчас в этом мире нет никого, равного мне по силе.

- Уверен, ты говорила то же самое и Ксеру Третьему.

- Ну, все, с меня хватит твоего нытья. Проваливай. Меня подруга ждет.

- Желаю вам счастливо затрахаться до смерти.

- Не дождешься. Убирайся.

Через несколько минут Брианна ворвалась в спальню, и на ходу сбрасывая детали одежды, устремилась к постели. Мэган, которая успела слегка вздремнуть, спросила сонно:

- Ну, что там наш мухомор?

- Ничего интересного. Пытался разозлить меня. Безуспешно, разумеется.

- Жаль. Мне нравится, когда ты в гневе.

- Полюбуешься на это на войне.

- Эй, отдай одеяло! Куда ты его закинула!

- Оно сейчас не понадобится. Тебе и так будет жарко.

+2

34

Приношу извинения за задержку с продолжениями, я тут обнаружила прискорбную ошибку, у меня время в трех мирах рассинхронизировалось  :'(
Беда с этими феями, приходится с ними строить хронологические последовательности на сотни лет вперед и назад, и когда они не сходятся как надо, получается полная ерунда  :'(  Вот ломаю голову, что с этим делать...

+1

35

Kristi N, феи - такие феи...

+1

36

Глава 14.

Мир 2.14.287
29 июня 2012, 18:15
Россия, Москва, Пречистенка

Таша и Катэ

- Я вижу, ты совсем утомилась, - заметила Таша, когда девушки вышли на Пречистенку, - предлагаю зайти посидеть где-нибудь, перекусить. Тут полно мест, где можно вкусно покушать.

Катя задумалась в нерешительности. С одной стороны, она и правда устала, да и аппетит снова разыгрался. С другой стороны, ее «человеческая практичность», как обозвала это качество подруга, решительно возражала против того, чтобы снова (второй раз за день!) есть в ресторане, тем более - в центре города, где все, прямо скажем, не дешево. После того, как Изумрудная отдала ей все деньги, девушка почувствовала на себе бремя ответственности главы семьи.

- Я и до дома потерплю, - сказала Катя, - как насчет тебя?

- Я? – Таша изумилась, - по моим меркам это не тянет даже на легкую прогулку. Мы и десяти километров не прошли.

- Мои ноги утверждают, что отмахали все пятнадцать, - Катя с завистью смотрела на подругу, которая и правда выглядела абсолютно свежей и бодрой – все как обычно.

- Вот поэтому тебе и надо отдохнуть. Если ты беспокоишься о деньгах, это совершенно напрасно, поверь мне.

Катя позволила себя уговорить и через десять минут девушки уже сидели в уютном итальянском ресторанчике и ожидали свой заказ. Вытянув ноги и глотнув прохладного вишневого сока, который она попросила вместо аперитива, Катя поняла, что к ней снова вернулся интерес к жизни.

- Можно посмотреть твои колечки? – спросила она фею.

- Конечно, - Таша, сидевшая напротив, протянула ей правую руку.

Катя принялась разглядывать украшения с нарастающим изумлением. Три крупных перстня на указательном, среднем и безымянном пальцах Таши были слишком массивными для ее маленькой изящной ручки. Такой размер скорей подошел бы мужчине, но форма была слишком вычурной.

Девушка не могла определить, из какого материала сделаны эти вещи. Перстень на среднем пальце был белоснежным, даже более светлым, чем слоновая кость – он казался выточенным из куска сахара, без малейшего блеска, но при этом на ощупь обладал прочностью и тяжестью металла. Его поверхность покрывал орнамент в виде звезд, а в центре был помещен крупный голубой камень в форме девятиконечного солнышка с изогнутыми лучами. Катя могла бы предположить, что это сапфир, но она никогда не видела, чтобы драгоценные камни гранили в такую сложную и прихотливую фигуру. Кольцо на безымянном пальце было желтым, слишком яркого цвета даже для золота. Камень на нем был огранен в форме цветка с двенадцатью лепестками и больше всего походил на изумруд. Последний перстень, на указательном пальчике феи, переливался полированной чернотой, резко контрастирующей с рубиновой краснотой камня в форме шестиконечной звезды.

- Потрясающие вещички, - наконец осторожно заметила Катя, - я в жизни ничего похожего не видела. Но, мне кажется, это не совсем твой стиль.

Честно говоря, она не знала, что и думать. Тонкость исполнения и притягивающий блеск камней не позволял предположить, что это бижутерия. Однако драгоценности такого размера и причудливых форм, да еще контрастных цветов, мог, по Катиным представлениям, носить лишь не слишком обремененный хорошим вкусом раджа.

Таша пожала плечами:

- Это не украшения, так что выбирать мне не приходится.

