Тематический форум ВМЕСТЕ

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Тематический форум ВМЕСТЕ » Фанфики » G. L. Dartt "Очень медленно" (Bad Girls) Книга 1


G. L. Dartt "Очень медленно" (Bad Girls) Книга 1

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

Фанфик «Очень медленно» (сериал «Bad Girls»)

http://se.uploads.ru/t/1c6Sz.jpg

Серия книг После Ларкхолла

Книга 1: Очень медленно

Автор: G. L. Dartt
Перевод: Полина А. Касаткина

От автора: Эти истории по большей части об однополых романтических и сексуальных взаимоотношениях между двумя женщинами. Они подпадают под категорию «Слэш» в фэндоме Звездных Войн, но я предпочитаю более мягкий и привлекательный термин «альтернатива», использующийся в историях о Зене (Прим. Пер. – речь о сериале «Зена – Королева Воинов»). В этих историях есть сексуальные сцены, местами даже весьма подробные, поэтому предназначены они только для совершеннолетних, так что читайте на свой страх и риск.

От переводчика: Это мой первый опыт перевода художественного текста, поэтому перевод весьма вольный, особенно это касается диалогов. Я не писатель и не профессиональный переводчик, так что прошу не судить слишком строго. С оригиналом можно ознакомиться здесь: http://www.northco.net/~janeway/BGindex.html

«Но я хочу женщину»

Как только Никки Уэйд осознала, что говорит Хелен, ощущение глубокого восторга вытеснило все сомнения. Она быстро отвела взгляд и попыталась успокоиться, прежде чем вновь посмотреть в сияющие зеленые глаза. Сейчас в них читалось некоторое облегчение оттого, что она, наконец, смогла сказать об этом. Последние три года Никки провела в женской тюрьме, и все это время думала только о Хелен Стюарт. Теперь она была свободна, и, казалось, получила все, чего всегда хотела. Было так трудно поверить в происходящее, что на секунду ей стало страшно.
«Мы не будем спешить», — сказала она.
«Ага, все будет очень медленно». Согласилась Хелен, однако ее широкая усмешка говорила, что это не всерьез.
В следующую же секунду она поцеловала ее, и это было все, что Никки могла себе только представить. Они ненадолго оторвались друг от друга, чтобы переместиться с тротуара к ближайшему входу в какой-то магазин. Гладкий бетон фасада за спиной Никки был очень холодным, но ей было жарко, ведь в ее руках была женщина, которая прижавшись, согревала ее. Они целовались, пока у Никки не закружилась голова, пока кровь не запела в ее венах, заставляя сердце ускорить ритм. Они совершенно не обращали внимания на прохожих, хотя некоторые из них замедляли шаг, заметив двух невероятно привлекательных девушек, слившихся в страстном объятии. Даже для этой улицы, где располагалось несколько гей-баров, посреди бела дня подобная картина еще не стала обыденной.
Наконец, Хелен отстранилась, выравнивая дыхание. Ее слегка припухшие губы приоткрылись, и полный безудержного желания взгляд встретился с несколько удивленными глазами Никки.

«Пойдем». Ее шотландский акцент усилился из-за растущего возбуждения.
Никки почувствовала трепет желания, бравшего начало в глубинах ее мозга и движущегося все ниже. Ее переполняла мысль о том, что теперь она беспрепятственно может исследовать и ласкать это теплое, прижимающееся к ней тело. Барьеров, которые возникали между ними, пока Никки была заключенной, а Хелен занимала пост управляющей ее крылом, больше не было. Наконец, она могла любить ее, обладать ею.
Но она хрипло выдохнула:

«Нет».
Хелен недоверчиво моргнула и вопросительно приподняла тонкую бровь.

«Нет?»
Никки попыталась прояснить свои мысли. Думать было чертовски трудно, пока эта женщина касалась ее. С усилием она оторвала руки от Хелен и крепко обняла ее за талию, слегка увеличив расстояние между ними.
«Пока нет», — смягчив тон, добавила она, — «Нам нужно…. Сначала мы должны поговорить». Сдвинув брови, она оглядела улицу. «В паре кварталов отсюда есть кофейня. Должна быть, по крайней мере». Она снова взглянула на Хелен. «Прошу тебя».
«Да, конечно, Никки», — Хелен нахмурилась и быстро оглянулась. Даже здесь была слышна приглушенная музыка из клуба. «Как же твоя вечеринка?»
Никки сжала руку Хелен и потянула ее за собой. Как только они вышли на тротуар, Никки выпустила ее ладонь и засунула руки в карманы пиджака.

«Она подождет».
«Что насчет Триш?» — тон Хелен стал более деловым, когда она упомянула бизнес-партнера и бывшую девушку Никки.
«Она знает, где я», — сказала Никки, как только они миновали перекресток. Ей пришлось замедлить шаг, чтобы Хелен могла догнать ее. «На самом деле, она практически вышвырнула меня из клуба и заставила догнать тебя».
«А тебя нужно было заставить?»
«Не то чтобы… Я не была уверена, что стоит догонять. Ты никогда не даешь понять тебя, Хелен».
Хелен не ответила, но выражение ее лица говорило о том, что фраза попала в точку. Никки приглушила вздох. Она могла бы быть уж на полпути к квартире Хелен, но вместо этого ведет ее в какое-то дрянное кафе, которое не изменилось с тех пор, как она заходила туда последний раз несколько лет назад. Она, должно быть, слетела с катушек.
Она дождалась, пока они усядутся за маленький столик напротив окна, и подошедший официант примет заказ. Хелен заказала черный кофе, а Никки попросила бутылку воды. Она чувствовала себя иссушенной, словно годами шла по пустыне. Образно выражаясь, так оно и было, в завершение пути она достигла оазиса, выиграв апелляцию. Когда принесли напитки, она с жаждой припала к бутылке и почти мгновенно выпила половину.
«Итак, о чем ты хочешь поговорить?» — со смесью тревоги и ожидания осведомилась Хелен.
Никки минуту молчала, собираясь с мыслями.

«О нас. Когда я сказала, что не хочу спешить, я говорила серьезно».
«Из-за Томаса? Если да, то я хочу, чтобы ты знала – между нами все полностью закончено».
«Так же, как все было закончено между нами?»
Глаза Хелен встретились с серьезным взглядом напротив.

«Никки…», — начала она.
«Нет, пожалуйста, дослушай меня». Хелен поколебавшись, согласно кивнула. «Суть в том, что есть целая история между нами там, в Ларкхолле, Хелен. Но в конечном итоге это, черт возьми, ничего не значит. Тюрьма искривляет все, делает все очень странным».
«Ты можешь не верить, но я понимаю это».
«Там я ничего не могла контролировать. Ты была единственной, кто был в силах принимать решения о том, что может быть, а чего быть не может». Она вздрогнула. «И всегда была той, кто говорил, что все закончено. Боже, выбор у меня был только в один момент — когда я совершила этот чертов побег!»

Она резко остановилась, осознав, что к концу фразы слишком повысила голос, и что если она хочет быть понятой, надо сбавить обороты. Никки тяжело сглотнула и посмотрела Хелен в глаза.

«Здесь все иначе, Хелен. И я не хочу, чтобы через полгода ты разбила мое сердце, решив, что все стало слегка сложно и тебе захотелось вернуться к чему-то более безопасному».
Губы Хелен сжались в тонкую линию. Никки знала, что она злится.
«Но ведь я здесь».
«Почему?»
«Что?»
«Почему ты здесь?»
«Я думала, это очевидно», — акцент усилился, как это всегда случалось, если ее эмоции брали верх.
«Вовсе нет. Совершено не очевидно», — Никки пыталась найти слова. «Хелен, здесь я не такая, как была в Ларкхолле. Да и ты тоже. Мы не должны держаться за прошлое. Нас ничто не сдерживает, и ты должна быть более открытой в том, что ты чувствуешь. Я не хочу все время теряться в догадках».
Хелен скривилась, словно бы попробовала что-то совершенно неприятное. Она отвела глаза, не в силах встретиться с пристальным взглядом Никки. «Я никогда не была открытой в своих чувствах. Я, правда, ничего не могу с этим поделать… так же, как и в тюрьме».
«Мне действительно нужно это знать», — наклонившись вперед, настойчиво сказала Никки. «Мне нужно узнать, какая ты вне тех стен и правил. И ты должна узнать, какая я, когда я не под замком 24 часа в сутки». Она криво усмехнулась. «В конце концов, ты можешь обнаружить, что я вовсе не та, которую ты хотела».
Хелен повертела в руках кружку с кофе.

«Я не могу себе представить, чтобы я не хотела тебя».
Ее голос был тихим, но полным уверенности. Никки опустила голову, удивляясь, зачем сама же все так усложняет. На ее глаза наворачивались слезы, и она почувствовала, что загнала себя в тупик.

«Мне нужно…», она перевела дыхание. «Сейчас вернусь, никуда не уходи».
Она вскочила с места и направилась к туалетам, расположенным в дальней части кафе. Зайдя внутрь, она брызнула холодной водой на лицо и посмотрела на себя в грязном зеркале. «Ты хренова идиотка, Уэйд», — пробормотала она своему отражению.
Она задумалась о том, что ей делать, если обнаружится, что Хелен ушла, решив, что оно того не стоит. Мысль об этом заставила ее сердце болезненно сжаться в груди. Но в глубине души она знала, что если не выйдет сейчас, то вероятнее всего потеряет единственное, чего не смогла коснуться даже тюрьма. Если это означает, что Хелен не согласна, что ж… Никки уже отпустила ее однажды, узнав о ее связи со старшим медицинским офицером Томасом Во. Это чуть не убило ее, но она это сделала. И даже нашла в себе силы пожелать Хелен удачи. Она сделает это еще раз, если придется.
Но Хелен все так же сидела за столиком, когда Никки вернулась в зал. Она остановилась у стойки, впитывая глазами красоту женщины, которую так долго любила. Слабый солнечный свет, пробивавшийся сквозь мутное окно, делал Хелен невероятно красивой, придавая золотой оттенок волосам и заставляя кожу мягко сиять. Никки медленно изучала ее профиль; такие знакомые контуры лба и носа, выразительные губы и упрямый подбородок, все это выворачивало ее душу наизнанку и вызывало болезненное желание. Расправив плечи, она быстро прошла через весь зал и остановилась у столика. Хелен подняла глаза и увидела Никки, протягивающую ей руку.
«Привет, — широко улыбаясь, сказала она, — я Никки Уэйд».
Хелен слегка смешалась, прежде чем принять руку и нежно пожать ее, улыбаясь в ответ.

«Хелен, — ответила она с нотками веселья в голосе, — Хелен Стюарт».
«Место занято?» Никки вопросительно подняла бровь.
«Нет, я одна. Можешь присоединиться».
Никки грациозно опустилась в кресло и посмотрела на нее с хищным интересом, какой могла показать незнакомке когда-то давно, в ее ранние «дикие» годы.

«Такая красавица, как ты, и совсем одна? Это же просто преступление!»
Хелен уставилась на нее и внезапно громко рассмеялась, запрокинув голову.

«Ты же не думаешь, что это сработает?»
Никки моментально пришла в замешательство.

«Раньше срабатывало». Она сделала паузу, наклонилась вперед и, понизив голос, сказала: «Я некоторое время отсутствовала. Возможно, расскажу об этом когда-нибудь».
Хелен посерьезнела, но ее глаза продолжали искриться смехом.

«Ага, может и расскажешь».
«Ну, Хелен, рассказывай, чем занимаешься?»
«Вообще, в данный момент я в поиске новой работы». Хелен ярко улыбнулась, чуть выставив язык, так что Никки с трудом удалось сдержаться и сделать вид, что они не знакомы. «Я ушла с предыдущей работы при очень неловких обстоятельствах и теперь впереди несколько собеседований».
«Значит, пока у тебя есть свободное время?»
«Что ж, можно и так сказать, — она слегка наклонила голову, — ну… ты здесь часто бываешь?»
Пришла очередь Никки рассмеяться.

«Нет, не очень, — ответила она, — забегаловка еще та».
Хелен огляделась, как если бы была тут впервые, оценивая атмосферу пренебрежения, замечая неубранные столики. Похоже, владельцы не особо заботились об этом заведении.

«Что есть, то есть».
«Знаешь, я слышала тут рядом, в Chix, вечеринка. Может, потанцуем? А после поужинаем?»
«Не в моих привычках ходить куда-либо со странными девушками, мисс Уэйд».
«А Вы попробуйте, мисс Стюарт. Никогда не знаешь, что может произойти».
«Вот этого-то я и боюсь».
Потянувшись через стол, Никки взяла ее за руку. «Ты не должна бояться меня».
Хелен вложила пальцы в протянутую ладонь и пронзила Никки взглядом.

«Полагаю, что не должна».
«Пойдем, будет здорово, обещаю». Никки помогла Хелен подняться с кресла и, бросив деньги на стол, потянула ее к выходу.

С того момента, как она заходила сюда в первый раз, музыка тише не стала, и Хелен застыла, судорожно сжав теплую ладонь Никки. Удивленно взглянув вниз, Никки улыбнулась. Разомкнув рукопожатие, она подняла руку и обняла Хелен за плечи, словно охраняя от толпы, в которой они двигались.
Хелен тщетно пыталась расслабиться. Этот высококлассный клуб с переполненным танцполом и суетной атмосферой, был совершенно новым для нее миром. Среди посетителей были в основном женщины, мужчин было всего несколько. Девушка, находившаяся рядом, в этом окружении казалась абсолютно незнакомой. Никки выглядела ошеломительно шикарно, перемещаясь сквозь толпу с непринужденным изяществом. Одетая во все черное, она лишь отдаленно напоминала ту, что была в Ларкхолле. Ее короткие темные волосы завивались около плотно прижатых ушей, а мерцающее освещение делало всю ее внешность невероятно привлекательной и даже слегка опасной.
Когда они добрались до бара, Хелен увидела Тришу, стоящую за стойкой и подающую напитки. Их глаза встретились, и между ними пробежала вспышка негодования и неприязни. Хелен перевела свой пристальный взгляд на Никки и заставила себя улыбнуться.
«Я смотрю, ты ее поймала?» — заметила Триша.
«Далеко бежать не пришлось, — небрежно ответила Никки, — она облегчила мне задачу».
Хелен догадывалась, что, по мнению Никки, это первый раз, когда она упростила что-то. И решила, что не может осуждать ее, если она так думает. Крепко прижав руку к талии Никки, она прильнула к ее телу, ощущая, что это единственное место, к которому она принадлежит.
Триш быстро взглянула на нее. Ее лицо не выражало больше ничего, кроме собранности. «Что будете пить?»
«Водку с тоником».
«Налей ей шампанского, — парировала Никки, посмотрев на нее сверху вниз, — Мы ведь празднуем, правильно?»
«Как скажешь», — с улыбкой ответила Хелен.
Она все еще слегка не привыкла к этой решительной, уверенной в себе женщине. Она понимала, что Никки, играя в «Первую встречу», пытается показать, какая она в действительности, когда она не окружена правилами, решетками и надзирателями, пытающимися унизить ее, если не физически, так морально, ежедневно сутки напролет. Проблема была только в том, что Хелен считала ее самоуверенность несколько угрожающей за пределами Ларкхолла. Здесь Никки была просто великолепна, и Хелен решила принять вызов.
Она вздернула подбородок, взяла бокал, и, чокнувшись с Никки, стала медленно потягивать шампанское. Если и было что-то, потрясшее ее до глубины души, так это осознание, что здесь она не может ничем управлять. Она не принимала эту страсть к тотальному контролю в своем строгом и деспотичном отце все годы, которые росла в его доме, и была чертовски уверена в том, что не сможет принять ее в себе самой.
«Потанцуем?» — Предложила Никки, тепло улыбаясь.
«Веди».
На танцполе музыка вибрировала сквозь все тело, и она позволила себе присоединиться к Никки и ритму, не обращая внимания на толпу и свое смущение. Никки слегка удивилась, но затем ухмыльнулась и переместилась ближе. Пара двигалась в едином ритме, словно они делали это всю жизнь. Несколько танцев они предавались музыке и друг другу, прерываясь только чтобы добавить шампанского. Наконец, темп изменился, становясь медленным и романтичным. Хелен издала мягкий стон, чувствуя тепло тела и рук Никки, которая обняла ее и притянула ближе к себе.
«Ты фантастически танцуешь, — прошептала Никки ей в ухо, когда они двигались под душевные звуки саксофона и гитар, — Почему ты никогда не говорила об этом?»
«Ты никогда не спрашивала».
Они не спрашивали друг друга об очень многом. Боже, да и была ли у них возможность говорить обо всех этих вещах, встречаясь в крыле, на собраниях пожизненных заключенных и в те редкие моменты, когда они были наедине в библиотеке или камере Никки? Даже во время того лихого ночного побега, когда она пришла в квартиру Хелен, их разговоры по большей части состояли из громких ссор из-за сложившейся ситуации, сменившихся страстным сексом. А после они снова поссорились.
Впервые за год Хелен вспомнила эту ночь кристально ясно, позволяя воспоминаниям вернуться лишь сейчас. Она не отваживалась думать об этом ни разу, пока Никки была за решеткой. Это было слишком тяжело. Но теперь она могла насладиться воспоминанием о прикосновении любимой, глубине ощущений, когда они таяли от отчаянного желания.
Никки провела рукой по спине Хелен, ощупывая кончиками пальцев ее тело сквозь рубашку, и ее дыхание сбилось от этого ощущения. Пиджаки они сняли много раньше, когда только начали танцевать, и теперь жар их тел разделяла только тонкая ткань – черная хлопковая рубашка Хелен и шелковая блузка Никки. Во время танца Хелен положила голову на плечо Никки, погрузив лицо в тепло ее шеи. Запах женщины, заполнивший ее ноздри, был божественен. Она, не удержавшись, лизнула мягкую соленую от пота кожу и почувствовала ответный трепет тела Никки.
Подняв лицо, Хелен провела губами вдоль линии подбородка Никки и нашла ее губы. Прижавшись ближе, она накрыла ее губы своими и поцелуй, глубокий и проникающий, сладкий и нежный, оставил ощущение слабости в ее коленях.

0

2

Вскоре песня закончилась, и Никки отодвинулась. Она выглядела удивленной и слегка растерянной. Неустойчивой походкой Хелен направилась за ней к барной стойке. Она подозревала, что рано или поздно настойчивость Никки на медленном продвижении вперед в их отношениях пройдет. И чем скорее, тем лучше, решила Хелен. Она чувствовала, что каждая ее частица дрожит от возбуждения, ее кожа стала настолько чувствительной, что любое прикосновение подводило ее к грани. Взяв предложенный Тришей бокал шампанского, она влила его в себя, ощущая прохладу, струящуюся внутри горла. Заметив присутствие Никки за спиной, она обернулась и взяла из ее рук свой красный кожаный пиджак.
«Готова идти?»
«Давным-давно готова,» — ответила Хелен осипшим голосом.
С возобновившимся спокойствием Никки прохладно улыбнулась и провела ее через толпу к выходу. Снаружи уже стемнело, солнце село час назад, если не больше. После жары, царившей в клубе Хелен задрожала в прохладе осеннего воздуха. Никки подняла руку, чтобы поймать такси.
«Подожди, моя машина припаркована здесь, за углом».
«Я позабочусь об этом позже, — сказала Никки, усаживая Хелен в такси прежде, чем та успела что-то возразить, — кроме того, мы обе выпили слишком много, чтобы садиться за руль».
Слегка поколебавшись, Хелен мысленно пожала плечами и устроилась рядом с Никки, обнявшей ее за плечи сильной рукой. Через некоторое время она сообразила, что дорога, которую Никки показывала водителю, вовсе не ведет к ее дому.
«Куда мы едем?»
«Помнится, я обещала тебе ужин».
Хелен точно знала, что хотела бы съесть, и это определенно была не еда. Должно быть, ее мысли явно выражались на лице, потому что Никки громко рассмеялась и обняла ее крепче.
«Медленно», — напомнила она.
Хелен громко вздохнула и отвернулась к окну, не желая начинать ссору. Как только такси остановилось перед рестораном, она удивлено моргнула, увидев название. Это было очень популярное место и столик, обычно приходилось заказывать заранее, иногда даже за месяц.
«Боже, Никки, ты привезла меня сюда?»
«Эй, меня ж выпустили из тюрьмы первый, и, надеюсь, единственный раз», — сказала Никки, выйдя из такси и подав Хелен руку.
«А как же заказ столика?»
«Уже позаботились. Хозяин – мой старый друг».
Должно быть это именно так, подумала Хелен, потому что как только Никки представилась на входе, их тут же провели к одному из лучших столов. Вскоре, из дальней части заведения к ним вышел низкорослый мужчина в смокинге. Его густые усы приподнялись от улыбки, а глаза засияли, когда он увидел их.
«Никола!» Его выговор был чисто итальянским. Никки, улыбаясь, поднялась со стула.
«Палмо!» Ответила она и поцеловала его в обе щеки. «Спасибо за то, что так быстро нас устроил».
«Для тебя – в любое время!» Он оглядел стоящую перед ним женщину. «Ты должна была мне сказать, что сегодня тот самый день. Я бы лучше подготовился».
«Я не была до конца уверена, Палмо, — легко ответила Никки, — сама не знала, пока не вышла за двери суда».
«Видел тебя по телевизору. Ты была роскошна».
«Старалась», — краснея, ответила Никки.
«Ну что ж, самое меньшее, что я могу сделать, это обеспечить подходящую для возвращения домой еду». Он посмотрел на Хелен, и его темные глаза просветлели, как будто он ее только заметил. «А это у нас кто?»
«Палмо, это Хелен Стюарт, — представила ее Никки. – Она та, о ком я говорила в интервью прессе».
«О, браво, — пророкотал он, склонившись над руками Хелен и поцеловав их. – Вы самая удачливая женщина, раз Никола рядом с вами».
«Поверьте, я знаю». Ответила с улыбкой Хелен, быстро глянув на заметно смутившуюся Никки.
Он слегка поклонился и, пододвинув Никки стул, пока она садилась, исчез в глубине ресторана. Хелен изучающе смотрела на нее, пока официанты ставили на стол салфетки, воду и хлеб. «А ты полна сюрпризов».
Никки нахально усмехнулась: «Тебе стоит привыкнуть к этому».
Хелен приподняла бровь, но ничего не сказала. Пока они ждали еду, она огляделась и внезапно осознала, что одета неподобающе для такого окружения. Видимо, Никки почувствовала это, и, потянувшись через стол, прикоснулась к ее руке.
«Ты совершенно великолепна, — серьезно сказала она, — ты самая невероятная женщина из всех присутствующих здесь».
Хелен наклонила голову и посмотрела через полуопущенные ресницы. «У тебя предвзятое мнение».
«Что правда, то правда», — беспечно ответила Никки.
Несмотря на тревогу, Хелен все же расслабилась. У Никки всегда хорошо получалось показать, что все в порядке, даже если это было не так. Вскоре принесли еду и Хелен обнаружила, что все-таки голодна, а ароматы пряностей еще больше раздразнили ее аппетит. Блюда шли полным комплектом, от закуски до десерта, с легким намеком на то, что это был больше романтический ужин, нежели просто праздничный.
Хелен поймала себя на том, что наблюдает за тем, как Никки ест. Как подносит ко рту вилку, как накалывает на нее кусочки, как движутся ее губы. Они вскользь поговорили о книгах, о фильмах, которые Хелен смотрела, однако ей сложно было вдумываться в то, что они обе говорили. Вместо этого она чувствовала, что плывет в море возбуждения, что хочет Никки почти одержимо. Когда такси прибыло к двери ее квартиры, она была почти в лихорадке, но все же заметила, что Никки попросила водителя подождать.
Никки подошла к двери и остановилась. Хелен несчастно посмотрела на нее. «Ты не останешься?»
Взгляд Никки был откровенно страдальческим. «Я хотела бы. Больше, чем ты думаешь». Она прислонилась к обшивке дверного проема. «Но, нет. Не в этот раз».
«Никки….»
«Хелен, все только начинается. Я хочу построить прочную основу для отношений, прежде чем мы двинемся дальше».
«Ты хочешь, чтобы я поработала над этим?»
«Возможно, настало время тебе немного измениться?» — ответила Никки, пожимая плечами.
Хелен не чувствовала себя особо счастливой от этого, но, раз уж Никки решила, что так будет лучше, согласилась. «У меня даже нет твоего номера».
Никки вздрогнула и резко развернулась. «Черт! И у меня нет».
Хелен достала из сумки ручку и листок бумаги. Она небрежно написала на нем свой номер, подозревая, что Никки и так его знает, и прижала его ладонью к груди Никки. «Позвони мне».
«Позвоню». Никки накрыла ладонью руку Хелен и передвинула ее, удерживая листок с номером. Ее темные глаза тлели как уголь, и Хелен задрожала от ее пристального взгляда.
«Ты играешь не по правилам», — жалобно сказала она.
«Я знаю себя, Хелен. Я создаю свои собственные правила».
Хелен медленно потянула руку, давая Никки шанс последовать за ней. Но она не поддалась. «Где ты останешься на ночь, Никки?»
«В квартире над клубом».
«В которой живет Триш?»
Никки улыбнулась, услышав едва заметные отзвуки ревности, которую Хелен так не хотела показывать. «Нет, Триш все еще живет в доме, в котором мы жили вместе до моего ареста. Я попросила ее подготовить квартиру к моменту, когда меня выпустят».
«Значит, ты не была готова к ней вернуться?»
«Не думаю, что вообще была какая-то надежда на это с тех пор, как появилась ты». Хелен слегка поморщилась от болезненного ощущения, доставленного этими словами. «Нам с Триш многое пришлось бы восстанавливать и многое начинать заново».
«Она хотела бы».
Никки прямо посмотрела на нее. «Да, она хотела бы. И у меня было желание дать ей шанс».
Хелен ощутила, как что-то сжалось внутри нее, но сумела восстановиться. «Я не уверена, что знаю, как справиться с такой честностью».
«Тебе придется к этому привыкнуть».
«Привыкну».
Поколебавшись, Никки приблизилась. Хелен подняла лицо и губами почувствовала мягкие губы напротив, требовательные и уверенные одновременно. Поцелуй был невероятным, страстным и полным неутоленного желания. Все остальное блекло по сравнению с ним. Голова Хелен кружилась, когда он закончился.
«Спокойной ночи, Хелен», — прошептала Никки ей на ушко.
«Сволочь ты, Никки Уэйд!»
В ночи блеснула белозубая улыбка, и раздался беззаботный смех. Женщина в черном сбежала вниз по ступенькам и направилась к ожидающему такси.

Пежо 306 был припаркован именно там, где и сказала Хелен. Никки открыла дверь и подумала, что Хелен, скорее всего, даже не помнит, как вчера ночью отдала ей ключи от машины. Улыбаясь, она села за руль. Большую часть предыдущего вечера Хелен была явно не в себе, и это веселило Никки, наверное, даже больше, чем следовало. Возможно, она просто все еще была уязвлена ситуацией с Томасом Во, и хотела, чтобы Хелен помучалась так же, как и она.
Никки решила, что это может и не хорошо с ее стороны, но она же живой человек. Более того, это было даже к лучшему, ведь она давно не ощущала себя просто человеком, не жила обычной человеческой жизнью.
Осыпая проклятьями внутренности машины, которую она несколько раз пыталась завести, Никки, наконец, тронулась и осторожно выехала на улицу. Она старалась быть как можно внимательнее, ведь не садилась за руль несколько лет. Не хватало еще в первый же день на свободе разбить машину Хелен. Наконец, она вспомнила все старые навыки и расслабилась, привычно вписываясь в поток автомобилей. Прежде чем остановиться у дома Хелен, Никки заехала в кофейню и взяла кофе на вынос. Закрыв Пежо, она взяла в руки кружку с кофе и поднялась по ступенькам. Позвонив в дверь, Никки для полной уверенности постучала в окно.
Ожидая ответа, она оглядела улицу, наслаждаясь слабым утренним светом и с удовольствием слушая, как просыпается все вокруг. Никки не поворачивалась обратно к двери, пока не услышала шорох внутри квартиры и топот ног, спускающихся по внутренней лестнице. Она широко улыбнулась, когда через открытую дверь показалась взъерошенная Хелен. Очевидно, она только что вскочила с постели. Хелен была одета в серую футболку и штаны от пижамы. Ее взгляд не предвещал ничего хорошего, и Никки поспешила протянуть ей кофе.
«Доброго утра, мисс Стюарт».
Хелен издала странный звук, но приняла кружку из рук Никки и жадно отпила из нее.
«Ты всегда встаешь в такую рань?» — спросила она и, отступив от двери, впустила Никки в дом. Поднимаясь по ступенькам, она не посмотрела, идет ли Никки за ней. Предполагалось, что должна бы.
Никки сдавленно хихикнула и скользнула внутрь, закрывая за собой дверь. «Обычно да».
«К твоему сведению, у меня охренительно болит голова после шампанского».
«Очень плохо, — легко сказала Никки, следуя за Хелен на кухню. – Я вот себя прекрасно чувствую».
«Хорошо тебе». Хелен открыла холодильник и налила себе большой стакан апельсинового сока. Затем она повернулась к Никки и мутным взглядом оглядела ее с головы до ног.
Никки и не думала рисоваться. Она знала, что отлично выглядит. На ней был темный приталенный жакет, надетый поверх белой футболки, черные узкие джинсы и ботинки из мягкой кожи. Тщательно уложенные волосы создавали обманчивое впечатление небрежной спутанности. Безупречный макияж был мастерски наложен так, словно бы его и не было вовсе.
«А может и не из-за шампанского, — заглядевшись, произнесла Хелен, — может из-за сексуальной неудовлетворенности».
Никки ухмыльнулась и небрежно прислонилась к кухонной стойке, скрестив руки на груди. «А я думала, что у вас, натуралок, голова болит, только когда вы пытаетесь избежать секса».
Хелен прищурилась. «Не припомню, чтобы ты была такой… злобной».
«А я не припомню, чтобы ты была такой раздражительной по утрам, — парировала Никки, — а, ну конечно, я же никогда не видела тебя до твоего прихода на работу».
Хелен отпила еще глоток сока. «Ну, знаешь ли, к тому времени во мне уже был кофеин и завтрак».
Никки посмотрела на опустевшую кружку, которую Хелен поставила на стойку, осушив практически в два глотка. «Что ж, кофе я принесла, — сухо напомнила Никки, — И если ты оденешься, свожу тебя позавтракать».
Хелен поставила пустой стакан из-под сока на кухонный столик и подошла к Никки. Взяв ее руки, она положила их на свою талию и прильнула к ней всем телом. «Почему бы тебе вместо этого не помочь мне раздеться?»
Никки постаралась не проявить заинтересованности в таком предложении. «Пока ты так раздражительна? Не думаю». Она чуть наклонила голову и медленно с наслаждением поцеловала Хелен. «А еще я думаю, что тебе надо бы принять душ», – пробормотала Никки, закончив поцелуй.
Хелен зыркнула на нее исподлобья. Никки выдержала этот пристальный взгляд и просто вежливо улыбнулась. Хелен издала негодующий звук и моментально удалилась по направлению к ванной.
Никки ослабила задержанное дыхание. Не спешить оказалось неимоверно сложно, гораздо сложнее, чем она думала. Требовались все ее силы, чтобы не принимать ни завуалированные, ни откровенные призывы Хелен. Но в то же время, в этом ожидании было что-то, своего рода восхитительное.
В глубине дома слышался звук льющейся воды, и Никки, закрыв глаза, представила себе Хелен в душе. Теплую воду, струящуюся по ее телу и пену, скользящую по гладкой шелковистой коже. Она представила, как войдет туда, стягивая с себя одежду, и, отодвинув шторку, присоединится к Хелен. Она знала, что не будет отвергнута. Нет, Хелен незамедлительно повернулась бы к ней, пристально посмотрела бы на нее широко открытыми глазами, и протянула бы к ней руки, приглашая в объятия.
Никки распахнула глаза и судорожно вздохнула.
«Вот черт!»
Она переместилась в гостиную и села на диван. Наклонившись вперед, она оперлась локтями о бедра и свесила кисти рук между колен. Взгляд на обивку вызвал в ее памяти момент, когда она была здесь последний раз. Она вспомнила, как они с Хелен упали на подушки, как торопливо раздевали друг друга в диком желании почувствовать тепло обнаженной кожи, как прервались, чтобы перейти в спальню, где…
«Боже!»
Она взволнованно вскочила на ноги и начала мерить шагами гостиную, пытаясь ни о чем не думать. Наконец, она с облегчением услышала, как Хелен вышла из спальни. Никки обернулась, чтобы посмотреть на нее, и тут же прикусила щеку. Конечно же, Хелен надела красную рубашку, джинсы и тот самый черный кожаный пиджак. Сочетание этих вещей делало ее по-особенному великолепной.
Выждав некоторое время, Хелен спросила: «Куда пойдем?»
«Ты лучше знаешь окрестности. Где здесь ближайшее кафе?» Никки направилась к двери. «Кстати, я пригнала твою машину».
«А твоя страховка еще действительна?»
Никки, спускаясь по ступенькам, вскинула бровь. «Упс! Так и знала, что о чем-то забыла!»
«Никки!»
Никки рассмеялась, когда услышала знакомые нотки возмущения в ее голосе, но оборачиваться не стала. Вместо этого, она бросила ключи от машины через плечо, и Хелен, должно быть, поймала их, потому что звука упавшего на пол металла не последовало. Выйдя наружу, Никки остановилась и раскинула руки, потягиваясь навстречу солнечному свету.
«Ты просто невозможна», — сказала Хелен, направляясь к автомобилю.
«Ага, с первого же момента нашей встречи, милая», — ответила Никки. Хелен открыла машину и обернулась. По выражению ее лица Никки поняла, что Хелен вспомнила их первое столкновение, почти враждебное противостояние их сильных характеров. Она гадко ухмыльнулась. «Готова поспорить, что если бы ты тогда имела представление о том, что случится по окончании моего трехлетнего заключения, в ту же секунду перевела бы меня подальше от Ларкхолла».
Но Хелен мягко встретила ее взгляд. «Я вчера сказала, что ни за что не оставила бы твое дело. Я готова подтвердить каждое слово».
Усмешка сползла с лица Никки, слова Хелен задели ее за живое. «Я готова ответить за каждое слово. Без тебя у меня ничего бы не вышло».
Хелен выглядела польщенной, но что говорить дальше не знала. Никки подошла к пассажирской двери. «Я есть хочу», — напомнила она, взявшись за ручку.
Кафе не отличалось особым убранством, но многолюдность была хорошим показателем качества кухни. Никки и Хелен прошли за столик, который только что освободили двое молодых людей, одетых в деловые костюмы. Тут же подошла официантка, убрала грязные тарелки, протерла стол и оставила меню.
Никки огляделась. «Ты тут частый гость?»
«Частенько тут завтракала, – сказала Хелен. – Особенно после…» Она осеклась.
«После того, как разошлась с Шоном?» Тон Никки был саркастичным.
Хелен выдвинула подбородок. «Старая история».
«Ах, ну да, — согласилась Никки, — Но мы не говорили об этом. Лично, по крайней мере». После паузы, она продолжила. «Мне жаль, что он сделал тебе больно. Особенно когда на глазах у всех поджег свой свадебный костюм. Не думаю, что ты много потеряла, избавившись от него. Но я понимаю, для тебя это было не самое легкое время». Она подняла глаза и увидела робкую усмешку на лице Хелен. «Я знаю, что ничем не сделала его легче».
Хелен задумчиво передвигала перед собой столовые приборы. «Не думаю, что ты вообще когда-либо понимала мою позицию, Никки».
Слова были очень осторожны, и Никки заставила себя не реагировать инстинктивно на обвинение, кроющееся под ними. Предыдущим вечером, лежа в кровати, она неоднократно говорила себе, что не может вскидываться на все так, как делала это последние несколько лет. Не может, если хочет, чтобы эти отношения получились.
«Я прекрасно ее понимала, Хелен, — восстановив самоконтроль, ответила Никки. Она надеялась, что с практикой это будет получаться лучше. – Понимала, просто не могла уважать ее». Никки выставила вперед ладонь, останавливая Хелен до того, как она успела гневно заговорить. «Это не значит, что я не уважала тебя, Хелен. Но уважать твою позицию, я была не в состоянии. Я пыталась выжить и добиться тебя. Пока ты несла весь этот бред о своей работе, я понимала, что именно ты хочешь этим сказать. Но я не хотела этого слышать. Это просто прикончило бы меня». Никки потянулась и взяла ее за руку. «И что бы ты делала, если бы я согласилась с твоей точкой зрения? Что ,если бы в первый раз, когда ты вызвала меня к себе в офис, и сказала, что ты – Никки скривилась, подражая выражению лица управляющей, — абсолютно гетеросексуальна, я бы согласилась с тем, что между нами быть ничего не может? Что ,если, когда ты пришла ко мне позже… ко мне, а не к Шону, не к твоей подруге Клэр, а ко мне… пришла расстроенная и плачущая из-за всего дерьма, которое творилось на твоей работе,… что если я не поцеловала бы тебя тогда? Где бы ты была сейчас?»
Хелен беспокойно смотрела на их переплетенные пальцы. «Я не знаю», — тихо сказала она.
«Поверь, я не уважала твою позицию, но я также думаю, что в глубине души ты от меня этого и не хотела».
«Ах, Никки…». Хелен прервалась, пытаясь найти слова. Никки поняла, что Хелен старается изо всех сил, и нежно сжала ее руку. «Просто это было очень сложно».
Никки безрадостно усмехнулась. «На моем месте тоже было очень нелегко». Она отодвинула свою руку, когда подошла официантка принять заказ. Во время этого вынужденного перерыва она сформулировала то, что хотела сказать дальше. Никки дождалась, пока официантка отойдет, и наклонилась вперед. «Хелен, хочу, чтобы ты знала, я действительно понимаю, как много ты для меня сделала. Я знаю, что для этого ты поступилась своими принципами и пожертвовала несколькими годами своей работы». Она опустила голову. «Я также знаю, что, когда ты в последний раз ушла из Ларкхолла, ты не только спасла мою апелляцию, но и упустила шанс выкинуть оттуда этого ублюдка Феннера. Я понимаю, чего тебе это стоило».
Хелен еле заметно вздрогнула. «Это был мой собственный выбор. И я нисколько не жалею о том, что сделала».
«А я не могу сожалеть, о том, что сделала я, — Никки улыбнулась, — В конце концов, это и привело нас к тому, где мы сейчас».
«Согласна, — Хелен поджала губы, — Вот только где мы, Никки?»
«Я считаю, что мы должны понять это раньше, чем продолжим отношения. Потому что, Хелен, — Никки встретилась взглядом с зелеными глазами, — ты никогда не сдавалась, если речь шла обо мне».
«Никогда», — Хелен улыбнусь.
«Но ты сдалась, когда речь зашла о нас».