- А что же это? Ты мне расскажешь?

- Возможно, когда-нибудь тебе тоже придется носить такие. Это символы заключенных мной пактов.

- Пактов?

- Да. Соглашений, договоров. Называй, как хочешь. Ты еще помнишь, кто нас познакомил?

- Ох.

- Помнишь, конечно. Так вот, я общаюсь с несколькими сущностями достаточно продолжительное время. Иногда я выполняю некоторые их поручения. Из тех, что не противоречат моему пути. Ну, и они тоже не остаются в долгу, оказывают помощь, когда она мне необходима. Вот эти персти – это знаки их расположения. Приходится носить. Сущности, знаешь ли, бывают довольно обидчивыми и не поймут, если я положу их подарок в шкаф. К тому же, никогда не знаешь, когда они могут понадобиться.

- А у тебя есть кольцо моего… в общем, Хозяина Дорог? – Катя произнесла последнюю часть фразы после заминки и почти шепотом.

- Оно на другой руке, – и Изумрудная показала ей левую кисть, которую также украшало три перстня. Особое внимание Кати сразу привлек один из них, серебристый, с черным камнем в виде странно изогнутой, но симметричной фигуры. Девушка ощутила внезапное притяжение к этой вещи. Не то чтобы она была какой-то особенно симпатичной. Напротив, от нее ощутимо веяло опасностью. Но Катя сразу поняла – такой предмет ей нужно иметь.

- Ага! – Таша заметила ее реакцию и рассмеялась, - оно поймало тебя, мое колечко. А верней, его хозяин. Тебя влечет его сила.

- Мне это не нравится, - собрав всю свою волю, Катя заставила себя убрать руки под стол и отвести взгляд от манящего колдовского предмета.

- Не бойся. Он не причинит тебе вреда, если, конечно, соблюдать правила техники безопасности. Я тебя научу, но не сейчас. Тебе еще рано играть с большими мальчиками, ты пока не готова. Сначала ты должна научиться твердо стоять на своем пути, чтобы никакие искушения не сбили тебя с него.

- А остальные твои кольца, чьи они?

- Вот это, - фея коснулась желтого кольца с зеленым камнем – моей крестной.

- Крестной?!

- Ну, не в христианском смысле, конечно. Просто моей основной покровительницы, Хозяйки Весны. С ней мне работать проще всего, она никогда не попросит ничего, что шло бы вразрез с моим принципами. Вот это, белое с голубым – знак Госпожи Мудрости, Повелительницы Луны. Она отвечает за тайные знания. Тоже очень полезное знакомство, скажу я тебе. А вот это,- тут Таша вздохнула, глядя на перстень с рубином, - символ Господина Пламени.

Катя ощутила неприятный холодок в желудке.

- Таша, не говори мне, что ты связалась…

- Нет-нет, это не то, что ты подумала. Он не имеет отношения к коварным силам, упомянутым в некоторых человеческих религиях. Тем не менее, это самый опасный из всех моих… контрагентов. Если про Эшу я тебе сказала, что он не добро и не зло, то про Хозяина Огня я такого сказать, увы, не могу. Он, определенно, зло. С этим ничего не поделаешь, – Таша виновато развела руками.

- Но ты же светлая! Как ты можешь якшаться с… такими – Катя не нашла подходящего слова. Рассказанное Ташей сильно задело ее где-то внутри. Она никогда не была верующей, но все же воспитывалась в рамках христианской культуры.

- Как ни странно, даже ему изредка нужны услуги тех, кто может творить добро. Его постоянные «партнеры» для этого не годятся. Я бы предпочла вовсе с ним не связываться и сама никогда не обращалась к нему за помощью, но так случилось, что его перстень оказался у меня. Однажды я расскажу тебе эту историю, а пока просто поверь мне - чьи бы знаки я не носила, я не причиняю вреда. И я никому не слуга. У меня свой путь. А это – просто полезные связи, скажем так. Если у тебя есть знакомый бандит, который кое-чем тебе обязан, это же не говорит о тебе плохо?

- Ну-у,  само по себе, наверное, нет. - Катю немного отпустило.

В этот момент принесли их ужин и разговор на время прервался.

* * *

Катя с трудом доедала десерт. С удовольствием поверив в то, что она теперь тоже фея, а значит, лишний вес ей не грозит, девушка взяла пример с подруги и заказала себе чересчур много всякой вкуснятины, однако Ташиных способностей, с которыми та легко могла бы выиграть любой конкурс едоков, Катя пока не приобрела.

Изумрудная уже давно расправилась со своей порцией и молча созерцала интерьер ресторана. Катю это устраивало. К продолжению разговора она была пока не готова. Почти ежечасно Таша удивляла, шокировала и ошарашивала подругу с совершенных разных сторон.