Эти простые слова были как сокрушительный удар под дых. Она задохнулась и на некоторое время потеряла дар речи. В этот момент подошла официантка и поставила перед ними тарелки с едой, которую ни одна из них уже не хотела. Хелен уставилась перед собой и напряженно пыталась собраться.
Рано или поздно ей все равно пришлось бы столкнуться с этой темой. Хелен смотрела в карие глаза, которые, казалось, знают о ней все.
«Никки…», — начала она и замолчала, не зная, что сказать.
«Ты сказала, что вы с Томасом расстались». Никки вымученно улыбнулась. «Кто принял это решение?» Хелен пристально посмотрела на Никки и заметила выражение ее лица. Оно резко изменилось, став той маской циничной отчужденности, которую она часто надевала на себя в Ларкхолле. «Пожалуй, мне не стоило бы указывать на то, что глупо было встречаться с ним только из-за того, что ты изо всех сил борешься со своими лесбийскими чувствами. Особенно учитывая то, что он был единственным парнем, который бы все равно это заметил».
Комментарий был очень едким, но усмешка на лице Никки причиняла настоящую боль.
«Никки, все было не так». Хелен увидела ее скептичный взгляд и громко выдохнула. «Окей, все точно так и было. Но суть в том, что сейчас я именно там, где хочу быть – рядом с тобой».
«Суть в том, — взвешивая каждое слово, сказала Никки, — что я хоть и люблю тебя, Хелен, не могу тебе полностью доверять. И пока это так, я просто не могу быть с тобой».
Хелен не могла в это поверить. «Что это значит?»
«Это значит, что если ты хочешь вернуть мое доверие, то тебе придется, черт подери, хорошенько постараться, чтобы заработать его». С этими резкими словами Никки нетерпеливо глянула на часы. «Черт! У меня на десять назначена встреча с моим банкиром. Мне надо идти». Она встала и бросила деньги рядом с тарелкой, к которой так и не притронулась. «Я возьму такси».
Хелен испуганно выпрямилась, неуверенно предполагая, что делать. «Никки».
Она остановилась и повернулась к столику. Хелен сжала зубы, когда увидела в глубине взгляда Никки боль, которую не смогла скрыть даже ярость. «Что?»
Хелен проглотила все гневные слова, вертевшиеся на языке. «Прости меня».
Никки изменилась в лице и отвела взгляд. Хелен показалось, что она увидела внезапно блеснувшие в ее глазах слезы. «Я позвоню тебе вечером».
Прежде чем Хелен успела сказать хоть что-то еще, Никки ушла, исчезая в переполнившей кафе толпе. Хелен сердито вздохнула и, поскольку делать было больше нечего, взяла вилку. Проглотив несколько кусочков, она осознала, что после всего этого есть уже совершенно не хочется. Она посмотрела на оставленные Никки деньги и поняла, что их хватит не только заплатить за завтрак, но и чаевые получались весьма неплохие. Хелен взяла сумку и вышла из кафе.
Никки сказала, что позвонит, напомнила она себе, шагая по ярко освещенной солнцем улице к машине. Ей пришлось смириться с этой мыслью, хотя она заставляла ее нервничать. Она села за руль и несколько минут невидящим взглядом созерцала пустоту. Она не была уверена, что делать дальше, кроме того, чего делать совсем не хотелось.
Она потянулась к бардачку, достала мобильный, который оставила в машине, и набрала номер офиса Клэр Уолкер. После нескольких минут ожидания секретарь, наконец, соединила Хелен с ее подругой.
«Привет, Хелен. Ты как?»
«Привет. Так себе. У тебя есть время?»
В трубке было слышно, как она, колеблясь, листала страницы ежедневника.
«Давай встретимся за обедом? Я сегодня в суде. Там поблизости есть ресторан, в котором подают приличное карри».

0

3

«Звучит неплохо». Клэр назначила время и объяснила, как добраться до места. Поскольку до обеда было еще несколько часов, Хелен повесила трубку, завела машину и отправилась домой. Там ждала стирка и пара шкафов, до которых вот уже несколько лет все никак не доходили руки. Раз уж вся остальная жизнь превратилась в полный хаос, она решила, что может привести в относительный порядок хотя бы квартиру.
В начале первого Хелен вошла в маленький ресторанчик и нашла Клэр за одним из угловых столиков. Заметив подругу, она приветливо улыбнулась.
«Итак, когда мы говорили в последний раз, ты спрашивала дорогу к клубу Никки, — сказала Клэр, как только они уселись в кресла, — Как все прошло?»
Хелен встряхнула головой. Внезапно, она почувствовала себя такой уязвимой, что к глазам подступили слезы. «Хреново».
Клэр потянулась и сочувственно похлопала ее по руке. «Мне так жаль, Хелен. Она тебя послала?»
«Нет,… мы вместе… вроде как…». Неопределенно протянула она. Клэр выглядела озадаченной.
«Может, расскажешь все с самого начала?»
Прервавшись лишь раз, когда подошедший официант взял заказ, Хелен рассказала Клэр обо всем, что произошло, вплоть до сегодняшнего провального завтрака. Когда она закончила, в горле стоял ком.
«Она не доверяет мне, Клэр».
Клэр некоторое время медлила, потягивая воду. «Я думаю, ее вполне можно понять».
Хелен сморщилась. «Со всех сторон одно и то же».
«Ну же, Хелен. Ты сама знаешь, что, будучи на ее месте, ты бы тоже опасалась принять поспешное решение вернуться. Я думаю, что реальная проблема состоит в том, что ты больше не можешь контролировать ситуацию, и тебя это бесит».
«Я позвонила тебе, чтобы ты меня успокоила». Хелен была шокирована.
«Нет, ты позвонила мне, потому что я твой друг. А друзья говорят то, что тебе нужно знать, а не то, что ты хочешь услышать». Клэр откинулась на спинку кресла, пока официант расставлял тарелки. «Ты любишь ее?»
Хелен, глядя на стол, искала внутри себя ответ. «Даже больше, чем могла себе представить».
«Достаточно ли ты любишь ее, чтобы позволить ей задавать темп?»
«Не знаю».
«Тогда самое время узнать это». Клэр, которая была вместе с одним и тем же человеком все годы, что они с Хелен были знакомы, раздраженно тряхнула головой. «Отношения – это труд, Хелен. И Никки это прекрасно знает. В конце концов, она была с Тришей девять лет. Вероятнее всего, за это время она отлично научилась искусству находить компромиссы».
«А я, значит, этого не умею?» Она недоверчиво посмотрела на Клэр. «И почему ты считаешься моим другом?»
«Потому что еще с университетских времен я единственная, кто принимал тебя такой, какая ты есть, вместе со всеми недостатками».
Хелен не могла отрицать правду, и ее сердце сжалось. «Ничего не изменилось с тех пор?»
«Конечно, нет. И я искренне верю, что Никки любит и принимает тебя так же».
«Думаешь?»
«То, что мы видим твои недостатки, не значит, что мы их не принимаем. Даже ценим тебя за них временами», — нежно сказала Клэр.
«Значит, мне нужно просто принять ее правила игры?»
«Я думаю, мысль замечательная. Между вами очень много нерешенных проблем. Томас – одна из них. К тому же, ей еще предстоит адаптироваться к внешнему миру, а для многих это весьма и весьма непросто. — Клэр выразительно подняла палец, — У вас впереди масса времени. Чего ты так сопротивляешься тому, что она не хочет спешить?»
Хелен отодвинула карри, не в силах встретиться взглядом с Клэр. «Я не знаю. У меня такое ощущение, что мы ждем чего-то уже вечность».
«Ну, быстрее или медленнее, но вам придется найти пути, чтобы сделать отношения полноценными. Просто теперь не всегда ты будешь принимать решения».
Хелен почувствовала, что последняя фраза болезненно отозвалась внутри нее. «Мне это не нравится».
Прожевав карри, Клэр рассудительно ответила: «Хелен, из всего, что ты сейчас рассказала, мне абсолютно ясно, что ты всегда бросала ее. А она пыталась получить хоть каплю твоего внимания. Нормальными отношениями это никак не назовешь».
Хелен почувствовала, что ее лицо пылает. «Иногда я даже жалею, что все тебе рассказала».
«Ты все рассказала мне потому, что тебе было хреново от всего происходящего, и ты хотела найти себе хоть какое-то оправдание».
«Ты все равно мне его не дала».
«Я юрист, а не священник, — напомнила она, — Попытайся поставить себя на место Никки. Сомневаюсь, что после этого ты сможешь обвинить ее в том, что у нее сложности с доверием».
«Теперь я понимаю, на чьей ты стороне».
«Вообще-то, на твоей. И ты это знаешь». Клэр похлопала ее по руке. «Очевидно, потому и указываю на совершенно очевидные вещи. Тебе нужно помнить о них, когда Никки в первое время делает что-то, что тебе не нравится, как сегодня утром. Проблема необязательно в тебе. Проблема, скорее всего, в самой ситуации». Она нетерпеливо посмотрела на Хелен. «Слушай, даже если вы друг друга очень любите, это еще не означает, что всенепременно будете жить долго и счастливо. Это не более чем фантазия, в комплекте с которой хорошо продается мыло и поздравительные открытки. Самой по себе большой любви недостаточно. В длительных отношениях нужны уважение и доверие. Необходимо присутствие всех трех компонентов, притом с обеих сторон. И Никки это понимает, поверь».
«Что мне сделать, чтобы она снова доверяла мне?» Несмотря на то, что слова Клэр были очень болезненными, Хелен понимала, что это ее честное и откровенное мнение. Потому они так долго и оставались друзьями.
«Что ты сделаешь, чтобы она поверила в тебя в первую очередь?»
Хелен уже думала об этом. «Думаю, продолжу общаться с ней. Попытаюсь найти способ достучаться до нее. Не буду давать обещаний, которые не смогу выполнить. И постараюсь сдержать все, что уже пообещала».
«Это уже достаточно много целей, чтобы встретиться при более приятных обстоятельствах».
«Думаю, да».
«Слушай.… Даже если Никки не доверяет тебе сейчас полностью, я более чем уверена, что она всем сердцем этого хочет. Просто…» Она задумалась, подбирая слова. «Попробуй сделать так, чтобы ей было легче поверить тебе».
«Это только звучит просто».
Клэр тихо усмехнулась. «Все гениальное просто. Продолжай говорить ей о том, что ты ее любишь, что она нужна тебе. В результате это сработает».
«Да ну?»
«А у тебя есть другой выбор?»

Никки закрыла за собой дверь и прислонилась к ней. С закрытыми глазами она боролась с нестерпимым желанием опуститься на пол, свернуться клубком и никогда больше не вставать. После нескольких глубоких вдохов она смогла выпрямиться и подойти к дивану. Просто обставленная квартира была безликой, в ней не ощущалось ничего, что говорило бы о том, кто живет в ней. Вдоль одной из стен была маленькая, совмещенная с комнатой, кухонька, где стояли стол и два стула. Все остальное пространство занимали два побитых временем кресла, диван, журнальный столик и стеллаж, на котором стояло несколько книг. Почти всю площадь крохотной спальни заполняла большая двуспальная кровать. В ванной места хватило только для того, чтобы там разместились душевая кабина и унитаз. Надо сказать, что по сравнению с камерой и эта квартирка казалась, чуть ли не царскими палатами.
На край стола, который стоял рядом с диваном, Никки вытряхнула содержимое карманов: зажигалку, пачку сигарет, ключи, мелочь и, в числе прочего, свое новое приобретение, которое с ухмылкой взяла в руки. Бесспорно, за время ее заключения в сфере технологий произошли большие изменения.
Рухнув на диван, она с легким щелчком открыла маленький телефон и набрала номер, который знала лучше, чем свой собственный. Слушая гудки, она вытащила из пачки сигарету, прикурила и звучно выдохнула.
«Стюарт».
«Привет, это я».
«Привет, Никки».
Как всегда приветствие заставило ее улыбнуться. Никки с облегчением услышала, что Хелен больше не злится. Наверное, она уже простила ей этот завтрак. «Похоже, у меня, наконец, появился телефон. И я хотела сообщить тебе номер».
«Подожди секунду, я найду куда записать».
Ожидая, Никки смотрела на вьющийся и исчезающий в воздухе дым сигареты.
«Записываю».
Никки отодвинула от уха телефон и, глядя на приклеенную к телефону бумажку, куда продавец предусмотрительно записал ее номер, продиктовала его Хелен.
«Это мобильный?»
«Ага, представляешь, я в 21 веке. Сможешь достать меня где угодно».
«Приятно слышать», — нежно сказала она.
«Хелен, — она прервалась, чтобы затянуться, — мне правда жаль, что утром все так получилось. Я хотела, чтобы этот завтрак прошел совсем не так».
В трубке слышалось мягкое дыхание Хелен. «Я знаю, Никки». Она помолчала еще какое-то время. «У меня не было намерения причинить тебе боль тем, что я была с Томасом. Все было не так, как казалось».
«Мы не были вместе, — Никки сглотнула, — Вот от чего больно. Не то, что ты была с кем-то другим, хотя мне хотелось…». Она прервалась.
«Чего?» Ее голос был нежным и подбадривающим. «Чего тебе хотелось?»
Никки покачала головой, зная, что Хелен не видит этого. Равно как и не может видеть выражение ее лица. «Думаю, я хотела сказать, что мне хотелось бы, чтобы на его месте была женщина. Мне было бы проще, если бы ты была с кем-то вроде Клэр».
«Я не понимаю этого, — сказала Хелен, озадаченно помолчав. – Как это может чем-то отличаться?»
Никки почувствовала себя беспомощной. Как она могла кому-то объяснить то, что не вполне понимала сама? «Все потому что… Хелен, я лесбиянка настолько, насколько это вообще возможно. Мужчины меня совершенно не привлекают».
«Я знаю».
«И я абсолютно не понимаю, что другие женщины в них находят. То есть, головой-то, наверное, понимаю. Но тем, что касается внутреннего содержания, не могу понять. Наверное, так же как и абсолютные натуралки не понимают, что я нахожу в женщинах. Мы совершенно разные. Я просто не понимаю, что такого особенного может дать тебе мужчина. А когда человек чего-то не понимает…».
«Он этого боится, — внезапно, в голосе Хелен послышалось какое-то озарение. – Боже, Никки, так вот почему ты так ревновала к Доминику. Ты боялась, что я расстанусь с тобой ради мужчины?»
Никки с трудом восстановила сбившееся дыхание. «Ты и рассталась со мной ради мужчины».
«Нет, я бросила все, потому что мне было слишком тяжело». Хелен говорила жестким, непререкаемым тоном. «Мне нужно было пространство, чтобы я могла делать свою работу. Весь этот беспорядок из-за Феми и бунт, были еще одним показателем, что я не могу быть объективна, когда в события была замешана ты. Никки, я очень хотела быть с тобой, но не могла. Расставание для меня было единственным способом выжить. Но я никогда не прекращала любить тебя. Я не могу обвинять тебя в том, что ты не веришь мне, но это правда. Я всегда любила тебя».
«Даже когда была с добрым доктором?»
«А почему, как ты думаешь, он меня бросил?»
Голос Хелен исказился, и незаметно для Никки, уголок ее рта приподнялся.
«Милая, все именно так, как я говорила. В Томасе было все, что я искала в мужчинах, но этого оказалось недостаточно. Всегда чего-то не хватало, и в какой-то момент я поняла, что ни один мужчина никогда не даст мне этого. И, возможно, ни одна другая женщина тоже. Не знаю. Могу только сказать, что только с тобой ощущения, что чего-то не хватает, не было».
Никки рассматривала кончик сигареты, который светился в сгущающейся темноте комнаты. «Прости меня, Хелен».
«И ты меня прости. Если бы я могла объяснить тебе все это раньше, то…» Хелен громко вздохнула, и Никки поняла, что она вот-вот расплачется. «Я хочу, чтобы ты была рядом».
«Я рада, что не рядом». Повисло неловкое молчание, и Никки поспешила объясниться. «Когда ты рядом, Хелен, мое единственное желание – заняться с тобой любовью. Я не могу адекватно мыслить, и все мои намерения разлетаются в пух и прах, как сегодня утром. Мне необходима возможность обдумывать, что я говорю. Я должна так много сказать тебе из того, что не говорила раньше. И я хочу услышать все, чего не могла сказать ты».
Снова повисло молчание, и в трубке, наконец, послышался ехидный смешок. «А я думала, что разговоры обычно следуют после».
Никки позволила себе засмеяться. «Тушé, мисс Стюарт. Каково быть по эту сторону баррикад?»
«Теперь я понимаю, почему ты была так нетерпелива». Никки услышала, что, говоря это, Хелен улыбалась.
«Хелен, ты никогда не думала…». Она осеклась.
«О чем? О том, что мы могли бы использовать больше возможностей?»
«Да, наверное».
«Не думаю, что это было бы правильно. Ты же знаешь это, Никки. Я не могу изменить прошлое. И ты не можешь».
«Я знаю, просто.… Если бы могли тогда знать все, что знаем сейчас».
«Ну, тогда просто было бы меньше стрессов».
Они еще некоторое время слушали дыхание друг друга, и Никки подумала, что безлимитка – хорошая вещь. Она погасила остаток истлевшей сигареты, так толком и не покурив.
«Кстати, как прошла твоя встреча с банкиром?»
Никки странный звук, означавший крайнее возмущение. «Если честно, Хелен, мне чуть не через кольцо прыгать пришлось, чтобы получить доступ к собственным деньгам. Бред какой-то».
«Ну, как уж есть, Никки. Все через это проходят».
«И почему я знала, что ты так и скажешь?»
«Прошлый опыт?»
«Так точно», — фыркнула от смеха Никки. «Я весь день провела с Триш, вникала в дела клуба, пыталась понять, как работают все эти прибамбасы в компьютерной системе, которую она там установила. Длинный был денек».
«Бедная детка». В тоне Хелен не было ни грамма сарказма, только искреннее сочувствие, и Никки почувствовала, как тяжесть прожитого дня покидает ее плечи.
«А как прошел твой день?»
«Да так, по дому возилась. Ах, да, я обедала с Клэр».
«И что она говорит?»
«Она согласилась с тем, что нам с тобой не стоит спешить».
«Имела в виду, что тебе надо держаться от меня подальше?» Никки стало неприятно. Ей нравилась Клэр, которая принимала участие в ее деле в качестве адвоката.
В голосе Хелен послышались знакомые сердитые нотки. «Ой, лучше помолчи и дослушай. На самом деле все было как раз не так. Она считает, что ты права в том, что осторожничаешь и не спешишь связываться с кем-то вроде меня».
Никки смутилась и опустила голову. «Ты же знаешь, что дело не в этом».
«Да ну?»
Никки взяла в руки пачку от сигарет и поигрывала ей, подбрасывая в воздух. «Ну же, Хелен. Ты же из тех, кто любит действовать согласно указателям. И, по-моему, ты должна ценить, что все проходит с такой скоростью, чтобы ты могла увидеть каждый из них».
«И что это за указатели?»
«Ну, например, сходить на несколько свиданий до того, как прыгнуть в постель. Все должно быть традиционно и происходить в нужное время в правильном месте».
«Традиционность и ты вещи несовместимые, мне кажется. Не ты ли сбежала из тюрьмы для того, чтобы переспать со мной?»
Никки улыбнулась. «Если я все правильно помню, поспать-то мы и не успели». Она откинулась на диван. «И это очень печально. Я бы с удовольствием уснула в твоих руках».
«И я бы с удовольствием». Хелен мягко вздохнула в трубку. «И сколько будет продолжаться вся эта хрень со свиданиями, прежде чем мы достигнем первого указателя?»
Никки расхохоталась. «Расслабься, Хелен, ты должна получать удовольствие от процесса». Хелен с сомнением хмыкнула. «Что ты делаешь завтра?»
«У меня собеседование утром. Должно быть перспективным».
«Это здорово». Никки сомневалась, стоит ли затрагивать эту тему. «Слушай, ты же ушла из Ларкхолла без заявления. Что у тебя с финансами? Я том смысле, что дела в клубе идут хорошо, а я за несколько лет ни гроша не потратила. Если тебе что-то нужно…»
«У меня все нормально», — сообразив, что ответ получился резковатым, Хелен смягчила тон. «Я обеспечена на какое-то время. Если дела пойдут плохо, я тебе сообщу».
Никки пришлось согласиться. «Давай поужинаем завтра? В кино сходим? Я сто лет кино не смотрела».
«Звучит весело».
«Ты должна пообещать, что будешь держать свои руки при себе».
Хелен хрипло рассмеялась. «Я не могу тебе этого обещать. А ты, если быть до конца откровенными, и не хочешь этого».
Боже, как она хорошо ее знала. «Ну что ж, тогда мне придется с этим смириться».
«Думаю, что придется».
«Я заеду за тобой в шесть».
«Тогда до встречи».
«Хелен».
«Мм?»
«Скажи, что любишь меня».
«Я люблю тебя, Никки».
Никки улыбнулась. «Спокойной ночи, дорогая».
«Пока, милая».

«Скажи, — спросила Хелен, намеренно смягчая тон, — ты идешь традиционным путем ради моего блага?»
Никки помотала головой и улыбнулась. Каждый раз, когда Хелен смотрела на нее, она выглядела более чем эффектно. Никки носила простую, но элегантную одежду, и делала это так, как и подразумевалось дизайнером. Хелен всегда замечательно выглядела, но было очевидно, что вкус и чувство стиля Никки были привиты в более утонченной среде, чем у шотландки. По крайней мере, это можно было объяснить так.
«Не только ради твоего блага». Никки обвила рукой плечи Хелен и легонько сжала ее. Вместо кино пара отправилась в театр, находившийся недалеко от клуба. Поскольку в зале были в основном женщины, а несколько мужчин явно были парами, Хелен не чувствовала смущения от того, что они сидят в обнимку. «Я думаю, что мы стремимся быстро начать встречаться, потому что боимся упустить возможность построить отношения, и, кто знает, когда появится следующий шанс».
«Мы» — значит лесбиянки?»
Никки глянула на нее и слегка ухмыльнулась. «Значит женщины в большинстве своем».
«Ну что за невероятный шовинизм!»
«Я просто подумала, что все, что у нас есть, совершенно запутано».
«Тем, что было в Ларкхолле?»
«Именно. Я ухаживала за тобой, а ты была слишком обеспокоена работой, чтобы ухаживать за мной».
«Я на тебя даже немножко охотилась», запротестовала Хелен.
Никки посмотрела на нее и наклонилась так, что их головы соприкоснулись. «Разве, Хелен? Разве можно это назвать охотой, если я не могла убежать, и ты всегда знала, где я».
«Не могу отрицать. Тюрьма – это отдельный маленький мир. – Хелен вздохнула. – Там все искажено.… Так трудно понять, что реальность, а что….».
«Полная хрень, — закончила за нее Никки. – Неудивительно, что Феннер так крепко держится за это, даже после того, как Докли его вскрыла. В реальном мире он бы не знал, как дальше жить».
Хелен вздрогнула. «Мы можем о чем-нибудь другом поговорить?»
Никки слегка отодвинулась, чтобы посмотреть на Хелен, ее темные глаза смотрели так внимательно, что, казалось, проникают сквозь череп и читают мысли. «О чем слишком сложно? О Ларкхолле или о Феннере?»
«Об обоих», — сказала Хелен. «Все позади, Никки. Надо двигаться дальше».
«Хелен, мы обе знаем, что прошлое часть того, кем мы являемся. Мы не можем просто игнорировать его».
«Сегодня вечером можем».
Никки задумалась, но потом внезапно улыбнулась. «Ага, но только сегодня».
С облегчением и благодарностью, что Никки согласилась отпустить это, Хелен тихо вздохнула. Она лучше, чем кто-либо, знала, как события из прошлого могут влиять на поведение в настоящем, но Ларкхолл и его давление в ее памяти были слишком свежими, даже саднящими. Ей нужно было больше времени. Она расслабилась, когда свет погас, и зрителям представилась возможность насладиться новым прочтением Ромео и Джульетты, где все роли играли женщины. В один из моментов Хелен прильнула к Никки и прошептала ей в ухо: «Ты была права. Джульетта и Джульетта действительно лучше».

Никки сдавленно хихикнула. «Не могу поверить, что ты это помнишь!»
«О, я помню все!»
Во время антракта Никки встретила несколько старых знакомых из клуба, и Хелен, спокойно осматриваясь, внезапно поразилась тому, как комфортно люди чувствуют себя в компании Никки. Было удивительно, как она стала лидером в крыле, не используя при этом никаких угроз, запугивания или насилия. В ней были врожденные харизма и интеллигентность, которые совершенно естественным образом притягивали к ней людей.
Когда они вернулись на места, Хелен повернулась к Никки. «Возможно, я никогда не упоминала об этом».
«О чем?»
«О том, что влюблена в тебя по уши».
Никки прищурилась, но выглядела весьма довольной. «Я тоже люблю тебя, Хелен», — прошептала она.
Недостатка любви у нас нет, просто у нас есть проблема, сурово напомнила себе Хелен, когда начался второй акт. И проблема эта состоит в том, чтобы снова научиться доверять. Она вздохнула, зная, что должна быть терпеливой, чтобы дождаться момента, когда Никки, наконец, сделает решительный шаг. И она точно знала, что секса не будет, пока Никки не будет стопроцентно уверена в Хелен.
Поглядывая на Никки, Хелен изучала ее привлекательные черты, снова и снова поражаясь тому, как она красива, и что ее присутствие вызывает мощный физический отклик внутри нее. Затем она задумалась над тем, почему Никки так одержимо контролирует свои физические желания, хотя вовсе не должна это делать. Вообще, не она ли должна быть нападающей в этой маленькой схеме, где Никки играла в жертву, незаметно поменяв роли относительно того, как все было в самом начале, в Ларкхолле? Может, все дело именно в этом?
Потянувшись, Хелен небрежно положила руку на ногу Никки и стала легонько ее поглаживать. Поначалу, Никки, полностью захваченная действом, происходящим на сцене, не заметила этого. Поэтому Хелен, осмелев, позволила своей руке прокрасться выше и расположиться в самом горячем месте между бедер. Никки оторвала глаза от сцены и одарила ее негодующим взглядом. Нежно, но крепко она взяла Хелен за запястье и положила руку обратно на ее колени.
Невинно улыбнувшись, Хелен устроилась удобнее в своем кресле и решила, что заходить дальше до поры до времени не стоит, иначе Никки это расценит как полное неуважение к тому, что делает. А этого Хелен совсем не хотела. Она просто хотела еще раз напомнить, какой будет награда, когда они, наконец, дойдут до первого указателя на их пути.
После спектакля они нашли маленькую кофейню, которая все еще была открыта и проскользнули за отгороженный от общего зала столик. Это заведение было много лучше того, где они были в тот день, когда Никки освободилась. Светлое и просторное, уставленное многочисленными пышными растениями, помещение было наполнено ароматом свежемолотого кофе. Как только их обслужили, Хелен пристально уставилась на Никки, медленно потягивая латте. «Ты знаешь, я не имела отношения к трудностям, возникшим с Каролиной Льюис».
Никки порывисто вдохнула. «Боже, а я-то думала, когда ты о ней заговоришь?» Она сбавила громкость голоса. «Ты могла бы и сказать, что она гребаная педофилка!» С холодным презрением, Никки использовала тюремное определение для тех, кто был вовлечен в преступления, связанные с детьми.
Хелен осторожно поставила чашку. «Ты знаешь, что не я не могла. К тому же, какое это имело значение? Ты тискала ее в библиотеке задолго до того, как я начала встречаться с Томасом».
«Ты сказала, что между нами все кончено!» Никки гневно опустила брови, хотя было видно, что ее злит не Хелен, а воспоминание о том болезненном инциденте. «Сказала, что даже не расстроена этим, помнишь?»
Хелен помешивала кофе и искала слова, которые не сказала в то время, хотя, наверное, должна была. «Я была абсолютно взбешена тобой, Никки. Мне казалось, ты предаешь все, что я защищала. Я приняла это слишком близко к сердцу. Это случилось, как только я поняла, что бунт не был полностью твоей виной. Ты делала только то, во что верила, и то, что могло защитить права Феми. В этом ты вся. Та, в которую я влюбилась. Я должна была помнить об этом». Хелен подняла взгляд и встретилась с хмурыми темными глазами Никки. «Но к тому времени, как в моей голове появились правильные мысли, ты уже замечательно проводила время с Льюис».
Никки растеряла весь свой гнев и казалась выжатой. «Мне было больно, Хелен. А она была красива, добра и хотела меня. Это дало мне возможность почувствовать, что я не такая уж никчемная». Она остановилась и скривила губы, чувствуя отвращение к самой себе. «Скорее всего, ей просто нужна была защита. А я была той идиоткой, которая могла ее предоставить в случае, если ее история всплывет наружу».
Она была в таком смятении, что Хелен тут же потянулась через стол и прикоснулась к ее руке. «У Каролины не было причин думать, что правда станет известна», — тихо сказала она. «К тому же она должна была знать, что если это случится, ты тоже от нее отвернешься. Я думаю, что ты действительно ей нравилась, и она очень хотела тебя. – Она заставила себя улыбнуться. – Да и кто не захотел бы?»
«Ты все равно перевела бы ее?»
«Я пыталась защитить тебя, Никки».
«Нет, я имела в виду, что если бы ее действительно посадили за вымогательство, как она говорила, а не за эксплуатацию детей? Ты перевела бы ее только из-за того, что она заинтересовалась мной?»
Хелен внезапно с интересом стала разглядывать столешницу.
«Ну?»
В конце концов, Хелен встретилась глазами с пристальным взглядом Никки. «Я не знаю», — признала она, думая, надо ли быть настолько честной, даже если Ларкхолл полностью позади.
Никки расплылась в довольной ухмылке. «Ты ревновала».
Хелен отвела взгляд. «Боже, Никки, это не шутки. Мы говорим об эмоциях, которые разрушили все мои профессиональные взгляды. Я могла сделать то, в чем ты меня обвиняешь, сохраняя тебя для себя даже зная, что не могу быть с тобой. Это было бы невероятно эгоистично, не находишь?».
Терзания в голосе Хелен отрезвили Никки. «Я знаю, это было ужасное время. Но мне все равно становится лучше, когда я думаю, что ты ревновала».
Хелен нахмурилась, но не могла продолжать сердиться под взглядом этих теплых карих глаз. «Вот дерьмо!»
Никки рассмеялась и сжала пальцы Хелен. Хелен взяла чашку кофе. Она почувствовала себя ранимой и беззащитной, но, как ни странно, это ощущение не особо испугало ее. Для Хелен это было в новинку.
«Почему доктор?» Никки смотрела на нее с неподдельным интересом.
Хелен продумала ответ и осторожно сказала: «Наверное, по тем же причинам, что и Каролина в твоем случае. Он был симпатичным, добрым и хотел меня». Она сделала паузу и отхлебнула латте. «С ним было легко говорить, он поддерживал меня в работе и в том, что я хотела сделать. По большей части, он был… предсказуемым. Я никогда не сомневалась в том, чего ждать от него как от мужчины, и какой будет наша жизнь как пары. Никакой драмы, никаких сюрпризов, все как я предположительно хотела».
Никки проглотила это, проявляя больше задумчивости, чем боли или злости. Хелен решила, что это большой шаг вперед для них обеих. «Звучит невероятно скучно», — пришла к заключению Никки.
Хелен стыдливо опустила голову. «Боже, я даже не могу с этим поспорить. Бедный Томас».
Никки открыла рот, но остановилась, чтобы подумать, прежде чем продолжила речь. «Особенно, если влюбился в тебя. Чувствовать это и не иметь надежды на взаимность…». Она покачала головой с глубоким сочувствием. «Несчастный парень. Хотя, если честно, Хелен, многие мужчины были бы совершенно согласны иметь тебя в своей постели, не задавая никаких вопросов. Черт, да даже и некоторые женщины тоже».
«Томас был не из их числа». Хелен наклонила голову с мягким выражением на лице. «Да и ты тоже. Ты хочешь большего от отношений, и я хочу дать тебе это».
Они некоторое время счастливо смотрели друг на друга, пока Никки не глянула на часы. «Время провожать тебя домой».
В такси Хелен уютно прижалась к Никки. Легко надавливая, она поглаживала ее ногу под коленом, и с каждым прикосновением продвигалась все выше. В этот раз Никки позволяла это. Всю дорогу она смотрела в окно, и только прерывистое дыхание выдавало, что она не может противостоять этой тайной ласке так хорошо, как пытается показать. Время необходимое для того, чтобы добраться до квартиры, закончилось очень быстро, и когда они остановились у двери, Хелен крепко схватила Никки за лацканы пиджака.
«Зайдешь выпить?»
«Не могу». На лице Никки веселье боролось с некоторым испугом. «Мы обе знаем, что если я зайду, то уже не смогу выйти».
Конечно, Хелен это знала. Более того, на это и рассчитывала. «Тогда хотя бы поцелуй меня на ночь».
Никки сразу же это и сделала, но было ясно и понятно, что она пытается быть осторожной, так что поцелуй получался, в лучшем случае, теплым. Хелен незамедлительно обняла одной рукой Ники за шею, потянула ее голову ниже и приоткрыла рот, чтобы углубить поцелуй, поднимая его температуру до состояния пламени. Никки издала мягкий стон и обвила руками талию Хелен, не в силах сопротивляться желанию прижать ее к себе как можно ближе.
«Ну, и кто теперь играет не по правилам?» Пробормотала Никки, когда они, наконец, оторвались друг от друга.
Хелен облизнулась. «Если ты создаешь свои правила и следуешь им, почему мне не сделать так же?»
Никки не успела ответить, как Хелен снова поцеловала ее и, не медля ни секунды, запустила вторую руку под пиджак и футболку поближе к теплой коже, с наслаждением изучая кончиками пальцев стройное тело, прижавшееся к ней. Никки тихонько всхлипнула, когда почувствовала, как пальцы Хелен соблазнительно продвигаются вверх по ее позвоночнику. Ей понадобился весь стремительно уменьшающийся запас стойкости, чтобы резко оттолкнуть Хелен, когда она ощутила, что та расстегнула ее лифчик.
«Увидимся завтра», — быстро сказала она.
Не веря в происходящее, совершенно расстроенная Хелен смотрела, как Никки поспешно села в такси, и еще какое-то время наблюдала, как она едет, пока машина не скрылась из виду.

Трише было достаточно одного взгляда на Никки, одетую в спортивный костюм и растрепанную, словно та только встала с постели, чтобы расхохотаться.
«Боже, Никки, дерьмово выглядишь. Она что, совсем тебе поспать не дает?»
Никки сердито посмотрела на свою бывшую. Она знала, что выглядит сейчас не лучшим образом, но ничего не могла с этим поделать. Большую часть ночи она без сна ворочалась в постели. Ее тело и разум не могли расстаться с острым воспоминанием о полученных вечером ощущениях, и единственное, что удерживало ее от повторения этих ощущений, была ее долбаная гордость. И с каждым днем ей было все сложнее вспомнить, для чего она все это затеяла.