Фея потянулась к изящной салфетнице и принялась вытаскивать из нее разноцветные кусочки бумаги, задумчиво раскладывая их на столе. Катя, запихав в себя последний кусок торта, в довольном осоловении следила за пальчиками подруги. Внезапно из причудливо сложенной красной салфетки выпало несколько бумажек оттенком посветлей. Когда Катя поняла, что это, она не удержала изумленного возгласа. А Таша совершенно не удивилась.

- Кажется, это нам, - сообщила она, - небрежно раздвигая пальцем купюры по пятьсот евро. Не утруждая себя пересчитыванием, она сгребла их и протянула Кате.

- Прибери, пригодятся.

- Но… Это же... Как же, откуда они здесь?

- Я же тебе говорила, деньги будут. А ты беспокоилась.

- Таш, мы должны это вернуть! Это же кто-то потерял, наверное?

- Угу, просто забыл. В салфетнице. Как ты себе это представляешь?

- Но… Откуда-то они там взялись?

- Взялись - и взялись. Никогда не доискивалась до этого вопроса и тебе не советую. Чудеса такое настойчивое внимание не любят. Даже если их и правда забыли – этот загадочный «кто-то» оставил их для нас, а вовсе не случайно.

Если бы мы нашли кошелек с визиткой, мобильный телефон или какой-то еще предмет, по которому можно установить владельца – другое дело, мы бы, разумеется, это вернули. Я, кстати, очень часто нахожу потерянные вещи и всегда возвращаю их хозяевам. Но тут совершенно другой случай. Наличные деньги без всяких опознавательных знаков в совершенно неожиданном месте – это мой гонорар за работу. Именно так это и бывает. Так что спокойно бери, никто их не хватится и рыдать по ним не будет. Заплати по счету, и пойдем. Вот теперь мы действительно можем ехать домой.

Они вышли на улицу и направились к метро «парк Культуры». До «Кропоткинской» было ближе, но Катя даже не заикнулась, чтобы пойти туда – понятно, что Таша не захочет возвращаться обратно тем же путем. Впрочем, час в мягком кресле и еда сделали свое дело, девушка вполне отдохнула и готова была при необходимости отмахать еще десяток верст.

- И что, с тобой регулярно такое случается? – спросила он Ташу.

- Что именно? – кажется, происшествие в ресторане и правда уже вылетело у феи из головы, она оживленно крутила головой, разглядывая здания, мимо которых они шли. Кате было пока не до архитектурных красот.

- Ну, деньги. Ты правда так и зарабатываешь на жизнь? Сперва танцуешь, а потом в тот же день совершенно случайно находишь кругленькую сумму и понятия не имеешь, откуда это все берется?

- Не всегда так. И не обязательно именно в этот день. Как правило, я нахожу деньги, когда они становятся мне нужны. А верней, когда мне хочется, чтоб они у меня были. Насущная необходимость у меня бывает редко – я ведь могу долго не есть и спать под открытым небом. Я не болею, и никакие преступники мне не страшны. Так что у меня нередко случается, что я за неделю не потрачу и рубля, не потому, что экономлю, а просто забываю поесть. С другой стороны, мне случалось за день спустить несколько тысяч долларов, остановившись в лучшей гостинице города просто потому, что мне хотелось поглядеть ее интерьеры. Ну и покушать я люблю, ты заметила. Просто для меня это не жизненная потребность, а всего лишь удовольствие и далеко не самое главное. В общем, с деньгами обращаться я так и не научилась, - резюмировала Таша без всякого сожаления.

- Интересно, а как ты селишься в гостиницы без документов?

- А что, их там обычно спрашивают?

- Вообще-то да.

- А у меня - нет.

- Понятненько, - задумчиво протянула Катя. Она, наконец, начала понимать образ жизни подруги и пришла к выводу, что феи действительно умеют устраивать свое существование намного лучше людей.

- Смотри, смотри! – внезапный возбужденный возглас Изумрудной оторвал Катю от размышлений, смогла бы она жить как фея, и понравилось бы ей это. Сперва девушка не поняла, на что именно ей предлагают обратить внимание. Как ни удивительно, бурный интерес Таши вызвал вовсе не очередной красивый особняк, не кошка и даже не дерево, а человек, что было делом вовсе неслыханным.

- Парень с рыжими волосами, на противоположной стороне улицы, видишь?

- Вижу. И что? – На самом деле, молодой мужчина, о котором шла речь, и правда мог привлечь внимание. Высокий, явно более двух метров ростом, с буйной растрепанной шевелюрой и открытым, располагающим лицом. Он двигался порывисто, но при этом с грациозной элегантностью и смотрел на мир с радостным удивлением – ничего похожего на обычную хмурость озабоченных своими проблемами москвичей. Но Катя сомневалась, что всего этого достаточно, чтобы вызвать такую реакцию подруги.