0

4

Триш продолжила полировать стаканы и часто поглядывала на Никки с улыбкой, играющей на ее полных губах. «Я не понимаю, почему бы тебе не оставаться у нее, Ник. Я могу подготовить бар к работе самостоятельно, знаешь ли. Я же делала это раньше».
Никки плюхнулась на стул рядом с барной стойкой, обдумывая, насколько много она может рассказать бывшей. «Мы с Хелен не спим вместе, Триш», — в конце концов, призналась она. «Вечерами после свиданий я возвращаюсь в квартиру и принимаю холодный душ».
Триш недоверчиво подняла глаза. «Ну сейчас-то она могла бы и не строить из себя недотрогу».
«Она вовсе не строит из себя недотрогу!» — гаркнула Никки в порыве чувств. «Она на все готова и это сводит меня с ума».
Триш пораженно уставилась на нее. «Ты шутишь? Никки Уэйд играет в воздержание? Это не ты!»
Никки застонала. «Боже, я даже не знаю, для чего вообще это делаю».
«Тогда чего ты разглагольствуешь? Просто перестань, Никки».
«Не все так просто, Триш».
Триша со смятением на лице помотала головой. «Полагаю, что весьма непросто». Она бросила тряпку на стойку, опершись локтями, перегнулась через нее и сосредоточенно посмотрела на Никки. «Ну, рассказывай, что там у вас за история».
Никки, подпирая рукой подбородок, несчастно посмотрела на женщину, с которой прожила девять лет ее жизни до тюрьмы. Она была благодарна ей за то, что они остались друзьями, пройдя через все, даже самое плохое.
«Просто я не до конца доверяю ей».
«А кто доверяет в самом-то начале?»
«Мы не в самом начале, Триш. Мы прошли через очень многое, чтобы придти к тому, что имеем».
«Ну, если вы еще не спали вместе…», — резонно начала Триша.
«Спали».
Триша остановилась, прерванная ровным тон Никки, и внимательно посмотрела на нее. «Продолжай».
Никки вздохнула. «Я даже не уверена, что стоит тебе это рассказывать». Пока она сомневалась, Триша ждала, не говоря ни слова. «Однажды ночью я сбежала из тюрьмы».
«Что?»
«Я знаю, это было полным безумием. Это могло стоить мне апелляции, будущего, вообще всего. – Никки тяжело сглотнула. – Мне просто необходимо было увидеть ее».
Триша выглядела ошеломленно. «Что случилось?» — наконец, спросила она.
«Мы провели часть ночи вместе, и я попросила ее бежать вместе со мной. Я хотела уехать в Сан-Франциско».
«Я так понимаю, она не согласилась».
Никки закрыла глаза. «Она уговорила меня вернуться…. Заставила вернуться, честно говоря. Каким-то образом ей удалось протащить меня внутрь так, что никто не догадался, что я вообще уходила. Кроме моей соседки по камере, Барбары, но она была в курсе еще до того, как побег состоялся».
«Господи, Никки. Я, конечно, слышала о людях, которые вытаскивали любовников из тюрем. Но чтобы тащить обратно…» Она внезапно замолчала и задумалась. «Так вот почему тебе понадобились три тысячи и быстро?»
«Точно. Да сих пор не могу поверить, что ты сразу не спросила, зачем они мне».
Триша невозмутимо ответила: «Ну, это не мое дело. Мы уже не были вместе и это твои деньги. Я решила, что если бы ты захотела, чтобы я знала, рассказала бы сама».
«Тебе было небезопасно знать, — серьезно сказала Никки, — Особенно когда все пошло наперекосяк. Это чудо, что нас с Хелен не поймали».
«Ты поэтому ей не доверяешь? Из-за того, что она заставила тебя вернуться? Если оглянуться назад, то это было очень умно с ее стороны. Иначе ты не была бы сейчас свободна и чиста».
«Я знаю». Никки выпрямилась на стуле и обхватила себя руками, глядя на полированную деревянную поверхность стойки. Она видела свое отражение, перекошенное древесной текстурой. «После всего, она сказала мне, что все кончено, что наши чувства настолько сильны, что нам надо прекратить все пока я в тюрьме, но она пообещала, что мы будем вместе, когда я освобожусь. И я поверила ей».
«Что изменилось?»
«Потом там был бунт, и она меня послала».
Триша подняла брови. «Не думаю, что схватываю всю картину произошедшего».
«Да там, правда, все очень сложно. Но самое главное и основное в том, что я делала то, что считала правильным, а она бросила меня. Бросила нас и все что между нами было. То, кем я являюсь, было для нее чересчур. Она хотела легкой жизни».
«В тюрьме все по-другому».
Никки жестко ответила: «Ага, но понимаешь, Триш, я никогда не имела привычки бежать и прятаться, если все становилось плохо. Никогда не делала этого и не собираюсь впредь».
Триша изменилась в лице, и стало очевидно, что она вспомнила главную причину, почему Никки оказалась в тюрьме. Продажный офицер полиции постоянно терся возле их клуба и приставал к Трише, не принимая «нет» за ответ. В один прекрасный вечер Никки зашла в клуб и обнаружила, что он пытается изнасиловать Триш. Она моментально сообразила что к чему и разбила бутылку об его голову. Однако этого было недостаточно, чтобы остановить его. Тогда Никки воткнула осколок в его шею, прямо в артерию, и смотрела, как он до смерти изошел кровью на полу ночного клуба. Ее обвинили в убийстве. В результате апелляции приговор был сформулирован как «непредумышленное убийство в ответ на провокацию», и срок заключения присудили тот, который она уже отбыла в тюрьме – три года. В любом случае, Никки была ответственна за смерть другого человека. Но в отличие от многих других, она точно знала, что пошла на это ради того, чтобы защитить того, кого любила.
Никки смягчила голос. «Я борюсь за то, во что верю, и за то, кем я являюсь. И если в следующий раз мне придется делать это, как я могу быть уверенной, что Хелен снова не порвет со мной? Как я могу быть уверенной в том, что она просто не сбежит, если станет тяжело?»
Триш выглядела задумчиво и печально. «Я считаю, что не можешь Ник, пока это действительно не случится. Но даже и в этом случае, только Хелен сможет принять решение уйти или остаться с тобой. В жизни нет никаких гарантий». Она осмотрела весь зал вплоть до выхода. «Но что ценно, это что у нее хватило смелости придти сюда в первый вечер. И выдержки дождаться, пока ты побежишь ее догонять».
«Этого недостаточно». В глазах Никки стояли слезы.
«Может, и недостаточно, но она уже знает тебя. Знает, что ты сделала в прошлом, знает тебя такой, какой ты была в тюрьме, и все равно хочет быть с тобой. Не похоже, что она идет на это вслепую. Может, ты все-таки дашь ей шанс?»
Никки ошеломленно уставилась на нее. «Не могу поверить, что ты ее защищаешь. Я думала, ты хотела еще один шанс для нас».
Выражение лица Триш стало жестче. «Только если бы ты была моей целиком и полностью. – Она сказала это настойчиво, даже слегка повысив голос. – Я никогда бы не стала второй, пусть даже среди лучших. Может у вас с Хелен ничего и не получится. Но пусть это будет исключительно потому, что ничего не могло получиться, а не потому, что вы не дали друг другу шанса показать все лучшее, что у вас есть». Она передернула плечами. «А я все равно буду поблизости».
«Ах, Триш». Никки протянула руку и, взяв Триш за руку, нежно пожала ее пальцы.
Триша насмешливо улыбнулась и намеренно отошла назад, разрывая контакт. «Не надо волноваться за меня. Это не значит, что я кладу себя на полку в ожидании, что произойдет. Здесь множество привлекательных женщин, и, откровенно, если сюда войдет Анджелина Джоли, то я же первая попрошу тебя отвалить».
Никки рассмеялась. «Она все еще популярна?»
«А с чего бы ей не быть?»
«Действительно».
Внезапно со стороны входа послышался стук в стеклянную часть двери, и обе, вздрогнув, оглянулись, чтобы увидеть фигуру, которая всматривалась внутрь, прижав лицо к стеклу. Хелен подняла руку в приветствии, заметив Никки, но выражение ее лица было мрачноватым. Никки решила, что это из-за того, что они с Триш беззаботно смеялись, склонившись друг к другу через барную стойку. Она посмотрела на Тришу, расплывшуюся в ухмылке, и едва удержалась, чтобы не закатить глаза. Вздыхая, Никки соскользнула со стула, подошла к двери и, отперев замок, распахнула ее.
«Мы закрыты, мисс. Лесбиянок здесь пока нет».
«Меня интересует только одна», — ответила Хелен, входя внутрь. Она глянула на Тришу, которая ответила ей миленькой улыбкой.
«Привет, Хелен».
Хелен кивнула. «Триша», — коротко поприветствовала она.
Ухмылка Триши стала еще шире. «Мне нужно сходить на склад, проверить запасы для вечера. Никки, для тебя в офисе лежит письмо».
Никки кивнула. «Спасибо». Она обратила все свое внимание на Хелен. «Что ты здесь делаешь?» Осознав, что получилось слишком резко, она смягчила интонацию и подошла ближе. «В смысле, я рада, что ты здесь. Просто я думала, что мы встречаемся вечером».
«Я не могла так долго ждать, чтобы увидеть тебя». Хелен обхватила Никки за талию и подняла лицо для поцелуя, который не заставил себя ждать. «Мммм… Я так соскучилась по тебе, Никки».
«Я тоже скучала по тебе». Никки прижала ее ближе к себе.
Хелен, изучив лицо Никки, покачала головой. «Дерьмово выглядишь».
«Ага, мне уже сказали. Просто долго не могла уснуть, так что спала мало и не особенно хорошо».
«И кто в этом виноват?»
Никки рассмеялась и сменила тему. «Я тебе так и не показывала клуб, я правильно думаю?»
«Ну, я была бы не против осмотреть твою квартирку».
«А ты не сдаешься, я смотрю».
«Раньше тебе это во мне нравилось», — сказала Хелен с легкостью, которая не затрагивала ее глаз.
«Мне и сейчас это нравится», — заверила Никки, беря ее руки в свои. «Идем. Ты уже видела бар и танцпол. А теперь позволь мне провести тебя за кулисы этого гламурного заведения».
В офисе она заметила письмо, о котором говорила Триш, и пока демонстрировала компьютерную систему клуба и свое рабочее место, засунула его в карман. После она провела ее дальше, показывая звуковую систему и пульт управления освещением. Хелен не проявляла особого интереса к экскурсии, пока Никки не повела ее вверх по лестнице на третий этаж в маленькую квартирку. Как только они вошли, Никки остановилась у двери и тихо наблюдала за тем, как Хелен внимательно осматривается, оценивает кухоньку, заглядывает в спальню, проверяет ванную и пробегается взглядом по захламленной старой мебелью гостиной.
Наконец, она обернулась к Никки. «Уютненько», — пробормотала она с сомнением. «Может, лучше было просто пару подушек на пол кинуть?»
Никки расхохоталась. «Эй, я знаю, что это та еще свалка, но она, по крайней мере, больше, чем камера. Для меня одной целых три комнаты и даже собственная ванная».
Хелен коротко взглянула на нее и перевела внимание на книжные полки. Пробежав пальцем по нескольким книгам, она остановилась, когда дошла до «Мира Софии». Это была первая книга, которую она подарила Никки. Когда первый экземпляр сгорел, она принесла ей другой так быстро, как только смогла. Они обе знали, что он не тот же самый, но Никки нежно хранила его, как и автобусный билет в нем с той ночи, когда сбежала. Глупые сантименты, как показал обыск, который учинил Феннер, пытаясь откопаться из ямы, в которую его посадила Хелен. Во время этого обыска он нашел и книгу, и билет. И это сработало. Хелен не была готова предоставить столь же неопровержимые свидетельства его вины, в то время как он получил улики, позволяющие ему уничтожить апелляцию Никки. Так что вместо того, чтобы отправить его в отставку, она была вынуждена уйти самостоятельно, покинув место управляющей Ларкхоллом. Никки могла себе представить, насколько сильно этот факт до сих пор терзал маленькую шотландку.
Рука Хелен чуть дрогнула, когда она взяла с полки книгу в яркой розовой обложке и открыла ее, чтобы прочесть надпись, оставленную ей на первой странице. «Я боялась, что ты никогда не получишь ее обратно».
Никки пожала плечами. «Ди Баркер засунула ее в мою сумку, когда я уходила на слушание моей апелляции. Должно быть, у Феннера что-то было на нее, раз он заставил ее помочь ему сделать обыск в моей камере. Как бы то ни было, она больше не сотрудничала с ним. Даже казалась счастливой, когда апелляцию приняли. Она улыбалась, когда сказала мне, что я свободна». Она посмотрела вдаль; чувства потрясения и счастья, охватившие ее тогда, все еще были очень сильны, когда она вспоминала тот момент в здании суда, и единственное, что могло уменьшить их, это осознание того, что рядом не было человека, который действительно имел для нее значение.
«Мне действительно хотелось, чтобы ты была там», — тихо добавила она.
Хелен осторожно поставила книгу обратно. «Я не думала, что заслуживаю это, после всего, что случилось». Ее голос заметно дрожал. «И считала так до тех пор, пока не увидела в новостях твое интервью. Только после него я поняла, что, возможно, ты сможешь дать мне еще один шанс».
Никки почувствовала ком в горле. «Я думала…», — начала она и тут же осеклась.
Хелен опустила голову. «Думала, что я не настолько заинтересована, чтобы быть там. Я знаю».
«Эй, не надо…». Никки подошла к ней и обвила ее руками. «Как ты сказала, мы не можем изменить того, что уже произошло».
«Но можем продолжать хотеть этого», — заметила Хелен. Ее голос стал глуше, когда она прильнула к ней. «Прости меня, Никки».
«Ну, сейчас-то ты здесь», — сказала Никки, закрыв глаза и уткнувшись в мягкие блестящие волосы. «Все остальное не важно».

Хелен сдалась теплу, окружившему ее, не желая думать о том, что привело ее сюда. Она была здесь, в объятьях любимой женщины, которая любила ее, несмотря на все, что произошло. В глазах Хелен стояли слезы, но плакать при этом ей вовсе не хотелось. Все, чего она хотела – слышать сердцебиение возле ее уха, чувствовать обнимающие ее руки Никки, утонуть в этом непередаваемом чувстве абсолютной любви.
Она не знала, сколько они так стояли, и кто был первым, кто пошевелился, понимая, что они не могут так стоять вечно.
«Чаю хочешь? — спросила Никки, приложив теплую мягкую ладонь к ее щеке. — Я могу заварить».
Неожиданное предложение поставило Хелен в тупик, и лишь через несколько мгновений она засмеялась. «Было бы здорово».
Присев к столу, она наблюдала, как Никки суетится за кухонной стойкой, внезапно осознав ценность этого момента. Она больше года была влюблена в эту женщину, но впервые они занимались чем-то таким… совершенно обыденным и даже в каком-то смысле домашним.
Никки поймала ее взгляд и улыбнулась. «Что?»
Хелен приподняла плечо. «Мне нравится. Это, правда, так мило».
Как это случалось и раньше, Никки, казалось, безо всяких лишних пояснений совершенно точно знала, что Хелен имеет в виду. «Ага».
Произведя все необходимые для приготовления чая действия, Никки села напротив Хелен. Пока они потягивали чай и хрустели печеньем, Никки достала из кармана письмо. Когда она вскрыла конверт, на стол выпало приглашение к визиту.
Просматривая первый абзац письма, Никки улыбнулась и посмотрела на Хелен, которая вопросительно приподняла бровь. «Это от Барбары». Она помедлила. «Я могу прочесть его позже, если хочешь».
Хелен задумчиво помотала головой. «Нет, продолжай». Хоть это все еще было непросто, ей все же было интересно, что произошло в Ларкхолле с тех пор, как она ушла.
Некоторое время Никки читала молча, но затем воскликнула: «Боже мой!»
«Что случилось?»
«Вирджиния О’Кейн утонула, когда принимала ванну. И кто-то ей в этом помог».
Хелен положила печенье обратно на тарелку, внезапно потеряв аппетит. «Кто?»
Никки, продолжив чтение, выглядела все более и более шокированной. «Они посадили Ивонн Аткинс в карцер, обвинив в этом. Но как говорит Барбара, все знают, что это дело рук Пекхамской Банды, Макси и Эл. Этот ублюдок, Феннер, помог им в этом, а теперь закрыл за это Ивонн! Господи, ты должна что-то сделать с этим!» Выкрикнув это, Никки резко замолчала, посмотрев на лицо Хелен.
«Я ничего не могу с этим поделать, — без какого-либо выражения сказала она. – Я больше не управляющая Ларкхоллом».
Никки, извиняясь, прикоснулась к ее руке. «Боже, Хелен, ну конечно же ты не можешь». Она сползла вниз по спинке стула и опустила голову. «Прости, любимая. Я не подумала. Старые привычки».
Поколебавшись, Хелен потянулась через стол и взяла ее за руку. Наклонившись ниже, она попыталась разглядеть выражение лица Никки. «Ты собираешься навестить Барбару? Я заметила, она прислала тебе приглашение к визиту».
Это дало Никки небольшую передышку. «Не знаю», — призналась она. Глядя на письмо, зажатое в руке, Никки размышляла. Судя по выражению ее лица, решение, к которому она пришла, ей не понравилось. «Не думаю, что смогу вернуться в Ларкхолл, даже в качестве посетителя. По крайней мере, пока». Она резко вскочила и сделала несколько шагов в разные стороны, словно не могла определиться, куда идти. После этого она рухнула на диван, и некоторое время молча сидела, разглядывая собственные ноги.
Хелен немедленно подошла и присела рядом. Не поднимая глаз, просто инстинктивно, Никки обняла ее за плечи и притянула к себе. «Ну, и кто из нас теперь трус?» — горько сказала она.
Хелен прильнула к ней, нежно поцеловала ее щеку и положила голову на ее плечо. «Все в порядке, милая. Просто тебе нужно время».
«Черт, мне нужна сигарета».
Хелен огляделась. «Где у тебя лежат сигареты?»
«Я их выбросила». Никки пожала плечами в ответ на удивленный взгляд Хелен. «Я не курила до того, как попала в тюрьму. А там курение было просто чем-то, чем можно себя занять. Убить время».
Хелен неодобрительно посмотрела на нее. «Значит, ко всему прочему, ты решила еще и курить бросить?»
«Если есть что-то, что может сделать сложную ситуацию хуже, я обязательно это найду. По-моему, я от тебя этому научилась». Никки заставила себя слабо улыбнуться.
«Я думаю, что ты научилась этому еще до того, как я появилась в поле зрения». Она заметила усталость на лице Никки. «Милая, может, ты приляжешь и попытаешься немного поспать?»
Никки взглянула на нее. «Я не хочу, чтобы ты уходила».
«А я никуда не собираюсь. Я пока помою посуду. Да и потом, я нашла у тебя книгу, которою еще не читала. Так что найду, чем себя занять. Я разбужу тебя, когда придет время, чтобы нам с тобой сходить куда-нибудь».
«Серьезно?» Никки выглядела недоверчиво.
Хелен ощутила, как ее сердце сжалось, когда она легонько погладила Никки по щеке. Неужели ее действия настолько разрушили доверие к ней, что Никки не верит даже самым элементарным ее обещаниям. «Я буду рядом, когда ты проснешься».
Никки посомневалась, но, видимо, решила поймать ее на слове. Она встала с дивана и ушла в спальню. Через открытую дверь Хелен видела, как Никки закрыла глаза и свернулась на чрезмерно большой для нее кровати. Должно быть, она была совершенно обессилена, потому что всего через несколько секунд ее дыхание выровнялось и стало глубоким и спокойным.
Помыв посуду, Хелен попыталась почитать книгу, но слова не доходили до ее сознания. Прочитав одну и ту же фразу третий раз подряд, она просто сдалась. Потирая глаза, она поняла, что в течение последних ночей спала так же мало и беспокойно, как и Никки. И причины, похоже, были одни и те же. Хелен положила книгу на журнальный столик и, заглянув в спальню, посмотрела на мирно спящую там женщину. Дневной свет слабел, и в комнате начали сгущаться сумерки. Лишь несколько последних лучей заходящего солнца пробивались через маленькое окно и, падая на лицо Никки, придавали ей почти ангельское сияние.
В конце концов, Хелен не смогла сопротивляться усталости. Двигаясь как можно тише, она вошла в спальню, сняла обувь и пиджак, и легла рядом с Никки, которая пробормотав во сне что-то невнятное, повернулась на другой бок. Хелен обняла ее и, притянув к себе, переложила голову Никки на свое плечо.
«Тише, милая, это всего лишь я», — прошептала она.
Никки сонно что-то пробубнила и уснула снова, еле заметно улыбаясь. Нежно поцеловав ее в макушку, Хелен прильнула щекой к темноволосой голове и, закрыв глаза, моментально уснула.
Когда она проснулась, стемнело. Ощущение теплых губ, страстно целующих ее, полностью вырвало ее из сна. Хелен чуть слышно застонала, сонно обвила руками шею Никки и приоткрыла губы, принимая сладкое вторжение ее языка. Поцелуй был настолько опьяняющим, что она едва смогла сдержать крик, когда он, наконец, прервался, и теплое тело Никки внезапно отстранилось.
«По-моему, ты собиралась меня разбудить». Прохладный тон в голосе Никки развеселил ее, и Хелен улыбнулась в ночи.
«Похоже, я тоже очень устала».
«Вот как». Никки потянулась к лампе, стоящей на столике возле кровати, и зажгла свет. Лампочка была неяркая, но все же Хелен не была к этому готова, так что свет ослепил ее на какой-то момент. Прежде чем снять и бросить часы на край стола, Никки посмотрела на время. Она приподнялась на локтях и поглядела на Хелен. «Уже почти половина двенадцатого. Поздновато куда-то идти. Но мы всегда можем спуститься в клуб».
Снизу раздавались приглушенные звуки музыки, большей частью басы и ударные, так что невозможно было определить, что это за песня. Несомненно, вечер пятницы в Chix был в самом разгаре. Мысль обо всех этих людях, наполнивших клуб, вызывала у Хелен тошноту.
Она посмотрела в пленительные карие глаза и поняла, что не может вынести их взгляда. «Я не хочу никуда идти, — откровенно сказала она. – Я хочу остаться здесь, с тобой». Из-под ее закрытых век хлынули слезы. «Никки, я так сильно люблю тебя. Что я могу сделать, чтобы ты снова доверяла мне? Скажи, я сделаю все, что угодно». Она почувствовала, как слова перехватывают ее горло. «Ты хочешь, чтобы я умоляла, стоя на коленях?»
Никки вздрогнула. «Боже, нет, Хелен». Она приподнялась и слегка прикоснулась губами к губам Хелен, но даже это мимолетное прикосновение отозвалось в ней болью. «Понимаешь, сейчас дело уже даже не в тебе, любимая, а во мне. Я совершенно разбита».
Хелен закрыла глаза, ощущая, что ее сердце вырвано из груди и зажато в кулак. «Я никогда не хотела так сильно обидеть тебя».
«О, милая, это не ты». Она почувствовала, как Никки целует ее прикрытые веки, ощутила ее сладкое теплое дыхание, овевающее ее лицо. Она открыла глаза, когда Никки резко отстранилась и застонала. «Боже, неужели все это со мной сделала тюрьма?»
Никки села на кровати, свернув ноги по-турецки. Схватившись за голову, она беспокойно теребила свои темные короткие волосы. Хелен поднялась на локтях и обеспокоено посмотрела на нее. «Никки?»
Никки обернулась на нее. «Я никогда не боялась использовать все шансы в жизни, особенно когда речь шла о любви. И вот она я, сомневаюсь во всем, как старуха. – Ее взгляд становился все печальнее. – Я никогда не была такой, Хелен. Та женщина в тюрьме, боящаяся запороть учебу в университете, к которой ты подтолкнула. Та, которая взрывалась ревностью при малейшей возможности…. Эта женщина – не я».
«Я знаю, Никки».
Никки недоверчиво посмотрела на нее. «Как ты можешь знать? Все, что ты видела, была эта мерзость. Это было все, что ты могла видеть».
«Все в порядке, Никки. Ты просто пытаешься во всем разобраться. Мы обе пытаемся. – Она села и положила ладонь на плечо Никки. – Прости меня, милая. Я больше не буду так давить на тебя».
Никки громко вздохнула. «Боже, я так боюсь, что ты бросишь меня, что даже не даю тебе возможности для начала просто быть со мной. Я чувствую себя такой жалкой».
Хелен протянула вторую руку и, прикоснувшись ладонью к щеке Никки, повернула ее лицо так, чтобы их глаза встретились. «Я не оставлю тебя, — тихо, но уверенно сказала она, — обещаю. Что бы ни случилось, что бы ты ни делала. Я никогда не уйду».
Никки уныло посмотрела ей в глаза. «Ты уже делала это раньше».
Хелен выдержала ее взгляд. «Это никогда не повторится». Она сказала это так твердо и уверенно, как только могла. Это был единственный довод, который она просто не в силах была упустить.
Никки всхлипнула. Хелен видела, как движутся мышцы ее шеи, когда она пыталась проглотить ком, стоящий в горле. Она знала, что он есть, потому что в ее собственном горле застыл такой же. Неужели это все, что она могла сделать для Никки? Найти новые способы, чтобы заставить ее плакать?
«Хелен?»
«Да, любимая?»
«Ты останешься со мной на ночь?»
Хелен ощутила прошедшую сквозь ее тело волну облегчения. «Конечно, останусь».
«Мы не будем заниматься любовью. Ты сможешь просто остаться и быть рядом со мной этой ночью?»
Хелен видела, что Никки говорит это абсолютно серьезно, и потребовалось некоторое время, чтобы полностью обдумать это. Провести ночь с любимой женщиной и не мочь прикасаться к ней так, как ей бы хотелось. Было ли это последним вызовом, окончательной проверкой, которая покажет, что ей можно доверять?
Она вздернула подбородок. «Если ты сможешь, то и я смогу».
Никки внезапно приобрела такой застенчивый вид, словно упустила из виду то, что она тоже будет спать в этой постели. «Хм…», — начала она и, поколебавшись, рассмеялась. «Вот дерьмо».
Хелен засмеялась следом, и это сняло напряжение, сжавшее ее плечи. «Ничего, что я пижамку с собой не захватила?»
Никки кивнула в сторону потертого комода, который занимал остаток свободного места, не занятого кроватью. «У меня есть футболка, которую ты можешь надеть. В другом ящике есть новая, еще не распакованная зубная щетка».
Хелен криво усмехнулась. «Ну что ж, тогда я остаюсь».

Никки свернулась под одеялом, ее волосы все еще были слегка влажными после душа. Она лежа прислушивалась к тому, как Хелен передвигалась в ванной, готовясь ко сну. Никки размышляла, правильно ли она поступает, и что вообще может быть правильным в этой ситуации. Как и многие вещи в ее жизни в последнее время, идея, которая изначально была простой и единственно верной, внезапно вышла из-под контроля и вывернулась так, что стало сложно понять, почему же она казалась такой важной.
Хелен возникла в дверном проеме так неожиданно, что Никки внезапно стало трудно дышать. Светло-голубая футболка, которую она смогла найти, доходила Хелен до середины бедра, скромно прикрывая все, но материал был настолько тонок, что скорее подчеркивал то, что должен был скрыть. Никки внезапно ощутила, что ее футболка и бриджи совершенно неуместны в данный момент, в то время как Хелен спокойно скользнула под одеяло и легла рядом, повернувшись к ней лицом.
Никки обвила ее одной рукой и крепко обняла, быстро выключив второй рукой свет, оставляя их в полной темноте.
«Ты в порядке?» — прошептала она.
Хелен мягко рассмеялась. «У меня все прекрасно».
Никки, склонив голову, нашла ее губы и с осторожной нежностью поцеловала. Вкус зубной пасты смешивался с особым потрясающим вкусом Хелен, который заставил Никки со стоном углубить поцелуй. Когда она, наконец, заставила себя оторваться, ее голова кружилась.
«Ты нисколько не упрощаешь мне задачу», — обиженно проворчала Хелен.
«Вы влюбились в сумасшедшую женщину, мисс Стюарт».
«Похоже на то».
Они замолчали, когда Хелен, устраиваясь удобнее. Ее голова покоилась на плече Никки, согнутую правую руку она положила на ее живот, а нога нежно оплетала ногу лежащей рядом женщины. Некоторое время они прислушивались к своим ощущениям, осознавая, что одеты лишь частично. Но постепенно обе расслабились, сдавшись простому теплому чувству единения. За время, когда между ними были тюремные решетки, они обе привыкли подавлять свои физические реакции друг на друга.
Они лежали так, словно отдыхали от занятий любовью, правда без этой предварительной энергичной и страстной составляющей. «У нас раньше никогда не выпадало возможность просто спать вместе, — через какое-то время мягко заметила Никки. – В смысле, мы начали, но ты сказала мне, что пора возвращаться в Ларкхолл, и тогда я увидела письмо от моего адвоката…».
«Боже, я знаю. Хуже всего то, что ты ни за что бы его не заметила, если бы я не пыталась его спрятать».
Никки тихо засмеялась. «Ты просто не особо в этом искусна».
«Да просто тогда все шло одно к одному, Никки», — проворчала Хелен. «Иногда я вообще удивляюсь, как мы через все это прошли».
«Ну, если думать об этом, ты мы с тобой были чертовски удачливыми временами», — философски произнесла Никки. «Меня той ночь было так просто поймать. Если бы Докли не попыталась вскрыть Феннера как консервную банку и не подняла бы на уши все крыло, кто-нибудь все равно заметил бы, как ты пытаешься протащить меня обратно. Она не знает, что я ее должница, и мне жаль, что никогда не смогу сказать ей об этом. Ее бы просто вывернуло от этого». Она внезапно рассмеялась. «Но что действительно странно, так это реакция той девушки-полицейского, которая остановила нас по дороге обратно в Ларкхолл и приняла нас за медсестер».
«А что с этой девушкой из полиции»?
«Ну же, Хелен, почему, ты думаешь, она подмигнула тебе и сказала нам возвращаться домой в кровать? Она же сказала «кровать», а не «кровати». Она наша, это точно».
Хелен на секунду лишилась дара речи. «Я никогда не заостряла на этом внимания…. Значит, именно поэтому она подмигнула мне? Я была так напугана, что просто улыбнулась ей как дура и села обратно в машину».
«Мы ведь никогда не говорили об этом после?»
Хелен порывисто вздохнула. «Нет, об этом ни разу. Мы все время говорили только о том, что происходит в тюрьме, и о твоей апелляции. Все было точно так же, как и до той ночи. Иногда мне кажется, что только один раз мы говорили о том, что на самом деле важно, это когда мы встретились в тот день, когда я вернулась, чтобы вести групповые занятия пожизненных заключенных. Все, что было потом, терялось в наших бесконечных препирательствах». Она успокаивающе погладила Никки по животу. «Мне даже казалось, что ты всегда знала, что я чувствую и о чем думаю».
«Хотела бы я, чтобы это так и было, Хелен. Тогда мы не потратили бы впустую столько времени, злясь друг на друга».
«Наверное, ты права». Хелен повернула голову так, чтобы поцеловать мягкую кожу рядом с затылком Никки. «Вряд ли в моей жизни был кто-то еще, кто мог меня взбесить так, как ты».
Никки ненадолго задумалась. «Это хорошо?»
«Ну, это не было комплиментом, но это совершенно точно говорит о том, что ты невероятно много значишь для меня. Единственный человек, который мог так меня достать, это мой отец».
«А что твой отец? Ты никогда не говорила о нем».
«Ты тоже никогда о своей семье не рассказывала», — быстро парировала Хелен.
«А, да не о чем особо рассказывать. Мой отец отставной военный моряк. Мать всегда была просто женой военного моряка. У меня есть старший брат, Дэвид». Она сдвинула челюсти, ощущая во рту мерзкий привкус от воспоминаний, который появился даже сейчас. «Я не видела никого из них с тех пор, как мне исполнилось шестнадцать, и они выпнули меня за ‘ненормальные склонности’».
Хелен приподнялась на локте и посмотрела на Никки, пытаясь разглядеть ее в полной темноте. «Ты серьезно?»
«Серьезнее некуда. Когда они узнали, что я лесбиянка, отреклись от меня и выкинули из дома».
«О, Никки».
На секунду голос Хелен стал настолько печальным, что она, казалось, не могла дышать. С усилием, Никки сбросила с себя это ощущение. «Не переживай из-за этого». Она аккуратно протянула руку и прикоснулась к щеке Хелен, чудом не попав ей в глаз в кромешной тьме. Она была поражена, почувствовав мокрые дорожки от слез. «Все в порядке, Хелен».
«Нет, не в порядке. Как они могли так поступить с тобой?»
«Это было очень давно». Она скользнула ладонью со щеки к шее и, обняв, притянула голову Хелен ближе, чтобы поцеловать. «Но мне приятно, что ты так обо мне заботишься».
Хелен устроилась напротив нее, положив голову рядом на подушку так, чтобы поцеловать ее макушку и нос. «Ненавижу всех, кто причинял тебе боль. Ненавижу себя за то, что причиняла тебе боль даже больше, чем все остальные».
«Ты не делала этого. Что бы между нами ни происходило,… ну, у тебя всегда было меньше выбора, чем я думала в то время. Теперь я это понимаю». Она провела кончиками пальцев по ее щеке. «Если это имеет какую-то ценность, я простила тебя».
Она услышала, как скакнул голос Хелен. «Это ценнее всего, милая».
«Ты простишь меня?»
«За что тебя прощать?»
«За то, что становилась самой неуступчивой сволочью, как только появлялась возможность».
«Ах, это». Хелен поцеловала ее еще раз. «Конечно, я тебя прощаю. Меня прощать надо за гораздо большее, так ведь?»
Никки мягко усмехнулась. «Похоже на то». Она обвила Хелен руками и притянула ближе к себе так, чтобы чувствовать ее тепло. «А теперь расскажи мне о своем отце». Она почувствовала, как Хелен напряглась, и легонько погладила ее по спине. «Ты не обязана говорить, если не хочешь».
«Да нет, все в порядке». Но она еще какое-то время молчала. Никки в тишине терпеливо ждала, пока она найдет нужные слова. Время, которое на это потребовалось, показало Никки, насколько болезненной эта тема была для Хелен.
«Мой отец священник. Мама умерла, когда мне было девять».
Снова стало тихо, и Никки нежно поцеловала ее в макушку. «Не самый лучший возраст для случившегося».
«Не думаю, что для этого бывает хороший возраст». Хелен пыталась придать голосу твердость, но попытка с треском провалилась. «Но, да, было очень тяжело. Он никогда не одобрял то, что я когда-либо делала в жизни».
Прошло некоторое время, и Никки запоздало поняла, что Хелен сказала все, что хотела. Какая-то часть Никки хотела продвинуться глубже в эту тему, чтобы как можно больше узнать об этой стороне жизни женщины, которую она любила. Но внутреннее ощущение подсказывало оставить этот разговор до тех пор, пока Хелен сама не захочет продолжить. С усилием, она придержала в себе вопросы, которые хотела задать, и решила пока оставить все как есть.
«Полагаю, это делает из нас хорошую пару», — наконец, сказала она.
«Думаешь?» Хелен сказала это тем сдержанным тоном, который Никки начинала тихо ненавидеть. Он означал, что она отстраняется, потому что не может справиться с силой чувств, бушующей внутри нее.
«Все хорошо, любимая. Я рядом». Она приобняла ее, чувствуя как сопротивление постепенно покидает маленькое тело, и через несколько мгновений Хелен смогла расслабиться.
«Прости». Ее голос все еще дрожал. «Иногда говорить об этом очень трудно».
«Хелен, ты можешь говорить все, что хочешь и когда хочешь. Я не собираюсь давить на тебя».
Медленно, с дрожью, она вздохнула. «Хорошо».
Они лежали в тишине, и Никки подумала, что просто необходимо сменить тему, притом на более веселую. «Я тебе когда-нибудь рассказывала, какую услугу я оказала Ивонн?»
Хелен прочистила горло. «Это может меня взбесить?»
Никки обдумала это. «Возможно, но это было, когда ты уже ушла с поста управляющей крылом, но еще не стала директором тюрьмы, так что не можешь нести за это ответственность. Ты тогда просто вела групповые занятия для пожизненных. Это было, когда офицерский состав пытался устроить протест».
«Это когда из крыла сбежали заключенные?» Хелен устроилась ближе к Никки. «Хорошо, рассказывай».
«У Ивонн тогда был тяжелый период. Она хотела потрахаться и серьезно озадачилась этим вопросом. Я предложила ей попробовать с кем-то из местных. Это было проще всего и не вызвало бы никаких проблем. На что она сказала, что лучше с Феннером трахнется, чем станет лесби. Я сначала подумала, что это слишком, но потом поняла, что это моя же точка зрения, только наоборот. В том смысле, что я бы лучше с Мешком Костей переспала, чем с мужчиной».
«Господи Боже, Никки!»
Голос Хелен звучал так, словно она шокирована такой мыслью, и Никки расхохоталась. «Как бы то ни было, — продолжила она, — у меня есть друг, который предоставляет услуги эскорта, очень хорошо и очень осторожно, как я слышала. Я дала ей его номер и предложила представить его как своего нового адвоката». Она сделала паузу и, сообразив, что Хелен не схватывает суть, пояснила. «Для встреч с адвокатом предоставляют отдельную комнату».
«Это несерьезно».
«В общем, Ивонн стала все это проворачивать почти легальным образом, а в голову Холламби начали закрадываться сомнения. В следующий раз, когда Ивонн встречалась с адвокатом, Мешок Костей ворвалась и устроила парню личный досмотр».
«И после этого все прекратилось?»
«О, нет, все получилось даже веселее. Он действительно был адвокатом. Да еще и адвокатом Чарли. Он пришел уговорить Аткинс, свидетельствовать в пользу ее мужа на его суде. И как только парень оделся, он тут же мухой полетел к управляющей крылом и нажаловался на Холламби, которая раздела его до белья. Через две минут Беттс вызвала ее к себе и сделала выговор».
В этот момент Хелен уткнулась лицом в шею Никки и ее плечи тихо задрожали. «Я не смеюсь над этим», — всхлипывая от смеха, попыталась сказать она.
«Ну, конечно же, нет», — мило согласилась Никки.
Наконец, Хелен взяла себя в руки, и они лежали в комфортной тишине еще какое-то время, постепенно успокаиваясь. Никки ощущала себя плывущей в море приятного тепла и аромата волос и кожи Хелен. Она подумала, что могла бы спать так каждую ночь всю оставшуюся жизнь. Не только могла бы, но, определенно, хотела бы.
«Никки?» Голос Хелен был сонным и казался тише в темноте.
«А?»
«Ты же не собираешься выпустить меня из этой постели, не занявшись со мной любовью?»
Никки улыбнулась в темноту. «Шутишь? Ни за что».
«Хорошо». Хелен вздохнула, и ее тело обмякло рядом с Никки. «Спокойной ночи, милая».
«Спокойной, дорогая. Сладких снов».