- Смотри внимательно! Ты уже должна быть способной увидеть это!

- Что именно?

- Ну, смотри же! Сейчас уйдет!

И Катя увидела. Внезапно, но с полной отчетливость она вдруг осознала – за спиной мужчины были полусложены самые настоящие крылья – массивные, складчатые, цветом и фактурой похожие на новенькие кожаные ботинки.

Впрочем, самым удивительным был не факт наличия летательных приспособлений – в конце концов, мало ли какие причудливые костюмы и аксессуары люди могут надеть ради какой-то рекламной акции или просто для собственного развлечения - хотя крылья незнакомца и выглядели на редкость реалистично. Объяснению не поддавалось другое – ни один из прохожих не удостоил мужчину даже мимолетным взглядом – его или не замечали, как самих фей, или, как минимум, не видели в нем ничего необычного. Кроме того, Катя ведь и сама только что, минуту назад, не видела у него никаких крыльев, хотя теперь и не понимала, как она могла проглядеть столь очевидную вещь.

Девушки заворожено глядели на необычное создание, а он также с ошарашенной улыбкой глазел на них, идя мимо, но не задержался – прошел и скрылся за поворотом.

- Ну и что на сей раз было вот это?! – потребовала ответа у подруги Катя, уверенная, что та сумеет объяснить очередное чудо (ну, или запутает все еще больше).

- Я понятия не имею!

- Ты не знаешь, кто это?

- Первый раз вижу такое. Могу сказать одно. Это не дракон, не демон, не материальная проекция духа, и, уж конечно, не человек. Удивительный персонаж.

- Вот уж не думала, что ты чего-то не знаешь. Не считая, конечно, актеров кино, – съязвила обескураженная Катя.

- Каким бы не был наш опыт, в мире всегда остается место новому, неожиданному и загадочному. В этом-то вся и прелесть! – жизнерадостно сообщила Таша, - и я очень рада, что ты тоже смогла это увидеть, по двум причинам. Во-первых, было бы обидно пропустить такое редкое, необычное зрелище – это ж настоящее чудо! Во-вторых, сам факт, что ты можешь видеть скрытые, неочевидные вещи, говорит о том, что ты на шажок продвинулась в  своих фейских возможностях.

Кате не захотелось заострять внимание на том, что она может что-то такое необычное. Внезапно она со всей очевидностью почувствовала, что имела в виду Таша, когда говорила, что им нельзя похваляться своими особыми способностями. Смогла увидеть – ну и хорошо, нечего тут больше обсуждать. Так что девушка поспешила перевести разговор на другую тему:

- Кстати, он нас тоже заметил.

- Ага, - Таша захихикала, - и, судя по его обалделому виду, похоже, точно также не понял, что мы такое. Идет, небось, сейчас и думает – а все же, что это были за существа? Ну, ведь точно же не люди, но кто?

Катя засмеялась вместе с подругой, вспомнив выражение лица загадочного прохожего.

- Слушай, Таш, мы доберемся сегодня домой без дальнейших чудес, как ты думаешь?

- Есть такая вероятность, Катэ. Но обещать ничего не могу.

+1

37

Kristi N, а Вы сами из какого ковена?...

0

38

Koveshnikov|0011/7a/32/2512-1439194984.jpg написал(а):

Kristi N, а Вы сами из какого ковена?...


В этом мире мне не известен ни один действующий ковен после середины XVII века, во всяком случае в Европе. В книге дальше об этом еще будет, хотя в основном не в этом томе.
Возможно в Азии есть, но я там давно не была.

+1

39

Kristi N, они хорошо скрыты... большинство за границами этого мира...

+1

40

Глава 15

Мир 46.30.А2
11.989 от СБ, 4 день 14 цикла, восход
Ни-иссон, Башня Четырехкрылой, 213 ярус

Анализирующий Лахар

Темноту в студии разгоняли лишь слабые огоньки четырех массивных, витых свечей, стоявших по углам. Их свет Лахару был для работы вовсе не нужен, свечи горели ради распространяемого ими интенсивного мускусного запаха – «тяжелого кокоро». Стимулирующий головной мозг аромат был необходимым условием эффективной деятельности.