Когда Хелен проснулась, тусклый сероватый свет проникал через маленькое окно спальни, и слабый стук капель дождя в стекло намекал на то, что лучше всего остаться внутри. Она лежала на правом боку, одна ее рука лежала на подушке, подпирая щеку, вторая обнимала свернутое одеяло. Сзади к ней прижималось невероятно теплое мягкое тело, на ее талии покоилась сильная рука. Теплое дыхание Никки развевало волосы на ее затылке.
Ее губы тронула легкая улыбка, и она решила, что хочет просыпаться именно так каждое утро всю жизнь. К сожалению, как только она пришла к этому выводу, зов природы прервал ее мысли, и она поняла, что не может лежать так столько, сколько ей этого хотелось. Откинув покрывало, она попыталась незаметно выскользнуть, но рука, лежавшая на ее животе, притянула ее обратно.
«Куда это ты собираешься», — голос Никки был хрипловатым от сна.
«Прости, милая, мне надо идти».
«Я дала тебе обещание вчера». Никки поцеловала ее в шею. «И у меня есть намерение сдержать его».
Через мгновение Хелен вспомнила, о чем она говорит, и улыбнулась. «Я скоро вернусь. Просто если я сейчас не отправлюсь в ванную, мы обе потом об этом пожалеем».
«О, — Никки усмехнулась и ослабила хватку, — хорошо, только не долго».
Сделав в ванной все, зачем пришла, Хелен, пользуясь случаем, еще почистила зубы. Проскользнув обратно в спальню, она увидела, что Никки лежит на спине, положив руки за голову, и задумчиво созерцает потолок. Ее карие глаза ощутимо потеплели, когда она перевела взгляд на Хелен.
«Сделала все, что хотела?» — сухо спросила она.
«О, да», — сказала Хелен, нырнув обратно под покрывало. Не медля ни секунды, она прижалась к Никки и, скользнув руками под ее футболку, поцеловала ее в шею.
Никки задрожала и всхлипнула, обвивая ее руками. «Боже, Хелен».
«Я так хочу тебя»,- выдохнула Хелен, прокладывая губами дорожку вдоль линии подбородка Никки, в конце концов, накрыв ее губы обжигающим поцелуем. Она не могла поверить в происходящее, когда Никки схватила ее за запястье и прервала ласку, продвинувшуюся опасно низко.
«Я тут подумала», — сказала она, когда Хелен освободила ее губы.
Хелен воскликнула: «О, нет, только не это».
«Серьезно, Хелен. — продолжила Никки. – Это место совершеннейшая дыра. Я не хочу заниматься с тобой любовью здесь. Давай снимем комнату, или номер в отеле, с цветами, шампанским…»
Хелен почувствовала в себе растущую ярость. «Я хочу быть с тобой, Никки. Место не имеет значения». Неудовлетворенность сделала ее резче, чем она хотела.
«Для меня имеет», — упрямо сказала Никки отстраняясь.
Хелен перекатилась на спину и закрыла лицо руками. «Не могу в это поверить. Это становится просто нелепым. Если ты не хочешь меня, просто так и скажи».
Никки поднялась и села, на ее лице отразилось крайнее возмущение. «Конечно, я хочу тебя. Ну как ты можешь говорить такое?»
«Может, потому что ты себя так ведешь?»
Разъяренная Хелен скатилась с постели и, похватав одежду, вылетела из спальни, потому что больше не могла смотреть на Никки, особенно учитывая, что та была такой растрепанной и милой после сна. Она оделась и уже схватилась за дверную ручку, когда, наконец, сообразила, что же она делает.
Я никогда не оставлю тебя. Не это ли она говорила? И именно это сделала при первой возможности. Боже, Никки теперь никогда ей больше не поверит.
Она повернула голову и посмотрела в сторону спальни. Никки стояла в дверях, набрасывая невзрачный халат поверх нижнего белья, с таким выражением на лице…. Боже, что это было за выражение. Не столько боль, сколько покорность тому, что происходит сейчас и тому, что еще может произойти. Словно она ничего другого и не ожидала от Хелен, несмотря на свои чувства к ней.
Хелен медленно отпустила дверную ручку и отошла от двери, бросив сумочку на кухонный стол. «Прости меня».

0

5

Никки пожала плечами. «Для тебя это не имеет значения».
«Конечно, имеет». Хелен глубоко вдохнула. «Слушай, Никки, мы еще будем ссориться в будущем. Черт подери, еще как будем ссориться. Мы можем достать друг друга так, как никто другой не сможет. Но я не выйду сейчас через эту дверь. Ты не сможешь меня заставить сделать это».
Никки презрительно глянула на нее. «Хелен, ты уже была на полпути к выходу».
«Никки, прошу, послушай», — с решимостью сказала Хелен, на шаг приблизившись к женщине, которую любила. Ее сердце бешено колотилось; она испугалась, что, в конце концов, зашла слишком далеко, пересекла последнюю границу, после которой Никки не сможет и не захочет ее простить. Раньше она гордилась своей силой убеждения. Никогда раньше она не нужна была ей так, как сейчас. «Ты лучше других знаешь мой характер, и хорошо это или плохо, но я всегда инстинктивно выстраивала дистанцию между собой и тем, что причиняет мне боль». Она старалась сказать все, что нужно сказать, не удерживая ничего, не важно, насколько ей было тяжело открыться. «Это все тянется из прошлого, из того, как я общалась с отцом, из целой кучи других вещей, которые сейчас слишком долго объяснять. Но я сделаю все, чтобы изменить это, когда это касается тебя. Только дай мне еще один шанс».
Никки не могла заставить себя встретиться с ее взглядом. «Не думаю, что ты сможешь изменить это, Хелен. И меня до смерти задолбало, что я все время остаюсь, а ты бросаешь меня. Это случалось слишком много раз».
Хелен приблизилась еще на один шаг. «Я знаю, что обидела тебя, Никки. Но ты сказала, что простила меня за все, что я сделала. Ты действительно это подразумевала?»
«Да!» Никки схватилась за голову. «Нет». Она пересекла комнату и плюхнулась на диван. «Не знаю». Она наклонилась вперед, уперлась локтями в колени и, бессильно свесив руки между бедер, уткнулась взглядом в пол. «Это все еще причиняет боль. Все это».
Хелен подумала о времени, когда она была подростком, обо всех ссорах, непонимании и полнейшем беспорядке, которые увеличивались в противовес властности, холодности и отчужденности ее отца. Никки была права; каждый инцидент причинял боль, даже сегодня, даже когда она пыталась отпустить это, даже когда она думала, что все уже далеко позади. Это застыло на нити ее жизни, как пятно несмываемой краски.
«Когда ты пускаешь кого-то в свое сердце, ты даешь ему власть над собой, — печально сказала она, присев на потертое коричневое кресло. – Эту власть я дала тебе в Ларкхолле. Единственная свобода, которая у меня осталась, это свобода уйти…. Но даже при этом я знала, что никогда не смогла бы уйти далеко. Я всегда возвращалась. И всегда буду возвращаться. Если ты больше ни во что не веришь, поверь в это».
Никки повернула голову и посмотрела на нее. В глазах читались потерянность и одиночество. «И что теперь?»
«Я не знаю».
«Я не думала, что все будет так сложно, Хелен».
«Может, в нормальных обстоятельствах и не было бы, но мы же никогда не были нормальными». Хелен вымученно улыбнулась. «Мы не нормальные, мы не ненормальные, мы это просто мы, мы делаем то что, хотим и то, что чувствуем. Помнишь?»
Никки улыбнулась в ответ, слабо и утомленно, но именно это, волшебным образом, дало Хелен надежду. Когда Никки протянула ей руку, она благодарно приняла ее и, двигаясь под ее усилием, пересела на диван, где они сели вместе, лицом к лицу, прислонившись к спинке.
«Никки, — серьезно сказала Хелен, — я люблю тебя и хочу быть с тобой. Ты нужна мне в моей жизни. Я просто не знаю, как по-другому сказать об этом, чтобы ты поверила мне».
«Я тоже люблю тебя, — прошептала Никки, — Я бы не заморачивалась так, если бы не любила тебя». Она опустила глаза. «Знаю, я слишком многого от тебя требую, особенно последнее время».
«Не больше, чем я хочу тебе дать», — поспешила заверить ее Хелен. Ей надо было помнить, что за сильной внешностью, Никки из них двоих всегда была более ранимой и восприимчивой к эмоциональным всплескам. «Я знаю, что ты пытаешься сделать, и я согласна с этим. Нам надо построить отношения такими, чтобы они сработали лучшим образом для нас обеих».
«Тогда почему секс стал такой проблемой?»
Хелен провела кончиками пальцев по щеке Никки. «Потому что дело уже не только в самом сексе, милая, все зашло гораздо дальше. В какой-то момент это стало проекцией наших с тобой отношений, и, так или иначе, нам придется решить это. По сути, когда мы, наконец, сможем заняться любовью, это будет означать, что ты доверяешь мне». Она сделала паузу, подбирая слова так, чтобы объяснить все не только Никки, но и себе самой. «Каждый раз, когда ты отвергаешь или избегаешь меня, это становится все более личным и болезненным. Все равно как ты сказала бы, что я недостаточно хороша, чтобы быть с тобой, и как бы я ни старалась делать все правильно, все равно никогда не стала бы достаточно хороша для тебя».
Никки вскрикнула. «Боже, я никогда не подразумевала ничего подобного. И сейчас не подразумеваю. Просто… просто мне нужно было время».
«О, Никки, я знаю, и я хочу дать тебе любое количество времени, которое тебе нужно». Хелен медленно вздохнула. «Иногда я становлюсь нетерпеливой, особенно когда все идет не так быстро, как, по моему мнению, должно. Это дурная привычка и ты имеешь полное право одернуть меня, если это случается».
Никки нежно провела по ее щеке. «Ты все делаешь великолепно. Бог мой, да ты была более терпеливой, чем я вообще когда-либо была». Она насмешливо улыбнулась. «Помнишь, как ты в первый раз сказала, что любишь меня? Вместо того, чтобы принять это, я незамедлительно спросила, достаточно ли ты любишь меня, чтобы бежать со мной. Я всегда требовала чего-то большего».
Хелен улыбнулась. «Ну, ты же только что сбежала из тюрьмы».
«Все равно это было нечестно». Никки посмотрела на их сжатые руки и нежно погладила большим пальцем нежную кожу на внутренней стороне запястья Хелен. «Ты более чем достаточно хороша для меня, дорогая. Большую часть времени я боялась, что это я недостаточно хороша для тебя. В конце концов, я испорченная лесбиянка, убившая полицейского».
«Перестань, — тихо возразила Хелен. – Даже не думай об этом». Она сильнее сжала руки Никки. «До того, как я встретила тебя, я только думала, что знаю, что такое любовь. Сейчас я действительно знаю это. И любовь не меняется с того момента, как я подарила тебе свое сердце. Я могла врать себе самой об очень многих вещах, но об этом никогда не смогла бы. В конце концов, это настолько глубоко в моей душе, что даже если бы я никогда тебя больше не увидела, все равно продолжала любить тебя до самой смерти».
«Ах, Хелен…» Никки пыталась сказать что-то еще, но ее лицо сжалось, и по щекам полились слезы.
«Ой, Никки, пожалуйста, не надо…». Испугавшись, Хелен приложила ладонь к ее щеке. «Я не хотела…»
«Ничего, просто… Черт, ну почему ты всегда владеешь собой, а я все время рыдаю, как ребенок?»
Хелен опустила голову, чтобы посмотреть в лицо Никки. «Это потому что ты чувствуешь очень много, но в тюрьме ты привыкла все держать в себе, и настал момент, когда все вырвалось наружу. Так же было, когда мы впервые занимались с тобой любовью, помнишь?»
Никки подняла блестящие от слез глаза. «Я никогда не забуду наш первый раз». Она пробежала пальцами по руке Хелен, легко электризуя прикосновениями, так что маленькие волоски на руке встали торчком. «Обычно я лежала у себя в камере и вспоминала, как прикасалась к тебе, как чувствовала твой вкус. Я не хотела этого делать, потому что это практически сводило меня с ума. Хотя временами мне казалось, что только благодаря этому я оставалась вменяемой там».
Хелен почувствовала боль в сердце, слыша желание в ее голосе. «Я тоже думала об этом… спустя несколько дней. Я все еще чувствовала твой запах, оставшийся на подушках, все еще чувствовала твое присутствие, когда ложилась в постель. Я протягивала руку и, не найдя тебя, плакала до тех пор, пока не засыпала».
«Зачем мы все это делали с собой?»
Хелен горько усмехнулась. «Может, мы так привыкли к переживаниям, что не можем без них жить».
«Возможно. Прости меня, Хелен. Знаю, я, кажется, последнее время только и делаю, что прошу прощения, но я правда прошу тебя простить меня».
«Ты тоже прости меня». Хелен опустила ресницы. «Может это правильно, что мы так часто говорим это сейчас, потому что недостаточно говорили это раньше. В конце концов, я знаю, что я не говорила. И пока мы продолжаем просить прощения и пытаться понять друг друга, у нас все будет хорошо. Я действительно в это верю».
«Я тоже верю».
Хелен потянулась и, положив руку на затылок Никки, притянула ее к себе, чтобы поцеловать. Затем она приклонила голову к голове Никки.
«Никки?»
«Мм?»
«Знаешь, что я хочу сделать?»
«Что?»
«Для разнообразия сводить тебя куда-нибудь».
«Куда?»
«Думаю, что я должна тебе завтрак, и на этот раз мы его все-таки съедим. Затем, мы поедем ко мне, и ты все-таки зайдешь. Мы займемся любовью в той же постели, что и в первый раз, и я обещаю, что будут и свечи, и музыка, и шампанское, и даже цветы, если ты так этого хочешь».
Никки с облегчением вздохнула. «Это именно то, чего я хочу, Хелен. Все это».
«Тогда марш в душ и одеваться».
Никки слабо улыбнулась. «Я уже упоминала, что мне нравится, когда ты такая командирша?»
«Ага, но я верю в это не больше, чем тогда». Хелен сладко поцеловала ее. «Но я верю, что ты любишь меня, Никола Уэйд, несмотря на мою начальственность, нетерпеливость и все остальное, что я делаю не так».
Никки искоса посмотрела на нее. «Ну, кто-то же должен. И лучше, если это буду я».