Аналитик лежал на клинии. Тело расслаблено, левый глаз закрыт, в правом – прозрачный кристалл – тиан, правая рука, с зажатым между указательным и средним пальцами тончайшим грифелем скользила по листу бумаги, оставляя на нем мельчайшие пометки, расшифровать которые вряд ли сможет кто-то, кроме автора. В кристалле возникали сложные схемы причинно-следственных взаимосвязей и раскладывались круговые диаграммы вероятностей. Рутинные задачи по обработке поступающей информации, оценка текущей деятельности Храма Четырехкрылой в контексте взаимодействия и противостояния с остальными храмами Большой Дюжины доставляли Лахару почти физическое наслаждение. Его работа была его призванием. Он любил и умел ее делать. Мысль том, что он будет заниматься этим до конца жизни не вызывала никого протеста, наоборот – лишь чувство глубокого удовлетворения. Вероятность подобного исхода кристалл оценивал более чем в восемьдесят процентов.

До запланированного на второй предполуденный час перерыва было еще далеко, когда его размеренно текущая работа была нарушена самым неприятным образом – из внешнего мира. Деликатное прикосновение к его левой, пассивной руке, дало ему понять, что он не один. Кристалл, моментально перестроившись на анализ окружающей обстановки, ставшей потенциально опасной, тут же выдал прогноз – в студии кто-то из Исполняющих Четырехкрылой. Вероятность проникновения диверсанта враждебного храма кристалл оценивал менее чем в полпроцента. Непосредственная угроза могла исходить и от своих, однако ее тиан также предполагал невысокой, учитывая главным образом тот факт, что если бы Исполняющий был послан для ликвидации Лахара, аналитик был бы мертв раньше, чем сумел бы осознать опасность. Никаких предупреждений в этом случае бы не было.

- Доран? – спросил Лахар у темноты. Это было догадкой, кристалл оценивал вероятность появления Исполняющего-1 лишь в шестьдесят процентов. Однако Лохар тешил себя мыслью, что подкрасться к нему настолько незаметно смог бы только лучший из лучших.

Легкий смешок во мраке ответил ему, что он угадал. Аналитик подавил раздражение, открыл правый глаз, сел на клинии и  коснулся рычага на стене. Плотные шторы на окне разъехались в стороны и комнату залили лучи солнца, Лахар прищурил глаза, адаптируясь к свету. Доран сидел в кресле спиной к окну, и, казалось, устроился в нем уже целую вечность назад.

- Срочное дело, - сказал Исполняющий полушепотом. Впрочем, он всегда разговаривал именно так. В голосе был легкий оттенок извинения. Доран отлично понимал, что никто не любит, когда ему мешают работать.

Лахар кивнул, показывая, что слушает.

- Решение Урагиримо. Выдвинуться на «болото». Захватить объект. Два Исполняющих и ты, старший группы. Приступить немедленно. – Доран был как всегда лаконичен, не сообщив ничего сверх самого нужного.

- Я не Решающий, - недовольно пробормотал Лахар. Оперативное руководство  боевой операцией не было его основным профилем и уж точно не относилось к любимым поручениям. Это же надо идти на улицу! Причем на «болото», на территорию, находящуюся в зоне влияния Священного Крокодила.

Доран пожал плечами. Свое личное отношение к выполнению задания под руководством Анализирующего, не обладающего достаточным опытом и квалификацией в таких делах, он ничем не проявил, но радовать его подобная ситуация явно не могло.

Кристалл нарисовал диаграмму. Вариант подставы со стороны Решающего-2 Урагиримо мерцал зловещим красным почти на треть круга – угрожающе высокая вероятность. Но что делать-то? Тиан выдал возможные версии и Лахар мысленно поморщился, сохраняя абсолютно спокойное выражение лица. На данном этапе никого выбора не было, отказ от задания не входил в число вариантов с хоть сколько-нибудь благоприятным  дальнейшим прогнозом.

- Выполняем, - вздохнул Лахар. Доран кивнул, мягко и плавно встал с кресла, приблизился на несколько шагов и вытянул вперед руку. Его собственный кристалл находился в кольце на пальце - для Исполняющих слишком важна информация от окружающего мира, чтобы таскать тиан в глазу. Тонкий луч соединил один прозрачный камешек с другим,  и на тиан Лахара поступила информация о задании. Предоставив кристаллу обрабатывать ее, аналитик обошел студию, гася свечи, и вышел в коридор. Доран не выдал себя ни малейшим звуком, но Лахар знал, что он идет следом. Второй, незнакомый Исполняющий, как и предполагалось, застыл у входа.

* * *

За пределами башни, как Лахар и ожидал, было отвратительно. Солнце заливало улицу ярким светом. Анализирующий практически сразу принялся обливаться потом в своем длинном глухом плаще. К сожалению, выбора тут тоже не было – одеяние монахов Четырехкрылой установлено раз и навсегда, хотя и находится в зависимости от их ранга и профиля. Одежда Анализирующих не предназначалась для активной физической деятельности. Короткие куртки Исполняющих намного удобней, хотя вряд ли в них прохладней. 
Дневной Ни-иссон был переполнен людьми, которые двигались по слабо прогнозируемым траекториям, делали много ненужных движений, а главное, производили слишком много лишнего шума. Ревели, ржали и мычали разнообразные ездовые животные,  от лошадей до осуши. Воняло потом и навозом, а от группы подростков донесся четко различимый запах «запретного арукору». Лахар в очередной раз мысленно поморщился, но проигнорировал. Борьба с наркоманией не входит в обязанности монахов Четырехкрылой, к тому же у них - срочное дело.

Вводная к заданию была крайне скудной. Группе Лахара предписывалось в первый послеполуденный час на Зеленой Торговой площади встретить человека, одетого как независимый торговец, его подробное описание и образ – прилагались. Предложить ему проследовать в Башню Четырехкрылой для беседы с Решающим-2. В случае отказа – привести силой, вреда не причинять. При отсутствии необходимого человека на месте – ожидать час, потом возвращаться. Все просто и непонятно.

Исполняющим именно так задания и ставят. Лишние данные им ни к чему. Однако Лахара отсутствие малейших намеков на ответы на многочисленные «почему» и «зачем» и подробностей просто бесило. Даже его способностей вместе с тианом было недостаточно, чтобы построить сколько-нибудь достоверную концепцию происходящего.  Кристалл выдал несколько десятков вариантов, но для оценки их вероятности было не хватало данных. Все что мог сделать Лахар - это вычленить несколько гипотез,  грозящих максимальной опасностью его группе прямо сейчас и постараться отсечь их.

В частности, он сходу забраковал вариант со скрытным проникновением на подконтрольную храму Крокодила территорию. Сама по себе работа боевой группы Четырехкрылой на территории «болота» не посягает на авторитет божественного Крокодила, при одном маленьком условии – если человек, которого они хотят забрать, не его служитель. Одеяние торговца значит немного, но все же это единственный известный признак, приходится опираться на него.

А если они войдут в зону, подконтрольную Крокодилу, переодевшись и без священных символов Четырехкрылой, это само по себе обман – а значит, враждебное действие. К тому же, они сами лишат себя покровительства своего божества. Взвесив вероятность выполнить миссию на враждебной территории незамеченными и последствия их обнаружения, Лахар решил сыграть в открытую. Доран принял решение старшего группы обычным ничего не значащим кивком, но Анализирующий почувствовал – одобряет.

Они шли быстро и уверенно, значки в форме четырех перекрещенных крыльев – священные символы Той, что быстрей Времени и Света, - сверкали на солнце.  Исполняющие прикрывали Лахара, первым и чуть правей шел незнакомый боевик, Доран скользил сзади и левей.

По мере того, как они выходили из района влияния Четырехкрылой, уважительные кивки прохожих все чаще сменялись настороженными, а иногда и откровенно злобными взглядами, но дорогу им по-прежнему уступали. Даже служители чужого божества – это все равно монахи. За ними сила Исполняющих, мудрость Анализирующих и власть Решающих. Не стоит вставать у них на пути.

За вратами из раскрошившегося и поросшего мхом гранита они встретили первого на их пути человека в зеленом балахоне.  Здесь начиналось болото. Молоденький парень, явно рядовой служка без какой-либо подготовки, таращился на них удивленно и испуганно, а потом долго смотрел вслед, явно не в силах сообразить, должен ли он докладывать о чужаках и кому.

Группа продолжала двигаться открыто и спокойно по середине извилистой улицы, застроенной старыми, покосившимися от времени домами, совсем невысокими – десять-пятнадцать ярусов, не больше. Здесь в основном жила беднота, одинаково равнодушная к любым божествам. К счастью, им не нужно было идти к центру «болота», туда, где здания становятся выше и помпезней, люди в зеленых балахонах кишат как лягушки в пруду, а на громадной площади в тени колоссальной башни Крокодила день и ночь без перерыва совершаются обряды и возносятся восхваления Древнейшему из Древних.

Цель Лахара была гораздо ближе.

Кристалл не успел выдать предупреждение. Зато Доран среагировал со скоростью, достойной служителя Той, что летает быстрее Света. Он толкнул старшего группы всем телом, буквально забив его в узкую щель между двумя ветхими домишками. Второй, оставшийся для Лахара безымянным Исполняющий был не столь проворен. Несколько лучей с разных крыш ударили в него одновременно. На протяжении вдоха казалось, что он пытается бежать сразу в несколько сторон, после чего тело упало на мостовую, все еще подергиваясь.

- Решение!? – прошипел Доран, втискивая Лахара в стену.