Дождь усилился, когда Хелен припарковалась у тротуара напротив ее дома. Никки взяла пакеты с заднего сидения, и они вместе рванули к двери, где им пришлось немного потоптаться, потому что Хелен не могла попасть ключом в замочную скважину. Когда они, наконец, вошли внутрь, Никки пробила нервная дрожь, которая ей же самой показалась совершенно абсурдной. Она отнюдь не первый раз была с женщиной. Более того, даже не первый раз была с Хелен. Так что же это за нелепый страх?
Хелен была права. Она слишком много вкладывала в то, что должно было быть просто самой приятной гранью их любви. Неудивительно, что она чуть было не ушла.
Заметив ее задумчивый взгляд, Хелен забрала из ее рук пакет. «Что с тобой?»
«Ничего». Никки посмотрела на сумки в ее руках. «Поверить не могу, что ты все-таки купила цветы».
Хелен улыбнулась. «Все, что ты захочешь, Никки, ты так или иначе получишь, уверяю тебя».
Удивленная многообещающим подтекстом, скрытым в этих простых словах, Никки последовала за ней по короткой лесенке, ведущей в гостиную. Хелен коротко кивнула в сторону правой стены, где все пространство от пола до потолка и от стены до стены занимал стеллаж. Там хранилась не только ее обширная коллекция книг, но и разная электроника. Телевизор был маленьким и сильно устаревшим, но многокомпонентная стерео система на двадцать дисков была явной слабостью бывшей управляющей.
«Выбери что-нибудь на свой вкус. Мне понадобится несколько минут».
Никки кивнула, все еще находясь в состоянии странной взвинченности. «Конечно».
Хелен исчезла в спальне, плотно закрыв за собой дверь. Блуждая взглядом от полки к полке, Никки обнаружила огромную подборку компакт-дисков и пришла к выводу, что их с Хелен вкусы в музыке не особо совпадают. Некоторых исполнителей она вообще не знала, хотя, возможно, они просто появились недавно и у нее пока не было возможности ознакомиться с их творчеством. В коллекции присутствовали почти все музыкальные направления от классики до кантри, поп и рок, множество дисков с джазом и даже несколько компактов с R&B, так что выбрать было из чего.
Она сделала сборку из нескольких новинок, некоторых старых групп и исполнителей, известных своими песнями о любви. Несколько минут ушло на то, чтобы разобраться, как работает этот музыкальный центр. Из спальни за ее спиной было слышно, как сначала Хелен кружила по комнате, а затем раздался шум воды из ванной. Вдохновившись, Никки разобралась с тем, как управлять этой системой и нажала несколько кнопок на передней панели. Из колонок полилась музыка, и воздух наполнился песней о любви и страсти, о моменте, когда не знаешь, что готовит будущее. Это идеально сочеталось с чувствами Никки.
Она снова задрожала, но в этот раз уже от волнения, предвкушения и растущего желания. Все будет хорошо, сказала она себе неожиданно уверенно. Все, что ей нужно, просто быть собой. Конечно, она хотела Хелен. Боже, да она хотела ее настолько, что желание было почти осязаемым.
Она закрыла глаза и внезапно вспомнила сладковато-соленый вкус Хелен. Восхитительный, похожий на выдержанное вино, вкус ее губ и тела. И ее звук, короткие всхлипы, хриплые вскрики, непроизвольные стоны, которые вырывались из ее груди, когда доходила до предела…
«Никки?»
Голос Хелен ворвался в ее наполненные страстью мысли так неожиданно, что она покраснела. Обернувшись, Никки была приятно поражена тем, что увидела. Хелен была одета в темно-красный шелковый халатик, достаточно открытый, чтобы показать всю зону декольте, и достаточно короткий, чтобы не скрывать ни сантиметра длины ее красивых золотистых от загара ног. Она стояла босиком, ее волосы казались чуть темнее после душа, а глаза отливали тем чистым оттенком зеленого, который Никки раньше ни у кого не встречала. Она выглядела как богиня.
«Хелен». Едва слышно прошептала она на выдохе, и это был максимум громкости, доступный ей в этот момент. «Ты божественно великолепна».
Хелен с озорной улыбкой намеренно небрежно прислонилась к косяку. «Почему бы тебе не снять куртку и не остаться хотя бы ненадолго?»
Вздрогнув, Никки быстро стянула с себя куртку и бросила ее на кресло. Она даже не заметила, что все еще была в ней. Хелен осмотрела ее сверху вниз, медленно исследуя взглядом ее узкие голубые джинсы и светло-розовый кашемировый свитер. Пронизывающий, взгляд Хелен уперся в ступни Никки и, казалось, бесконечно ощупывал все ее тело снизу вверх, пока не встретился с ее глазами. Ее соски затвердели от этого раздевающего взгляда, заметно проступая сквозь мягкую ткань ее кофты. Никки знала, что Хелен заметила это, но она только слегка наклонила голову в приглашающем жесте.
«Иди сюда».
Слова и тон, которым они были сказаны, заставили Никки дрожать от возбуждения. Она как во сне подошла к Хелен, положила руки на ее талию и посмотрев в ее изумительные глаза, утонула в их глубине.
«Знаешь, что ты делаешь со мной, Хелен? – Прошептала она. – Один лишь взгляд и я целиком и полностью твоя».
«То же, что и ты делаешь со мной», — ответила Хелен и, положив руки на предплечья Никки, медленно прошлась ладонями до ее плеч и обняла за шею. Никки наклонила голову поцеловала ее. Ее губы мгновенно приоткрылись и Никки почувствовала ее вкус в реальности, а не в воспоминаниях, и как только это случилось, из груди Хелен вырвался звук точно такой же, как во время их самого первого поцелуя. Услышав его, Никки вспыхнула, жар заполнил ее изнутри, становясь жидким пламенем между ее ног, она сжала Хелен в объятьях, страстно желая почувствовать все ее тело. Хелен пылко прижалась к ней в ответ.
Никки не знала, как долго они целовались, стоя в дверях, но это ее не особо волновало. У них впереди было море времени. Не краткие моменты тайной близости за закрытыми дверьми камеры, и не одна единственная ночь охваченная отчаянием, а целое сияющее будущее, в котором было место только удовольствию и счастью. Главное, чтобы Никки хватило смелости пересечь последнюю границу.
Когда они, наконец, оторвались друг от друга, дыхание обеих заметно участилось, и Никки почувствовала, что сердце бьется так сильно, что вот-вот выпрыгнет из груди. Хелен прильнула к Никки и ее макушка оказалась на уровне ее губ.
«Надеюсь, ты понимаешь, что я двигаюсь настолько медленно, насколько это возможно, — медовым голосом произнесла Хелен. – Чего я действительно хочу сейчас, это сорвать с тебя одежду и овладеть тобой прямо здесь, стоя в дверях».
Никки мягко рассмеялась. «Но ведь это не так весело».
«Это пытка, — Хелен подняла голову и посмотрела Никки в глаза. – Сущая, мать ее, пытка».
Взяв за руку, она втащила ее в спальню. Оказавшись внутри, Никки остановилась и изумленно завертела головой, осматривая результаты приготовлений Хелен. Плотные шторы на окнах полностью закрывали дождливый пейзаж, и в комнате сгустился сумрак. Крошечные огни свеч, расставленных по всей комнате, мерцали, отбрасывая многочисленные пляшущие тени на красных стенах, и придавали воздуху теплое свечение. Кровать была наполовину закрыта покрывалом, на открытой части виднелись свежие льняные простыни золотистого цвета. На столике рядом с постелью в высокой вазе стояли крупные красные розы, распространявшие по всей комнате свежий сладкий аромат. Из гостиной доносилась негромкая музыка, добавлявшая утонченности всей картине в целом.
Хелен подошла к Никки сзади и обвила руками талию, прижавшись к ее спине. «Это достаточно романтично, милая?» Ее тон внезапно стал неуверенным, как будто она не могла определить, что ответит Никки.
«Это прекрасно, Хелен. Абсолютно идеально». Никки положила ладони на руки Хелен, лежащие на ее животе и переплела ее пальцы со своими. В ее глазах застыли слезы. Она не могла поверить, что Хелен сделала все это, приложила столько усилий только ради нее. Спустя пару секунд, она взяла себя в руки и повернулась к Хелен, чтобы снова поцеловать ее. Ее губы были влажными, горячими, требовательными и отзывчивыми.
«Позволь мне…», — прошептала Хелен, не в силах ждать дольше.
Мягко схватив край свитера, она потянула его вверх. Никки подняла руки, чтобы Хелен смогла стянуть его с нее через голову. Свитер тут же приземлился на ближайший стул, и они поцеловались еще раз, еще более страстно и крепко. Никки почувствовала, как Хелен расстегнула ее лифчик и, стащив его, отшвырнула куда-то в угол. Изучающие пальцы пробежались по ее груди и пощекотали ее затвердевшие соски так, что Никки сдавленно застонала, не отрывая свои губы от губ Хелен.
Темп заметно изменился с этого момента, но Никки то ли не заметила этого, то ли просто не обратила на это внимания. Хелен расстегнула джинсы и стащила их вместе с белым кружевным бельем. Никки в это время развязала пояс ее халатика, и он соскользнул с ее плеч на пол.
Никки возликовала, когда они, наконец обнажившись, упали на прохладные простыни. Рядом с ней было горячее тело Хелен, и она почувствовала ее кожу, гладкую и мягкую как шелк. Это было как возвращение домой, в самое желанное и любимое место.
«Никки…» Настойчивый, переполненный желанием голос Хелен, прозвучал возле ее уха, когда Никки жадно изучала руками ее тело. «Пожалуйста…»
Никки немного помедлила, но вскоре сдалась. Все страхи, вся боль и злость, скопившиеся в ней, сконцентрировались в большой шар, который порыв ветра унес в прошлое, где ему было самое место. Наконец, она смогла открыться будущему, открыться женщине, которую любила, целиком и полностью.
Никки подумала, что в прикосновении Хелен есть что-то потрясающее. В их первую ночь, откровенно отчаянную, потребность перевешивала желание. Это была жизнь на краю, когда не было возможности оценить более тонкие, изощренные аспекты занятий любовью. Теперь же, в созданной ее любовницей теплой атмосфере, были нежность и преданность, долгие ласки и продолжительные поцелуи. Теперь было время для того, чтобы изучить все чувствительные места, целовать и ласкать их до тех пор, пока Хелен не начнет кричать от наслаждения.
Ласки стали нежнее, когда Никки взяла все под свой контроль, подразнивая и слегка мучая, она любила ее, растянув удовольствие более чем на час, прежде чем позволила Хелен, наконец, достичь конечной точки. Ее оргазм был настолько сокрушительным, что она безвольно растянулась на простынях рядом с Никки и вздрагивала всем телом еще некоторое время, приходя в себя. Никки аккуратно убрала с ее лица разметавшиеся влажные пряди и улыбнулась, глядя в ее изумленные зеленые глаза.
«Это было достаточно быстро для тебя?»
Хелен посмотрела с неясным изумлением, но затем начала, хоть и слабо, смеяться.
«Боже, Никки. Это было бесподобно».
Нежно обхватив ее шею руками, Хелен притянула Никки к себе и они слились в долгом поцелуе, во время которого у нее открылось второе дыхание. Она приподнялась и они, перекатившись, поменялись местами. Теперь Хелен сидела на Никки. Чуток удивившись тому, как легко поменялись их позиции, Никки приподняла бровь и оценивающе посмотрела на возвышающуюся над ней женщину.
«Хелен?»
«Шшш… — сказала Хелен и прильнула к ней. – Моя очередь».
Глаза Никки расширились. «О…». Хелен нежно прикасалась к ней кончиками пальцев. «Ох, ты…». Переместившись ниже, Хелен усиливала ее ощущения, используя губы и язык с неожиданной сноровкой.
«О, Боже мой!!!»
Лежа в объятьях Никки, Хелен слушала звук сердцебиения, который отдавался в ее ухе, когда она прижалась щекой к ее груди. Она думала о том, как они были вместе в первый раз и как это было изумительно. Теперь она осознала, что тот раз был всего лишь прелюдией, предвкушением того, что Никки хотела дать ей и что она могла дать взамен. Без нависающего над ними Ларкхолла, они, наконец, были свободны любить так, как всегда должны были.
«Любимая?» Голос Никки был глубоким, ленивым и полностью удовлетворенным. Ее пальцы медленно перебирали волосы Хелен, она взяла одну прядь и с любовью пощекотала ей ухо.
«Мммм?» Хелен чувствовала себя слишком вялой, чтобы говорить, все ее мышцы, охваченные сладостной апатией, были расслаблены.
«Где ты научилась так управляться языком?»
Хелен еле заметно улыбнулась. «А что, понравилось?»
«Понравилось, даже очень. — Никки лениво усмехнулась. – Я думала, что Вы натуралка, мисс Стюарт».
«Ну, у меня была масса времени, чтобы представить себе, что я хочу с тобой сделать, когда ты, наконец, снова попадешь в мою постель». Хелен вздохнула и почувствовала, что во рту пересохло. Она подняла голову и осмотрела комнату. Свечи, прогорев, погасли, а через щель между штор проникал слабый отсвет фонарей.
«Боже, уже стемнело. Давно мы тут лежим?»
«Не очень. Ты против?»
«Вовсе нет. Просто я только сейчас поняла, что проголодалась. Сколько раз мы забыли поесть?»
Никки мягко усмехнулась. «Тебе просто необходимо подкрепиться». Она медленно провела кончиками пальцев вверх по позвоночнику Хелен. «К твоему сведению, это было только начало».
Хелен удивилась, почему это напугало ее меньше, чем должно было. Под этими словами крылось просто устрашающее обещание. Вздохнув, она уронила голову обратно на грудь Никки и устроилась поближе к ее теплому телу.
«Проблема в том, что я не хочу вставать».
«Ну, разве что у тебя есть несколько слуг, которых я не заметила. Нам все равно придется пошевелиться, если мы хотим поесть. Еда сама не придет».
«И когда это ты стала такой практичной?»
«Чего? Я всегда была практичной».
Хелен приподняла голову, чтобы посмотреть Никки в глаза. Она нахально улыбалась ей, и Хелен не смогла удержаться, чтобы не улыбнуться в ответ. «Что-то я не уверена в том, что было практично быть заключенной и положить глаз на управляющую крылом».
«Но я же заполучила тебя, ведь так?»
«Несомненно». Хелен привстала и поцеловала ее нежно и любяще. «Ладно, будем шевелиться».
Она перекатилась на спину и потянулась во всю длину, вытянув руки над головой и выпрямив ноги, растягивая каждый сустав и сухожилие. Никки приподнялась на локтях и с интересом посмотрела на это зрелище. Улучив момент, когда грудь Хелен была полностью открыта, она молниеносно прильнула губами к ее соску и нежно пощекотала его языком.
«Никки!- вскрикнула Хелен, резко расслабившись, и обхватила руками голову Никки, но не оттолкнула ее. – Не думаю, что у меня осталось хоть сколько-нибудь сил».
Никки развратно ухмыльнулась, но продолжать не стала. «Ты права, нужна передышка, иначе мы обе скоро будем слишком истощены чтобы вообще как-то двигаться». Она губами оставила влажную дорожку вверх от груди до шеи Хелен и, в конце концов, с обожанием поцеловала ее в губы. «Идем».
Никки вытащила Хелен из постели и поддерживала ее рукой, пока та не смогла стоять самостоятельно. Хелен с удивлением обнаружила, что у нее проблемы со стоянием на ногах, и неверной походкой направилась в сторону ванной. «Я хочу в душ».
«Я присоединюсь».
Каким-то образом, стараясь дисциплинировать самих же себя, они, между ласками и долгими поцелуями под струями теплой воды, все же помылись. Хелен вытащила свой халат из кучи брошенной на пол одежды и нашла для Никки тот самый голубой халатик, который она надевала, когда была здесь впервые. Ей очень нравилось, как изящно и женственно Никки выглядит в нем.
На кухне Никки распахнула дверцу холодильника и с изумлением осмотрела его содержимое. «И это все, что у тебя есть?»
Хелен покраснела. «Я давненько заходила в магазин последний раз». Она не стала добавлять, что еще и не особенно хорошо готовит, а весь ее рацион составляет общепит и простецкие блюда, которые мог бы приготовить и двенадцатилетний подросток. Никки и сама довольно скоро это поймет.
Никки обернулась и сверкнула улыбкой. «Я знаю, что можно сделать». Она извлекла из холодильника упаковку яиц, кусок какого-то твердого сыра и сколько-то грибов, к которым подозрительно принюхалась, определяя, годятся ли они еще в пищу.
Пораженная Хелен встала подальше, чтобы не мешать, внезапно почувствовав себя лишней на собственной кухне. Она наблюдала, как Никки умело и разумно управлялась со сковородкой, маслом и разными травами-приправами, о существовании которых на ее кухне Хелен даже не догадывалась. Никки коротко взглянула на нее и начала обжаривать грибы.
«Ты могла бы здесь стол поставить», — предложила Никки.
Хелен, согласно усмехнувшись, сделала тосты и налила в большие стаканы апельсиновый сок. «Что ты готовишь?»
«Омлет, — ответила Никки. – Это все, что я могу сделать из того, что у тебя есть».
«Я даже не знала, что ты готовить умеешь». Хелен уселась на стул в то время,как Никки сняла с огня сковородку и разложила порции по тарелкам. «Ты могла бы работать на кухне, пока была в Ларкхолле».
«С двумя Джулиями? – Никки фыркнула. – Да они бы мне глотку перерезали за проникновение на их территорию».
Хелен было сложно связать это с тем представлением, которое у нее сложилось об этих двух женщинах, обвиненных за проституцию. «Что, правда?»
Никки села за стол напротив Хелен и улыбнулась. «Не глупи, Хелен. Они прекрасно могли позаботиться о себе и о тех, кто создавал им проблемы. Просто они не делали это так явно, как многие другие».
Хелен решила, что не знает, как ответить на это. Вместо этого она взяла вилку и попробовала омлет, удивляясь тому, насколько вкусной может быть обычная с виду еда. «Никки, это же просто фантастика».
«Я женщина со многими талантами».
«Я это вижу». Хелен с аппетитом набросилась на содержимое своей тарелки, гадая, какие еще сюрпризы хранит в себе Никки. Как бы то ни было, возможно потребуется вся жизнь, чтобы узнать их, решила она.
«Итак, что ты думаешь о первом указателе? – Голос Никки был нарочито вызывающим, когда она спросила это, глядя на нее. – Стоил того, чтобы ждать?»
Хелен подавилась соком. «Это был самый ужасный указатель».
«Зато, уверена, ты его ни за что бы не пропустила».
Хелен посмотрела на омлет, оставшийся в тарелке Никки, гадая, сможет ли стянуть оттуда еще кусочек, учитывая то, что ее собственная тарелка абсолютно пуста. «И что будет следующим?»
Очевидно заметив ее голодный взгляд, Никки рассеянно пододвинула к ней свою тарелку. «Что ты имеешь в виду?»
«Следующий указатель». Она вилкой перетащила остатки омлета в свою тарелку, прежде чем снова приступила к еде. «Уверена, у тебя в голове уже что-то есть».
«Ну, я думаю мы проведем несколько ночей вместе, потом несколько по раздельности. В результате, мы будем проводить больше ночей вместе, чем отдельно. А следующим логичным шагом будет съехаться вместе».
«Я так рада, что ты уже спланировала все это. Я бы начала волноваться, если бы это было не так. — Сказала Хелен, набив рот. – Знаешь, я думаю лучше, если ты переедешь сюда, милая. В той темнице, которую ты называешь квартирой, нам не хватит места».
Никки попыталась сделать вид, что обиделась, но не смогла. Ее лицо расплылось в улыбке. «Я думала, что нам стоит снять жилье вместе. Эта квартира ненамного больше той, что над клубом».
Хелен нахмурилась и огляделась. «Она намного больше. И здесь есть сад».
Никки поглядела на нее так, словно хотела что-то сказать, но потом решила оставить все как есть. «Поживем, увидим».
Хелен предполагала более оживленный спор на эту тему, но решила, что Никки права. Все должно происходить в нужное время в нужном месте, а если торопить события, это приводит к лишним проблемам. В конце концов, именно этому ее научили последние несколько недель.
«Потом что-то надо будет придумать с нашими работами».
Хелен подмигнула. «У меня нет работы».
«Рано или поздно будет, — невозмутимо сказала Никки. – И какая бы она ни была, скорее всего ты будешь работать с восьми до пяти с понедельника по пятницу».
«И что?»
«В клубе все по-другому. Это ночи и выходные. Триша позволила мне не принимать участие в делах какое-то время, пока я вхожу в курс событий и восстанавливаюсь. Но рано или поздно, мне придется начать вкладывать свою часть усилий. Или так, или мне придется продать ей свою долю. Но тогда чем я буду заниматься в жизни?»
Хелен выслушала это, понимая, что есть масса вещей, о которых она совершенно не думала, и которые абсолютно ясно складываются в голове Никки. «Ты можешь заняться всем, чем угодно, милая. — Серьезно сказала она. – Но ты права, не думаю, что мне очень понравится, если я смогу проводить с тобой только редкие воскресные утра».
Никки грациозно поднялась на ноги и, обойдя стол, протянула к ней руки. Хелен прижалась к ней, с удовольствием попав в ее объятья.
«Нам еще со многим предстоит разобраться», — мягко сказала Никки.
«Я начинаю это понимать».
«И ты говорила, что хотела бы завести детей когда-нибудь».
Хелен поспешно выдохнула. «Может мы не будем иметь дело больше, чем с одним указателем за раз?» — взмолилась она.
«По мне, так звучит хорошо». Никки слегка посерьезнела, но когда она легко пробежалась пальцами вдоль шеи Хелен, на ее губах играла улыбка. «Я люблю тебя, Хелен. Пока ты помнишь об этом, у нас все будет в порядке».
Хелен пристально посмотрела в такие любящие и теплые темные глаза. «А ты доверяешь мне?»
Никки наклонилась вперед и поцеловала ее медленно, с бесконечной нежностью. «Я доверю тебе всю свою оставшуюся жизнь, если ты этого хочешь».
«Ты же знаешь, что хочу». Хелен погрузилась лицом в теплый изгиб между плечом и шеей Никки.
Никки крепче обняла ее, и Хелен расслабилась в ее руках, почувствовав себя спокойной и защищенной впервые за многие годы. Никки была абсолютно права, желая не спеша, аккуратно построить их отношения. И хотя было еще очень много вещей, которые им предстояло сделать, у Хелен появилась реальная надежда на то, что у их пары есть серьезное будущее.
Никки немного отодвинулась, чтобы посмотреть на нее, и ее взгляд медленно, почти непроизвольно опустился ниже. «Должна сказать тебе, что у тебя есть одна маленькая привычка, которую я нахожу совершенно очаровательной».
«Да ну? И что же это?»
«Ты всегда надеваешь вещи с таким вырезом, что видна ложбинка между грудей».
Хелен проследовала взглядом за тем, куда смотрит ее любовница, и обнаружила, что ее халатик опасно распахнут так, что больше показывает, чем скрывает. «Это то, что привлекло тебя в первую очередь?»
Никки покусывала ее ухо. «Скажем так, это всегда было тем, что заслуживало особого внимания. – Сказала она хриплым от возбуждения шепотом. – Особенно для женщины, запертой в тюрьме».
«Значит ли этот обновившийся интерес к моим формам, что ты восстановила силы?»
«Если я правильно помню, мисс Стюарт, это Вам было необходимо поесть, чтобы продолжить».
Вместо ответа, Хелен обвила руками шею Никки и крепко ее поцеловала. Когда они разъединились, Хелен медленно вдохнула. «Итак, чем сейчас займемся?»
«Думаю, что сейчас мы вернемся в постель, — серьезно ответила Никки, на что Хелен приподняла бровь. – И, возможно, в этот раз все же не будем спешить».
Улыбка от предвкушения чувственных ощущений изогнула губы Никки, когда Хелен, целуя, стала опускаться вниз по ее шее.
«О, да, — счастливо согласилась она, — все будет очень медленно».

Конец первой книги.

+1

6

Хорошая книга. Читала все З с половиной. Книга 2 называется" Медленно, но верно", книга 3. -"Поспеший не торопясь", книга 4-"Расширяя связи", но она не до конца переведена, а жаль....Может быть и дождемся, когда нибудь. Многое для себя выделила полезного, в частности,как работать над отношениями, чтобы навсегда.
Мне нравится. http://s8.uploads.ru/HihTn.gif

0


Вы здесь » Тематический форум ВМЕСТЕ » Фанфики » G. L. Dartt "Очень медленно" (Bad Girls) Книга 1