Анализирующего окутало глубокое спокойствие, как будто он находился в своей уютной студии, в приятной рабочей обстановке. Тиан молниеносно оценил траектории лучей и пришел к выводу, что ниша, в которой они укрылись, находится в мертвой зоне для любого из стрелков. Так что у монахов Четырехкрылой было время,  куча времени, как минимум полсотни вздохов, пока атаковавшие сменят позиции. Лахару хватило трех, чтобы полностью оценить обстановку и сделать все необходимые выводы и он зашептал Дорану скороговоркой:

- Отмена задания. Возвращение на базу. Разделяемся. Уходи на юг. На пути будут два противника. Слабые. Уничтожь. Удачи.

Доран кивнул так равнодушно, словно и не привык к другим поручениям, кроме невыполнимых. Возможно, для лучшего боевика Четырехкрылой это было правдой.

Он отлепился от Лахара невообразимым прыжком назад и скользнул через улицу непредсказуемым зигзагом, лучи ударили снова, но, кажется, не достали. Исполняющий влетел в переулок и скрылся из виду. Кристалл оценил его шансы на спасение почти в тридцать процентов, что, учитывая ситуацию, было вовсе неплохо.

Определяя противников как «слабых», Лахар несколько приукрасил положение дел, но все же никого уровня Дорана на стороне врага явно не было, иначе все служители Четырехкрылой погибли бы в первый же вздох, даже не успев ничего понять. Засада была подготовлена на славу, а вот исполнение подкачало.

Вероятность измены Урагиримо подскочила до трех четвертей, однако этой проблемой можно было заняться позже. Сейчас Лахару предстояло разработать план собственного спасения. Вчерне он наметил его в первые же мгновения и лихорадочно прикидывал детали, разглядывая местность сквозь кристалл.

Доран отвлечет часть противников и, если Лахар не ошибся в оценке их подготовки, возможно даже сумеет вывести из игры насовсем. Свои шансы Анализирующий оценивал гораздо скромней. В прямом противостоянии с врагами у него их нет вовсе. К тому же противники - местные и хорошо знают территорию. Он мог рассчитывать только на свои способности быстро обрабатывать данные и принимать верные решения.

Наконец тиан выдал последовательность действий, обеспечивающую максимальную вероятность успеха. Первым делом Лахар без сожаления избавился от плаща, однако пожертвовал несколько бесценных мгновений на то, чтобы отколоть знак Четырехкрылой и прикрепить его на рубаху. Потом с тоской поглядел наверх, глубоко вздохнул и с силой всадил мысок сапога в щель между растрескавшимися камнями. На высоте второго яруса виднелось окно. Кристалл полагал, что Лахару по силам туда забраться.

* * *

Четверть часа спустя Анализирующий был все еще жив и не в плену. Это бодрило. Печалило, что погоня от него не отстала. Взбираясь по стене, он в кровь ободрал пальцы и поломал ногти, разбивая стекло – заработал глубокую царапину на ноге. Бег по лестницам, коридорам и прыжки с одной крыши на другую полностью вымотали его. Зато теперь он точно знал, что его преследуют четверо, все они - Исполняющие Храма Крокодила среднего уровня подготовки и с вероятностью более девяноста пяти процентов их задача – захватить его для допроса. Только эта версия правдоподобно объясняла, почему он еще жив.

Пока скорости беглеца и охотников были примерно равны – выдающиеся способности Лахара к ориентации и нахождению нестандартных путей преследователи легко перекрывали за счет знания района и лучшей физической подготовки. Однако приближалась граница «болота». Если добраться до нейтральной территории, шансы на спасение резко возрастут.

В очередной раз оказавшись перед развилкой, где надо было молниеносно принимать решение, Лахар юркнул в длинное нежилое здание, очевидно - многоярусный склад. В отличии от большинства домов в этом районе, он был построен из дерева, что и определило выбор Анализирующего. Оружие преследователей могло зажечь иссушенную древесину и это означало, что стрелять они не рискнут. Можно было не вилять и не обнимать углы, как он делал на протяжении всей гонки, а пробежать огромное помещение насквозь. Кристалл подсказывал, что на противоположной стороне обязан быть выход. Строить такой огромный склад с одной дверью – неудобно и нелогично.

Лахар ошибся, причем дважды. Служители Крокодила не прекратили пальбу. Как и до этого, они не целились на поражение, а хотели лишь заставить Лахара нервничать и двигаться медленей, в идеале – и вовсе залечь. Он давно понял это и не сбавил скорости, когда лучи нарисовали огненные полосы на стенах над его головой и прямо перед ним.

Доски занялись даже быстрей, чем прогнозировал кристалл. Лахар мысленно выругался. Исполнители Крокодила сыпали проклятиями вслух – быстро разгоравшийся огонь не оставил им возможности для погони. Их ошибка пошла бы Лахару только на пользу, если бы не второй непредвиденный момент – задний выход оказался надежно заколочен.

Аналитик остановился в растерянности:

- Опасно недооценивать ум противника, но гораздо страшней – недооценить его глупость, - вполголоса пробормотал он одно из своих излюбленных присловий, сканируя кристаллом окружение. Дальняя часть склада, из которой он прибежал, полностью заволокло дымом. Огонь резво карабкался по стропилам. Преследователи были надежно отрезаны пожаром. Гораздо хуже, что и для Лахара тиан не мог найти никого выхода.

Заколоченная дверь поддавалась взлому, но оценка требуемого для этого времени не утешала - пожар распространялся гораздо быстрей.

Кристалл перебирал варианты один за другим. Попробовать прорваться назад?  Там его ждут, но это приходится счесть меньшим из зол. Густой черный дым заволок почти все помещение, Лахар сдернул рубашку и обмотал ей голову, чтобы иметь возможность хоть как-то дышать. Треск из дальнего угла дал понять, что там уже обваливаются потолочные балки. Склад был загроможден всяким хламом, по большей части – легко горючим. Тиан оценил шансы пробежать все это огненное месиво в непроглядном дыму как нулевые.

Лахар ритмично колотил сапогом в одну из досок на двери, которая казалось  самым уязвимым местом. Сила и направление удара – все было точно рассчитано. Доска поддавалась, но чересчур медленно. Кристалл перебирал уже варианты не на спасение, а на максимально легкую смерть, но и в этой части прогноз мог повергнуть в  панику. Огонь приближался.

Лахар редко обращался к своей небесной покровительнице, в обычных делах полагаясь на силу логики и разума. Он верил ей, просто предпочитал не беспокоить понапрасну. Но если другого выхода нет? Еще никогда монах-аналитик не попадал в такую паршивую ситуацию.

- Четырехкрылая… Помоги верному твоему слуге… Совсем пропадаю…

Образ трепещущих серебристых крыльев. Слов не было, но он получил ответ.  Та, что быстрей Времени, пыталась помочь, но здесь, на чужой земле, ее возможности были невелики.

Лахар закрыл левый глаз, разъедаемый дымом. Правый защищал тиан. Исполняющие умеют подавлять боль. Жаль, что он этого не освоил. В любом случае, это будет недолго - завершил анализ кристалл. Но исключительно неприятно, - подумал Лахар, - надо же, какая хреновая выпала смерть.

В этот момент сквозь прозрачные грани кристалла он увидел выходящую из пламени и дыма невысокую человеческую фигуру. Единственный реальный вариант – на складе находились вещества, дым от сгорания которых вызвал у Лахара галлюцинации. Но эту версию пришлось тут же откинуть - тиан иллюзиям не подвержен, а кристалл тоже засек приближение постороннего, однако определить его затруднился, не давая на вариант «человек» и двух десятых процента.

Фигура приблизилась, и дым как будто слегка рассеялся. Стало возможным рассмотреть, что это молодая девушка в красном плаще и с такими же ярко-алыми волосами, распущенными поверх плаща ниже пояса. В правой руке она держала нечто, похожее на странную косу – на длинной витой рукояти помещалось широкое, массивное лезвие, выгнутое полумесяцем, с шипами на обратной стороне. Тиан безошибочно идентифицировал предмет как оружие.

Лицо загадочной незнакомки было мрачным, нахмуренным, уголки губ тяжело опущены. Радужка глаз – отчаянно красного, огненного цвета, брови и ресницы – светло-розовые.

- Я пришла, чтобы тебя вытащить. Пойдешь со мной? – голос был хриплым, грубым и наполненным силой, как у Решающих высокого ранга.

- У меня есть выбор? – криво ухмыльнулся Лахар. Девушка осталась серьезной.

- Есть. Можешь сгореть. Решай. Мне нужно добровольное согласие.

Лахар анализировал ситуацию еще пару вздохов, просто потому, что потолок в этом углу пока не обваливался и огонь, казалось, чуть-чуть отступил. Но, на самом деле, думать тут было не о чем.

- Я согласен идти с тобой.

- Отлично, - сказало загадочное существо так же мрачно, без малейших признаков удовлетворения, и взмахнуло косой столь быстро, что Лахар не успел даже пошевелиться.

- Непредвиденная ситуация, - констатировал кристалл, однако разложить диаграмму возможных причин уже не успел. Анализ прекратился. Голова Лахара отлетела в сторону.

+1


Вы здесь » Тематический форум ВМЕСТЕ » #Проза.L » Разноцветные феи (фэнтези)